Океанами стали...

«Боль. Это слово было таким знакомым. Боль. Это то, что было спрятано глубоко внутри. Боооооль! Даже произнося протяжно, это слово не вызывает ничего! Пустота! Тьма! Бездна! Боль. Такое знакомое и родное, но похороненное чувство. Боль. Это слово лишь слегка затрагивало струны души, вернее то, что от неё осталось. Боль. Ведь без неё проще? Спокойнее? Приятнее? Не правда ли? Одно ясно точно! Без боли трезвее смотришь на жизнь, легче принимаешь решение, быстрее превращаешься в циника, глушишь эмоции…боль…блядь…»

***

«Быть любимыми так просто. Принимать любовь, опеку, чувствовать себя в безопасности. Это такое тёплое, обволакивающее чувство. И мы легко на него ведёмся. Ведёмся без зазрения совести, без капли недоверия. Но почему никто не предупреждает, что любить…действительно любить и дарить свою любовь – это сложно? Трудно! Страшно! Больно! Боль…Почему ни в одном грёбаном учебнике не говорится о том, что любовь и боль неразделимы? Почему? Наверное потому, что бесконечные качели от неимоверной эйфории до падения в бездну, действуют как наркотик… Наркотик, который проникает в самое сердце, который разрывает душу на миллион осколков, собирая потом их воедино. И так по кругу вновь и вновь…Полнейший мазохизм…»

***

«Мне кто-то сказал, что надежда умирает последней. Так ли это? Может надежда – это всего лишь упрямство, самоуверенность? Глупый каприз слабохарактерного человека? Нет! Всё не то! Надежда- это что-то светлое, непобедимое, свежее… Но если это чувство несёт за собой только боль и калечит судьбы других? Может тогда эта самая надежда оставаться чем-то хорошим, тем, за что все цепляются из последних сил? А если надежда тянет на дно? Мне это чувство оставило много боли…слишком много…» Пролог Гермиона неспешно шла по поляне. Её босые ноги едва выглядывали из-под длинного тёмно-синего платья. Девушке нравилось ощущать, как мягкая, ещё влажная, трава мягко обволакивала её оголённую плоть. Это был своего рода ритуал. Осознание и принятие того, что всё, наконец-то, налаживается, что всё закончилось. Мягко, очень мягко ступая по траве, Гермиона убеждала себя, что сейчас не нужно бежать, не нужно прислушиваться ко всему происходящему вокруг. Она убеждала себя, каждый раз выходя на рассвете, что необходимо просто двигаться дальше, жить, дышать, чувствовать… - Гермиона, опять кошмары? – послышался совсем рядом беспокойный голос. - Не то, чтобы они…скорее мой мозг таким образом пытается перестроиться… - спокойно ответила девушка, никак не отреагировав на внезапное нарушение её уединения. - Возможно ты права, но это происходит каждую ночь! Ровно с того момента как мы… - Да-да, как мы оказались здесь! Ровно 32 дня.- перебила Гермиона, начиная немного раздражаться. Она немного ускорила шаг, надеясь, что незваный гость оставит её в покое. - Я! Мы все переживаем за тебя! Ты не с кем не делишься! Практически никуда не выходишь, не считая эти вылазки на рассвете. Это неправильно! Всё закончилось…мы победили. – не переставал настаивать голос позади. « Почему он так давит? Почему они все просто не могут оставить меня немного в покое? Разве я многого прошу?» - думала про себя Гермиона. Она сделала глубокий вздох, остановившись лишь на мгновение, а затем повернулась лицом к тому, кто никак не хотел оставить её. Это как и всегда был Гарри. Этот месяц мира явно пошёл ему на пользу. Гарри окреп, набрал вес, теперь все его вещи сидят на нём почти идеально. С лица исчезла бледность, все порезы затянулись, зажили все раны. Её друг стал более спокойнее, улыбчивее, хотя ещё напряжённо сжимал палочку всякий раз, как слышал резкие звуки. - Гарри, со мной правда всё хорошо. Я ценю вашу заботу! Но иногда её через чур много. – попыталась объяснить Гермиона, с надеждой смотря на своего друга. Парень тяжело вздохнув, прошёл мимо девушки и сел под дерево, опёршись на его ствол спиной. Его взгляд медленно и печально осмотрел Гермиону. Она заметно похудела с прошлого года, через чур сильно. Её кожа стала бледнее и тоньше, она будто исчезала…казалось, что пару дней и его лучшая подруга просто растворится. На неё больно было смотреть. Да, несомненно, сказывалось пережитое, но если остальные участники войны постепенно восстанавливали свои силы, то Гермиона явно угасала. Больше всего Гарри пугали её глаза. Они больше не горели. Совсем. А взгляд был всегда отрешённый, не живой. Во время совместных посиделок Гермиона всегда принимала участие, смеялась над шутками, спорила, если была с чем-то не согласна, но её взгляд не выражал никаких эмоций. Ничего. Пустота. - Гарри. Я просто пытаюсь разобраться. Мне нужно понять, чтобы продолжить жить. Я же чувствую, что со мной что-то не так! Я чувствую! – последние слова Гермиона почти прокричала. Голова начинала сильно болеть, в глазах чувствовалось лёгкое жжение. - Ты же не…- беспокойно заговорил Гарри, он оттолкнулся от дерева и резко вскочил. – Ты не могла что-то вспомнить! Гермиона уловила в голосе друга панические нотки и с удивлением посмотрела на него. - Я не понимаю тебя. Какие воспоминания? С моей памятью же всё в порядке. – убеждала своего друга и себя девушка. – Гарри Поттер! Ты что-то от меня скрываешь? Ты… Гермиона не успела закончить, потому что головная боль стала невыносимой, глаза горели так, что начали слезиться. Вспышка! Ещё одна! Затем следующая! Как будто миллион микро фейерверков взорвались в её мозге. Девушка упала на колени, схватившись за голову и закричала. Гарри тут же бросился на помощь к подруге. Опустился перед ней на колени, пытаясь успокоить и выяснить, что произошло. - Гермиона! Что? Чем помочь? Дыши! Постарайся просто дышать. – тараторил парень, а сам в это время доставал палочку, чтобы вызвать патронуса и отправить его за помощью. Героиня войны еле дышала, вспышки были настолько мощными и не прекращающимися, что чувство с реальным миром было почти потеряно. Ещё пара секунд и всё закончилось. Гермиона смогла немного отдышаться, а затем подняла свой взгляд на друга. Он так же стоял перед ней на коленях, держа её обеими руками за плечи и беспокойно, даже мучительно смотря на неё. - Гарри… Секунда и руки парня опустились. -Гарри… Ещё одна и он встал, отходя от подруги назад. Гермиону колотила мелкая дрожь, мозг быстро пытался проанализировать то, что сейчас произошло. «Нет! Это не может быть правдой! Нет» - кричало воспалённое подсознание девушки. - Гарри… - продолжила героиня войны, не отрывая взгляда от друга, пытаясь говорить чётко. – Что мы сделали?! Тишина. Ответа не последовало. Гарри просто стоял, напряжённо смотря на неё. Но Гермиона должна была получить ответы, должна была убедиться, что всё это ложь. Силы покидали её. Её истощённый организм не выдерживал наплывала большого количество новой старой информации. Перед тем как полностью провалиться в темноту, девушка успела прокричать: - Зачем ВЫ это сделали?!