Наследница скверны

— Что вы здесь делаете… — Я попыталась ступить шаг вперед, как меня отбросило назад. По комнате донесся звон кандалов. — Помоги мне… мам.. заберите меня отсюда.       Я ощущала как по щекам сыпались слезы, я закусывала губу дабы сдержаться. Боль была такой невыносимой, что казалось еще немного и сойду с ума. Глаза словно резали лезвием, зрение расплывалось и темнело. — Как же ты так… Хитоми… — Ока-сан взяла моё лицо к себе в ладони и так нежно гладила меня. Это ощущение оказалось таким забытым для меня.       Я тянулась вперед, пытаясь сорвать эти цепи, но ничего не вышло. Подавшись к ней, мои руки свернуло назад из-за короткой цепи. Руки полностью онемели, чему я была столь рада. — Мам.. не бросай меня, будь со мной… — Я сильнее прижалась к ней в ладонь, пытаясь ощутить хоть какое-то тепло в этом холоде. — Моя маленькая Хито… Я тебя не бросала никогда. Вот видишь я с тобой.. и папа тоже. — Его здесь нет, где он? — Мой голос охрип, сквозь белую пелену я не видела его. — Он тоже здесь… маленькая моя, — Её руки полностью заключили меня в объятия. Наверное ничего в жизни я не желала столь сильно как кроме этого чувства.. нежных объятий Ока-сан. — Пойдём со мной.. ты так всего натерпелась… — Я не могу уйти… — Воткнув свой нос ей в шею я зарылась в волосах. Слезы не переставая сыпались на пол. В голове была мольба, что бы это все прекратилось хоть на миг, я больше не смогу это терпеть. — Ты сможешь солнце… Ты такая сильная у меня… — Тихо прошептала мне на ухо она. — Я не смогла ничего сделать… Я даже эту боль не вытерплю… — Болезненные стоны вырывались из моих губ. — Тебе так больно? — Её глубокие глаза с небывалой нежностью глядели прямо на меня, как и раньше. — Да, мне невыносимо больно… Я не могу это терпеть… — Моментами я начинала задыхаться, но чувства удушения не чувствовала. — Кто с тобой такое сотворил?… — С грустью спросила мама. — Я не знаю… Я ничего не понимаю… — Не волнуйся, все наладиться… Мы тебя так ждём… ждём когда ты навестишь нас, и своего братика. Мне кажется ты и вовсе про него забыла… — Её тон сменился, кажется стал более расстроенным или огорченным. — Я не забыла ни про кого… Все так получалось… — На миг мне показалось что голос полностью сел. — Я так скучаю за вами… — Милая моя… Ты должна выбраться отсюда. Твой братик так сильно скучает за тобой.. — Я.. — Мой голос сильно дрожал, как никогда раньше. — я не знаю получиться ли у меня… я не смогу без вас, сойду с ума. — Тише, тише.. тебе лишь так кажется, у тебя все получится, только будь осторожнее. — Все пытались меня убить… сколько мне еще терпеть это? У меня сил не осталось. — Взвыла я на последнем слове, словно крича о беспомощности. — Вот знаешь.. на жизненном пути много чего случается, бывает так, что кто-то хочет перегородить тебе эту тропинку или столкнуть тебя с неё… Не нужно останавливаться.. жизнь в любом случае продолжается после каждого этапа… — Она немного отстранилась стоя перед моим лицом.       Вся в слезах, холодном поту и трясущемся телом. Осталось лишь представить какая это жалкая картина для неё. — У тебя кровь из носа пошла… — Она бережно начала стирать её, а не выходило, она не останавливалась. — Мам… только не бросай меня, — Скулы невыносимо сводило болью, из-за чего говорить было сложно. — я.. я вытерплю все, только будь со мной… Хорошо? — Хитоми… я ощущая всю эту тяжесть на тебе, но я не смогу… — Почему? Почему ты хочешь меня бросить? — Мои глаза потерянно смотрели на неё. — Я не бросаю тебя… Так пойдём со мной? — На секунду мне я увидела отблеск слез на её глазах. — Я пойду только освободи меня и не бросай.. я не хочу быть одной.. молю.. я пойду обязательно лишь подождите… — Боль опять накрыла меня еще большей волной, из-за чего я сильнее закусила губу до крови. — Мне нужно идти… — Её руки отпустили меня. — Нет мам прошу, не бросай меня! — Хитоми… — Она ступила шаг назад из-за чего я опять подалась вперед пытаясь не реагировать на вывернутые руки за спиной. — Мам! Не уходи! — Мой голос срывался на мучительный крик. — Мам я прошу не иди! Я боюсь мне так страшно! — Слезы лишь сильнее выступили с глаз, я пыталась сдвинуться с места, но опять ничего не выходило. — Моя маленькая девочка… мне жаль.. — Её силуэт начал таять в этом мраке, из-за чего я начала рыдать навзрыд пытаясь рассмотреть её рядом. Ока-сан ушла. Она бросила меня, опять. Я не могла успокоиться, когда прежде я не чувствовала боли сильнее этой. — Почему… — Не знаю сколько времени уже тут нахожусь, больше вечности – не меньше. Что происходит здесь и как я оказалась тут я вспомнить не могу.       Лишь сейчас вспоминала последние моменты, которые вызывают не только леденящий страх, а что-то больше. Я не понимаю был ли это сон или это происходило наяву. Правда была ближе к больной фантазии моей такой же поехавшей головы. Мозг спутывал все возможные потоки мыслей в один не связанный тяжелый ком, который застрял и словно давил изнутри.        Такой растерянности и горючего неизвестного чувства я не ощущала никогда в жизни, даже чего-то похожего. Меня бросало в невозможный холодный пот, трясло настолько сильно, что ноги не держали вовсе. Казалось, что Ками решила наказать меня за все грехи. Я прочувствовала каково это пережить весь гнев Богов на своей шкуре.        Мой разум был словно одурманен какими-то веществами, он как старая видеокассета возобновлял какие-то воспоминания. Сначала мелькала видимо миссия, потом разговор с Итачи? Темнота.. Руди все время мелькал перед глазами, а как иначе? Напарник ведь.       Будто отрывками слаживался весь пазл сна, постепенно дополняя его разными фрагментами. Руди всплывал все чаще и чаще, и такими моментами, что заставило меня напрячься еще больше. Последнее, что мне приснилось был разговор с ним. — Мне страшно.. Хитоми… — Не переживай все будет хорошо, сейчас к нам придут на помощь и мы тебя спасем… — Картина расплывалась и почти ничего не было видно, кажется он лежал на мне. — Руди слышишь? Пожалуйста, не молчи.. поговори со мной… — Мне жаль.. я не защитил тебя.. — Со мной все хорошо.. потерпи чуть-чуть Руди прошу… — Мне осталось немного.. побудь со мной Хитоми… — Я тебя не брошу никогда, никогда… Я буду с тобой рядом навсегда… Я буду с тобой… — Далее произошло что-то что я никак не могла вспомнить, словно воспоминание вертелось у меня в голове. — Хитоми ты большая умница… Я тебя так люблю… Мне очень жаль… — Нет! Нет! Не смей, слышишь! Не бросай меня…       Не бросай меня… Он ведь и не бросил бы меня. Самое главно это понять как я могла здесь очутиться и как отсюда мне свалить. Предполагаю что меня могли чем-то накачать, пока я была в отключке или же просто не помню этого. Вывод такой потому что, то что со мною сейчас происходит невозможно в здравом уме.       Память никогда в жизни еще так не подводила меня. То что я пытаюсь понять словно специально ускользало от меня, не давая восстановить цепочку событий. В этот же миг меня опять накрыло волной боли. Казалось что с каждым таким приступом, боль становилась все сильнее и невыносимее. Было ощущения словно все мои кости, по очереди вырывали из тела и втыкали обратно на место.       Я со всех возможных сил пыталась терпеть это все, молилась Ками-сама что бы она остановила эту боль, а если нет, то пусть у меня остановится сердце. Я не могу так больше. Уже и не помню с какого момента ясно поняла – что-то внутри меня сломалось.       Слезы сами вскрывали глаза и мешались с кровью. Я всхлипывала издавая пронизливые стоны. На губах не осталось живого места, все было насквозь прокусанн. В отчаянии я специально свертывала свои руки, беспощадно и не одноразово разрывая связки и сухожилия. И все равно эта боль не была хоть немного равносильной той. Она ни на миг не перекрывала её.       На некоторые моменты казалось что я не дышала вообще, а сердце не билось. Это сейчас волновало чуть ли не в самом конце списка. Мой голос сорвался из-за громких криков. — Тебе плохо? — Это обращение я специально пропустило мимо ушей. А что нового я услышу? Эти галлюцинации мучили меня уже много часов напролет, а может и дней. — Ты слышишь? — Повторил голос громче и ухватил меня за подбородок.       Я резко вырвала голову все еще продолжая думать что это видение, пока по комнате не донесся звон пощечины. — У тебя галлюцинации или твою мать что? — Он опять грубо схватил её за челюсть внимательно наблюдая. Резким движением он расстегнул повязку на глазах, давая рассмотреть себя красными глазами. — Что со мной… — Взвыла она поменявшись в лице. — Я то откуда знаю? Ты сейчас пойдешь со мной, и без глупостей. Думаю ты понимаешь в случае чего, хуже будет – тебе. Я не собираюсь с тобой долго церемониться. — Мне больно, — Голос неистово дрожал. — Сейчас станет полегче… — Он освободил её руки и опять поменял их на короткие, все тот же ритуал – деактивировал печати, забросил себе на спину приказав заткнуть рот и не ерничать. Можно было сказать что ей повезло, не тащится по каменному полу, а передвигаться на его руках. — Тебе сегодня не везёт, Орочимару ушел по делам. — В его голосе была слышна насмешка. Ему доставляло удовольствие глумиться над ней, из-за его безвыходного положения. Она «умерла» свободной, а воскресла уже подопытной крысой для Змея, потеряв свободу. — Орочимару? Где я нахожусь? — Встревоженно закряхтела она, до сих пор не воспринимая тот факт, что с этого момента все её существование было обречено на муки. — В точку! Сложи два плюс два и подумай куда ты попала. — Он рассмеялся еще больше. Его смех был глубоким, явно не похожим на детский голос. — Я.. я в л-логове О…? — Вымолвить эти пару слов оказалось непосильной задачей, голос содрогался, а на последнем слове он и вовсе оборвался, не закончив предложение.       Незнакомец прочувствовал каждой клеточкой тела весь тот животный ужас, осознания её плачевного состояния. Он практически дошел к пункту назначения, ни разу не обратив внимание на других подопытных. — Да, хотя ты уже спрашивала и не раз, но видимо у тебя проблемы с памятью какие-то. Думаю, это из-за твоих особенностей, да и в добавок из-за наркоты. — Признался парень заходя в комнату. — Какие особенности? Меня чем то напоили? — Сквозь боль она пыталась говорить, дабы узнать больше. — Не напоили, а накололи, поправочка. А с особенностями потом как-то узнаешь думаю. — Это сделал Орочимару? — Он посадил её на металлическую кушетку в тот самом зале. — А кто еще? Не я ведь. — Его руки потянулись в шкафчик за чем-то. Вдруг донесся цокот какого-то стекла и он вытащил небольшой ящичек в котором находились разные ампулы, подписанные разными печатями.  — Не делай ничего со мной… — В её голосе читался страх и мольба.  — Хуже тебе не будет, а легче – возможно. — Он начал набирать все в один небольшой шприц, рассчитанный на небольшую дозу.  — Что это? — Пальцами она сдавила метал, пытаясь удержаться и не упасть с высоты.  — Метадон.  — Нет, нет прошу… — Учиха нервно пыталась успокоить дрожь, которую вызывало его присутствие и этот неизвестный шприц.  — Слушай сюда, пока Орочимару здесь нет, будешь меня слушаться, мне не нужно, что бы отбросила кони. — Он крепко ухватился за лицо и просунул несколько пальцев в рот, открывая его. Забросив колено на кушетку он придавил руки, которыми она попыталась оттолкнуть его. Затолкнув шприц глубоко в глотку он выдавил содержимое полностью, дабы она не выплюнула его.        Ели заметный запах ударил в нос и его горькота обожгла гортань. После этого он отпустил её.  — Глотай. — Грубо сказал тот, наблюдая за реакцией девушки. — Тебе станет немного легче, боль пропадёт я думаю. — Он спрятал набор и опять повернулся к ней. Покрасневшие и мокрые глаза не поднимались с пола, словно она думала про что-то.  — Что тебе еще нужно?  — Ничего, собрать только кровь. — Брюнет взял инфузионный мешочек, трубку и иглу. Соединив все он сделал шаг к ней из-за чего та отодвинулась от него.  — И что ты делаешь? Если не хочешь добровольно, то возьму силой привязав к столу, так удобнее? — Заметно он начал злиться, его бесило само непослушание.  — Ты из меня всю кровь сольешь… — Из её глаз упала стоящая ранее слеза.  — Тебе это не навредит, другой разговор будет если её соберет Орочимару. — Хмыкнув, ей все таки пришлось повиниться его желанию, хоть и на свой страх и риск.        Проворно он проткнул пульсирующую вену на локте. Темная кровь начала понемногу наполнять емкость.  — Нужно быстрее это сделать, не нужно что бы первым что там нашли был метадон.  — Через сколько времени он начнет действовать?… — Хм.. минут двадцать или чуть больше, но как анальгетик пару часов займет. Дай вторую руку. — Он опять взял шприц с неизвестным веществом и хотел его вводить.  — Что это… — Парню казалось, что за все время его работы он еще не видел такого взгляда, напоминающего мертвый взгляд человека в состоянии агонии. Ему было забавно наблюдать за ней.  — Димедрол, кровь почти собрана так что уже можно его вводить.  — Для чего он?  — Для того что бы ускорить эффект обезболивающего. — Прошло несколько минут, за это время она не задышала ни разу, и как бы не пытаясь отследить шевеление в груди, ничего не выходило. Он сделал инъекцию в мышцу плеча, и не заметил реакцию на это у Учихи.  — Что со мной происходит? — Неожиданно задала она вопрос, хотя это было и действительно слишком глупым вопросом для неё, но в такой ситуации ничего кроме не оставалось. Пытаясь закрыть глаза на ту же боль её пальцы сцепились с кушеткой. — Начало действовать? — Он сначала посчитал что она имела в виду измененное состояние через вещества, но нет. — Что со мной произошло? Почему со мной что-то не так? Почему я ощущаю себя по другому? — Слишком много вопросов. Я не знаю что там с тобой могло происходить до смерти, но после ты не совсем человек получается. — Лицо её резко поменялось, его слова казалось, пробили ей голову насквозь. — Я не поняла… До смерти? — Верно, ты мертва. — Было неизвестно как обычный человек может на это среагировать, и поймет ли он услышанное, а именно этот страшный вердикт, вот и ему было интересно посмотреть на её реакцию. — Как такое возможно? — На лице девочки четко читался нарастающий ужас. Будь так что он пошутил, но в его голосе не послышалось, а ни нотки сарказма. — Думали что невозможно, но как видишь ты этому доказательство. По протоколу ты считаешься мертвой, но по внешним признакам – воскрешенная. — С каждым словом девушка все более словно выпадала из этого мира.       Переварить сказанное казалось невозможным. В голове все только сильнее спуталось. Как она могла умереть? Что произошло? Кто её воскресил? Как она попала сюда? Это были лишь несколько вопросов среди тысячи других, на которых ответа не рассматривалось и близко. — Как?… Как воскрешенная?… — В один миг её словно пробило током, весь тот сон, что ей приснился, Руди, Итачи, другие Анбу, это мог быть не сон? Как это могло происходить наяву? — Тебя воскресил бес, и ты походу убила его, — Жестом он указал на её руки, на которые она не обратила внимание ни разу. На её внутренней стороне ладони были черные следы. От кончиков пальцев, и по фалангам был словно градиент от черного к цвету кожи. Выглядело это так, будто пальцы измазались черным углем, и так было на обеих руках. — Что это? — Встревожено прошептала она, пытаясь оттереть это. — Это отпечаток тени. — Тени? — Да, ты коснулась его скверны, и видимо она отпечатались на руки. У тебя есть его след на спине, похожий на метку.       «Бес высокий, воняющий кусок плоти, в котором смешано всё: кости, трупы умерших людей, животных. Вместо морды большой удлиненный череп, в пасти по одному иногда двум рядам длинных острых зубов. Чем больше он поглощает, тем более он крупный, сильный. Их замечают намного реже обычной нечисти, они есть практически в каждом лесу.»       Сандра положила руку на грудь пытаясь отыскать хоть какой-то толчок внутри, но все было тщетно. Сердце не издавало ни единого удара. Заметила и то, что она может и не дышать вовсе, в этом попросту не было необходимости.       Все внутри рушилось с неистовой скоростью. В голове не укладывалось все только что услышанное. За всем этим шумом в голове она перестала следить за своим состоянием. Из носа с сильным напором хлынула кровь, а глаза словно только что вскрыли лезвием. Виски запульсировали так, будто кто-то ударял по ним со всей дури.       Казалось что земля под ногами куда-то исчезла, и устоять было невозможно. Такое не могло произойти. Нет.       Как человеку можно было в один момент понять что он больше не оживет никогда, он мертв? А каково это вспомнить тот момент, где тебя лишили жизни, резали так, словно это была туша животного. А все те ощущения смерти, дышащей в спину, и боли, не пожалевшей её ни разу. «…побудь со мной Хитоми…» в память врезались его последние слова и фразы, адресованные ей. Горячее чувство его крови, стекающей по её телу. Хриплое дыхание на шее.  — Блять, да что с тобой не так? — Зло крикнул он, сдавливая нос подушечкой из бинта. Парень заметил как что-то произошло, и она отдалилась назад, теряя сознание. — Словил… Тебя так ошарашило то, что я сказал?        Она не смогла вынести все воспоминания. Организм попытался защититься вызвав такую реакцию. Было бы у неё живое сердце – остановилось бы. На Учиху словно набросили петлю, пытаясь задушить, а следом и вовсе заставить висеть на ней. Так быстро она еще никогда не чувствовала настолько смешанных чувств, в голове лишь читались несколько слов «почему я не в могиле?».        Ей хотелось возненавидеть весь мир, всех людей, тех мразей которые убили её и Руди, и ту тварь, что обрекла её на мучения в этом аду. Одновременно с этим, Сандра наотрез отказалась до конца поверить себе и воспоминаниям. Хотелось провалиться сквозь землю, где её уже ожидают и разрыдаться. Разодрать на себе кожу до костей, проткнуть себе голову, лишь бы сбить этот поток мыслей, остановить боль и сбросить это бремя которое сожгло её заживо изнутри. Она сомневалась в том, что когда-либо сможет восстановиться, отыскать хоть что-то в глубине души которое еще будет живым. Все что она хранила не смотря ни на что, умерло вместе с ней.