EASY SOUL

Тэхен уехал в Пусан ради операции и реабилитации. Джин пообещал, что сделают максимум из возможного, но с тем же, никто не дает гарантий, что все будет идеально. Парень очень изменился после своего ранения, и это было настолько заметно, что отец даже подумал, что Ким на грани суицида и просил всех присмотреть за ним. Чонгук приложил максимум усилий, чтобы присматривать за лучшим другом, но лучше всего с этой ролью справился Пак Чимин. Его открытость и теплота помогли Тэхену открыть свое сердце, а еще, это повлияло на Чимина так же. Оказалось, если ты кому-то помогаешь, то помогаешь так же и самому себе. Это своего рода реабилитация для двоих, когда каждый играет роль спасателя и не позволяет другому упасть. Чимин не помнил того, как Чонгук к нему пришел той ночью. Если сказать более конкретно, то блондин решил, что это был просто сон. Было в этом что-то такое сокровенное и одновременно неловкое, что Чимин боялся даже смотреть в глаза Чону, а Е Чжин тем более. Да, рядом с парнем он чувствует странных бабочек, но постоянно спихивает это на заботу, которой ему так не хватало. Вообще, Чимин давил в себе другие эмоции, боясь, что ему когда-то могут сделать больно. Тем более, у Чона, который вызывал у него эти эмоции, была девушка. И это тоже немаловажно. Паку оставалось только смотреть... после своего "сна" Чимин почти все время проводил с Тэхеном, а с Чонгуком виделся только когда был еще кто-то в комнате. Это можно было бы посчитать избеганием контакта, но все выходило как-то само собой. За эту неделю Чимин набрал почти 4 кг, и его немного пугает динамика... Однажды Е Чжин застала его за странным занятием, он считал, сколько может набрать за год, если будет так же питаться. В тетрадке красивым почерком выведено: 1 месяц - 4 кг, 6 месяцев - 24 кг, 12 месяцев - 48 кг. Девушка сразу же рассказала об этом Чонгуку и быстренько смоталась опять к родителям, теперь уже оставляя Чимина наедине с Чоном. Впервые за неделю. В кружку налилась черная ароматная жидкость, что разлила по всей кухне приятный кофейный аромат, пол ложечки сахара и пол-кружки молока. Чонгук улыбнулся сам себе и поставил кружку в сторону, тем временем заварил кофе себе: с кокосовым молоком, маршмеллоу и банановым сиропом. По правде говоря, такое пойло мало кто может пить, так что у Чонгука просто нет конкурентов... - Возьми свой кофе, - Чонгук обратился к Чимину, как только тот вошел в комнату. - Сколько сахара? - Столько, сколько тебе можно. Давай! Чимин взял кружку и сел на диван за стол, понимая, что его ждет длинный разговор. Чонгук всегда делает такое лицо, когда хочет о чем-то поговорить... о чем-то, что будет довольно болезненным или противоречивым для самого Чимина. - Мне тут птичка на хвосте одну интересную новость принесла... - Дай угадаю. - Почему ты считал свой вес? - А почему нет? - Чимин, давай не юли! Ты считал сколько можешь весить через год? - Да... - И сколько? - Я не хочу говорить об этом. - Чимин приложился к напитку, но сверкающие глаза Чонгука заставили его отложить лакомство в сторону, слушать внимательно и не перебивать. - Чимин, я слежу за твоим весом и за твоими мыслями... Ты думаешь, что если набрал за неделю 1 кг, то за месяц 4, и так каждый месяц? Можешь не отвечать, я и так знаю. - Если знаешь ответы на вопросы, то почему что-то спрашиваешь у меня? Чонгук сел поближе к Паку, и положил свою руку на его ладошку. Буквально сразу же Пак почувствовал волнение, которое разливалось от груди и медленно стекало огненной лавой к животу, и заставляло блондина затаить дыхание. - Послушай, набор веса так не работает, как ты думаешь. Ты наберешь вес до 56 кг, а потом он будет в этом диапазоне, плюс минус 2 кг. У тебя не будет набора веса без контроля. Тем более, нам теперь можно ходить в спортзал! - Чонгук сел ещё ближе, и он начал рассказывать что-то об упражнениях и разном железе, которое он тягает, но его глаза постоянно возвращались к губам Чимина, хоть и пытались смотреть в глаза или на стол, или в окно. Как будто на губах был какой-то супер-мощный магнит, а Чонгук это сплошное железо. Как это, чувствовать, что чужие глаза постоянно засматриваются на твои губы? Ты желаешь ими вообще не двигать, чтобы не спугнуть зрителя? Или контролируешь каждое свое движение? Или время от времени облизываешь губы, как будто спасая их от чужой жажды? Чимин выбрал последний вариант, и это было фатальным для Чона. Он чувствовал, что пропадает... У Е Чжин не такие губы, как и у всех бывших, которые были у Чона, даже у актрис или у айдолов, которых видел Чонгук - нет таких губ, и это буквально сводило с ума. Брюнет сам себя отдернул от зацикленности на губах парня, что немного растерялся и сидел съежившись, а перевел тему вообще в неожиданное русло. - Планирую сделать новую татуировку. Давай и тебе сделаем? - Что? - Чимин непонимающе посмотрел на Чона, и тот только ухмыльнулся - Татухи сделаем. Сегодня же! Если спросить Чимина, каким образом он оказался в тату-салоне, лежащим под лампой, то он не найдет что на это ответить. Чонгуку уже начали забивать рисунки, а мастер Чимина только приступил к работе. Блондин давно думал о таком рисунке, и когда его буквально потащили в салон, он уже точно знал, что хочет. Татуировка фаз луны. По всей длине позвоночника, начиная с длинной шеи... Чонгук думал, что Чимин выберет что-то маленькое, миленькое, незаметное, но тот выбрал просто сногсшибательный рисунок на весь позвоночник. Парни провели в салоне несколько часов, и мастер Чонгука справился быстрее, так что Чонгук сполз из своего кресла и сел рядом с Паком. Чимин выбрал довольно сложный рисунок, тем более на том месте, которое считают очень болезненным. Это вызывало восхищение, и совсем немножечко - страх. Дело в том, что те, кто страдает РПП часто любят боль, или считают, что "заслужил" за нее. И вот теперь, Чимин просто терпел адскую боль, сжимая кулачки, сжимая за ними свое лицо. Брюнет от врача слышал, что такие как Чимин держат все в себе и не показывают свои слабости, чтобы не увидели другие, но это своего рода аутоагрессия , так что тот принял решение разрушать эту скалу непоколебимости, и присев рядом с Чимином, взял в свои руки один из кулачков. Он молча расслабил ладошку, а потом вцепился в руку Чонгука, когда волна боли снова нахлынула на него. Оказалось, что держать кого-то за руку, когда тебе больно - приятно. Ты как будто передаешь часть своих ощущений кому-то, как по цепи, но не причиняешь вред. Следующие 4 дня после сеанса, Чонгук следил за всем, что ест Чимин, какие делает упражнения и не позволял тому, даже на минутку думать о плохих вещах. Тэхену сделали операцию, и он проходит реабилитацию в Пусане. Джин уехал вместе с младшим, волнуясь за его состояние как физическое, так и моральное. А по отсутствию Джина, Намджун решил заняться делами своей банды. Хотя, когда банда уже существует так много лет, то ее глупо называть бандой, тем более, они поглотили не одну фирму, и теперь это был конгломерат, которым руководили весьма солидные люди. Намджун планировал поглотить очередную фирму и консультировался по этому поводу с отцом Тэхена и Джина, пока Юнги пытался найти того, кто устроил аварию... По окончанию 4 дней после сеанса в тату салоне, наступило время, чтобы снимать защитную пленку с татуировок, и если Чонгук легко это сделал со своей рукой, то со спиной Пака все сложнее. Вообще процедура снятия пленки простая - надо подставить место под струю теплой воды, подержать минут 4-5, после этого начинать ее стягивать. Тот, у кого никогда не было татуировок и таких пленок, думают, что это сделать легко, но это весьма сложная процедура. Иногда это очень болезненно, если место нанесения рисунка деликатное, а иногда рисунок слишком большой, и кожа повреждена тотально, это так же вызывает боль. Сама пленка очень эластичная, и когда ее снимаешь, она оттягивается как кожа змеи, но не отклеивается легко, надо приложить усилие. Чимин пытался самостоятельно снять пленку, но не мог это сделать, сколько усилий не прилагал. - И долго ты пытаешься? - Ага, - Чимин уже покраснел, и даже слегка запыхтелся - Надо поставить пленку под теплую воду. Минут на пять. Давай в душ... я подожду тебя тут и помогу ее снять. - Чонгук снял пушистые тапки и умостился на кровати Чимина, думая о том, что матрац у него куда удобнее, чем в собственной спальне. Он пытался думать о чем угодно, о квантовой физике, о вымирающих животных, только, чтобы не думать о Чимине... Чимине, стоящем в душе. Вообще Чонгук начал чувствовать в последнее время, что все больше зависает на этом парне и хотя делал вид, что все нормально, внутри все дрожало, и черт его знает, сколько он сможет себя сдерживать. Чимина не было минут 10, а потом он вальяжной походкой направился в свою комнату. Чонгук думал, что он всякое видел в этой жизни, и разную красоту лицезрел в других людях, но Чимина в свете лучей заходящего солнца, что медленно шагал к кровати - он не мог бы сравнить ни с кем, кто считался бы идеальным. У фотографов и художников есть время, которое они называют "золотой час" , и сейчас Чонгук мог наблюдать все буйство этого волшебного времени. Золото заходящего солнца залило всю комнату, превращая даже воздух в жидкое золото, которое отражалось на мокром теле блондина. Он зашел в комнату в одном полотенце на бедрах, и все, что видел Чонгук, это капли воды, что скатывались по подтянутой фигуре красавца: огибая кофейного цвета соски, быстрее слетая из грудных мышц и замедляясь между еле заметными кубиками, а потом исчезали в низу живота, где начиналось белое полотенце. - Поможешь? - Чимин остановился перед Чоном, который буквально замер и слегка улыбнулся. Он видел реакцию Чонгука на свое эффектное появление и возможно, впервые воспользовался этим, замедляя шаг, и остановился на месте, где солнце светило больше всего, создавая вокруг себя какую-то волшебную атмосферу. Чонгук кивнул Чимину перед собой, чтобы тот сел к нему спиной, и блондин послушно выполнил немую просьбу. Теплые руки нежно прошлись по нескольким пленкам, которые были заклеены на каждой луне. - Если будет больно - скажешь. Но не должно быть больно... вроде. У меня нет на позвоночнике рисунка, так что я не могу точно знать - Угу, - Чимин склонил голову к своей груди и сжал руки в ожидании болевых ощущений. Чон аккуратно начал снимать первую пленку, и спустя минуту она отлетела в сторону. Потом медленно оттянулись остальные 4 пленки... моментами Чимину было больно, моментами он почти ничего не чувствовал, но казалось, что больше всего ощущений у него появилось в конце, когда Чонгук нанес на свои руки заживляющую мазь и нежно прошелся по лунам. Это вызвало целое цунами из мурашек, которые оккупировали спину Чимина, и из-за них паренек даже немного съежился. Вдруг Чимин почувствовал, как руки исчезли с его тела, слегка прохладный ветерок прошелся по нежной коже, а потом что-то очень мягкое дотронулось до одной из луны. Это что-то мягкое оказалось губами Чонгука, и осознание этого сразу же разорвало сознание Чимина в клочья. Он боялся пошевелиться, и закрыв глаза просто отдался своим ощущениям. После поцелуя первой луны, Чонгук поцеловал вторую луну, а потом самую верхнюю, которая красиво сочеталась с родинкой, напоминая о том, как выглядит настоящая Луна на небе, вместе с Венерой. Теплые губы нежно застыли на верхней луне, когда рука Чонгука скользнула к шее парня, и слегка ее сжала, вызвав очередное цунами из мурашек. Чон прервал свой поцелуй, и склонился к шее своим лбом, тяжело выдыхая воздух из легких. Рука на шее Чимина расслабилась и слетела на талию блондина. - Что же я творю? - Совсем тихо спросил Чонгук в луну Чимина, и горячее дыхание обожгло парня... Но куда сильнее обжигали слова. Он обвил своими руками талию Чимина и казалось, что он хочет впитать в себя каждую секунду, каждую молекулу, которые сплелись в сумасшедший симбиоз. Чимин не знал что делать, как реагировать, или что должен сказать, но ему было приятно ощущать сильные руки на своем теле, как и губы по линии своего позвоночника. - Прости меня... Я не должен был. Я не отдаю себе отчета сейчас, - Чонгук спрыгнул с кровати и быстрым шагом покинул комнату Чимина, оставляя того наедине со своими мыслями. Все идет в каком-то направлении, которое его и пугает и влечет одновременно, и если Чонгук запутался и считает это ошибкой, то что должен думать сам Пак? Приятные ощущения сменились страхом, и Чимин почувствовал тошноту. Она ядовитым змеем сжимала шею блондина, и это граничило с панической атакой, пока он буквально сполз с кровати, оставляя полотенце на кушетке. Вдруг дверь распахнулась, и Чонгук влетел в комнату с волнением в глазах. Чимин стоял посреди комнаты в лучах заходящего солнца, абсолютно голый и сокрушительно прекрасный. На его лице отражалась вселенская грусть, но она так красиво смотрелась, как будто он воплощение богини Афродиты, что вышла на грешную землю из морской пены. Чонгук быстро преодолел расстояние, которое было между ними и заключил парня в объятия. Казалось, что планета прекратит свое вращение, если он отпустит Чимина из рук... Он кончиком носа прошелся по шее блондина, чувствуя, что теряет связь с реальностью. - Ты сводишь меня с ума, Чимини... Чонгук не осознавал сколько времени прошло, пока он вот так обнимал голого парня, и только дрожание хрупкого тела вернуло ему здравый рассудок. - Ты совсем замерз. Прости меня... Прости, - Чонгук стащил из кресла махровый халат, и закутал в него парнишку. - Почему ты вернулся? - Чимин наконец-то выдавил из себя хоть что-то. - Ты притягиваешь меня, как магнит. - Чонгук обнял Чимина со спины, крепко сжимая его руки и плечи. - Мы не можем... Чон ничего не ответил, он сам все понимал, но ему хотелось постоять еще немного вот так. Он должен что-то решить, что-то изменить в своей жизни... Понять, чего хочет, и либо закончить отношения с Е Чжин, либо заканчивать мучать и Чимина, и себя, а это равносильно - отвезти Пака домой, чтобы не мозолить свои глаза. Брюнет покинул комнату Чимина и направился на пробежку. Хотелось остудить голову, принять какие-то важные решения...

_________

Намджун вырулил на своем автомобиле на одну из центральных улочек. Парень проделал очень большую работу сегодня и желал быстрее увидеть Юнги, чтобы рассказать ему обо всем. Но на одном из поворотов парень заметил хвост. И даже не один. Липкий страх окружил его, и включился инстинкт самосохранения. Парень увеличил скорость и попытался вырулить из оковов преследователей, совершая звонки на громкоговорителе. Сначала он набрал Юнги, сообщил о слежке и о сделке, которая дошла до финальной черты. Мин отправился вместе с охраной в сторону, куда направлялся Намджун, чтобы спасти его. Второй звонок был Чонгуку. Его слабость - младший братишка, который всегда под ударом. Но Чонгук трубку не поднимал... Тем временем, Чимин услышал, как звонит телефон Чонгука, который он забыл на кухне. Чимин только взял в руки айфон, как вдруг послышался звонок в входную дверь. Он подумал, что это Чонгук вернулся за телефоном, и даже не посмотрев в глазок - открыл дверь.