Всё хорошо

Поездка прошла в напряжении для Николая, а Александр был спокоен. Приедя, Александр сразу же пошёл к своему шкафчику с алкоголем. — Саша… — А? — Ты, что делаешь? — Пить хочу. — Может воды? — А может водки? А у него есть выбор? Мало ли, что он учудит. — Давай. — Вот и хорошо. Он взял бокал и начал лить в него вино.Николай глядел на это, через пару секунд он был полон и вино было готово политься на пол. — Саша? — А? Ой! Прости… У тебя просто… Что-то на голове. — Где? Пушкин поставил стакан, и ловко достал из чужих волос… — Листик.Всего-то, — он засунул его себе в карман. Он елегатно взял бокал за ножку и протянул ему. — Пойдём. Они пили уже третий час подряд.Хорошо, что слуг Пушкин распустил, а то бы они точно вмешались.Сами же деятели искусства были в спальне и сидели в креслах.Точнее Гоголь сидел (он был менее пьян) а Александр лежал, положив голову на подлокотник. — Коля… — Что? — А может… Тебе идейку подкинуть… — Для произведения? — Для наших дальнейших этапов отношений… — В каком смысле? — В прямом… — Самым лучшим этапом будет тот, в котором мы ложимся спать. — Нет… Когда я закрываю глаза, я не вижу тебя. — Да… Жизнь жестока. Они замолчали, но ненадолго.Гоголь услышал шуршание и повернул голову к источнику звука. — Нашёл! Саша начал что-то крутить у себя между пальцами. — Что это? — Листик рябины из твоих волос. — А… — Понимаю его.Я бы тоже зарылся в твоих волосах… И не хотел бы быть пойманым за этим делом… — Саша, не неси чепухи… — Да ладно тебе, уже пошутить нельзя… Конечно.Пошутить. — Давай уже спать… — Нет! Мы так хорошо с тобой расслабляемся… — Сон тоже расслабляет. — Да.Но точно не то, что ждёт нас утром. — Похмелье в любом случае ждёт нас.Хоть днём, хоть вечером. Александр смог набраться сил и больше не валялся в кресле, а сидел, хоть чуть ли не падал от сонливости. — Ты хочешь ещё поболтать? Если б нас кто-то подслушивал, то мог бы спокойно отправить в ссылку. — Ссылка мне не страшна.Главное, чтобы с тобой всё было хорошо… — Будет.Не переживай. Гоголь поднялся с кресла и его тут же схватили за руку. — Ты куда? — Спать. — Я с тобой. Он встал и чуть не упал, но всё же смог удержать равновесие, и его повели к кровати. — Коля… — Что? — А давай я куплю тебе… Что-нибудь… — Зачем? — Ну… Приятно тебе сделать хочется. — Самое приятное, что ты можешь сделать мне сейчас — отоспаться. — Не вопрос. И Александр завалился на всю постель. — Молодец.Что ещё можно сказать? — Ложись… — он похлопал ладонью рядом с собой. Он так и сделал.Его дважды просить не нужно. — Коль, а почему жизнь такая сложная? — Не знаю.Поспи — завтра скажешь. — Хорошо.Я запомню. Он повернулся к нему. — Коль, а может махнём заграницу? — И куда же? — В Грецию. — Нет, мне и здесь с тобой хорошо. Он обнял его. — Саша? Но никто не ответил.Он уже сопел ему в плечо.Пора и ему отдохнуть. Утро.Хотя сказать так было сложно.Потому что небо было затянуто серыми облаками, которые не пропускали ни один луч солнца.Вначале проснулся Гоголь, наверное, потому что выпил меньше, чем его друг.И может из-за этого он чувствовал себя нормально.К его удивлению он всё был в объятиях, но значения этому не предал и снова уснул.А потом уже разомкнул глаза Пушкин, что лучше бы не делал.Ему было плохо, радовало лишь его положение, в котором он обнимал друга.Он засмотрелся на него, вспоминая вчерашний разговор. — Коль. — Ммм? — Может в Симферополь? — Ммм… Я сплю. Саша потрепал его по волосам и встал с кровати.На полу он увидел несколько бутылок от вина, одна стояла на столе и в ней кажется что-то ещё осталось.Он подошёл и собирался уже отпить из неё. — С утра? Поэт повернулся и увидел заспанного и недовольного прозаика. — Пью за тебя! — Поставь на место.Ты пьяный — это хуже беса. — Есть такое.Но тебе же нравится мистика. — В этом вы похожи.Но всё же, поставь бутылку. — Хорошо, хорошо.А то ещё немного и я не выдержу твоего взгляда. Он поставил бутылку на место. — Так как тебе моя идея отправиться в Симферополь? — Саш.Мне и тут хорошо.Но если ты так сильно хочешь… — Коль, если ты не хочешь, значит я не еду. — А что такого? Я ничего не имею против твоих путешествий. — Коля… Без тебя всё теряет краски.Вот я забрал тебя и погода за окном испортилась. — Забрал? Он мило улыбнулся ему и вышел из комнаты.Гоголь быстро вскочил и побежал за ним. — Саша, ты куда? Он резко затормозил, увидя лужу алкоголя.А Александр поймал его за плечи, чтобы он не упал. — Славно мы с тобой вчера повеселились. — Ага… Странно, что вино не засохло.Мы довольно долго спали. — Ха… И вправду… Осип! — Кто? — Мой портной.Любит иногда пригубить.Спиртное везде отыщет и похоже заглянул к нам со своими поисками. Вдруг появилась служанка.Женщина почти пожилого возраста, невысокого роста, румяными щеками.Она была самой главной с довольно серьёзным характером и прямо линейной.Сам Пушкин считает её милой и хорошей женщиной. — Александр Сергеевич, простите моего мужа! Не знаю, как я за ним не уследила! — Не переживайте, всё хорошо. — Я сейчас всё уберу! — Хорошо, можете после передать мужу, что я жду от него свой кардиган. — Да, хорошо. — Пойдём, Коля. Он приобнял его за плечо и оба поплелись на кухню.Они оба молчали. — Коль. — М? — Прости меня. — За что? — Я вчера испортил тебе вечер.Просто взял и… Разозлился, ушёл и вынудил тебя уйти. — Всё хорошо.Я бы не стал оставаться там, где не уважают моего друга.И так относятся к нему.Это ужасно.И они те ещё лицемеры.Видел бы ты, как они слушали твоё выступление. — Серьёзно? Что за козлы… — Согласен.Мир такой.И без гнилых людей. Они пришли на кухню.Там было довольно свежо, даже холодно.Окно было на распашку. — Там, что иней? — Нет… Плесень. — А…Что. — Ничего.Уберём. — А, что мы хотели тут? — Не знаю.Чаю? — Давай. Он занимался приготовлением.А Николай поправлял запутанные волосы. — Пойдём в гостиную. Они прошли туда, Александр всё поставил на столик. — Помочь? — Пожалуй. Он ловко брал прядки и укладывал в основную причёску или же за уши.Поэт, лишь слегка дотрагивался до кожи головы и ушей.Это были, как невесомые, быстрые уколы, но очень приятные. — Готово. — Спасибо. Они присели на свои места. — А сахар? — Здесь. Он пододвинул пиалку со сладкими кубиками ему. — Знаешь, Коля… — Чего? — Я понял одну из причин, почему жизнь сложная. — И почему? — Мы иногда не замечаем очевидных вещей.И боимся их признать. Он поднялся.Николай по какому-то наитию сделал тоже самое. — Я хочу признаться. — Да? — Я люблю тебя. Он смотрел на него пару секунд и прильнул ему в объятия.Александр принялся разглаживать его волосы. — Я тоже. Он поцеловал его в губы ещё таких приятно сладких и тёплых.Александр прошёлся по его шее руками, а Николай уложил свои на плечи, чтобы не упасть.Они прекратили поцелуй.Для Николая этого было слишком и он пытался отдышаться. — Всё хорошо? — Всё хорошо.