Посланник дурных вестей

      Свят стоял на одном колене, разглядывая пол перед собой. Ему нельзя было поднимать голову, а уж тем более сталкиваться взглядом с Королём. Таким, как он, это было непозволительно. Ведь всего лишь одним своим взглядом парень мог оскорбить своего Короля. Опорочить его.       Большой тронный зал залит мягким, но холодным солнечным светом. От пола слегка тянет ветерком, но даже этого хватает, чтобы мальчишка промёрз до самых костей, пока Король вальяжно и без интереса рассматривает юношу. Свят прекрасно понимает, как жалко сейчас выглядит; как его Король, расставив собственные ноги и облокотившись на одну сторону трона, смотрит сверху вниз на какого-то придворного простолюдина в поношенных одеждах. Парень всегда выполнял функцию гонца или же просто разнорабочего для придворных слуг, отчего ему и позволялось жить в простенькой комнатке в дальней части замка. От воспоминаний о собственном жилище парня невольно передёрнуло. Казалось, что она продувается со всех сторон — ледяной зимний ветер дул даже из-под потолка. Особенно туго приходилось в разгар зимы, когда уснуть было просто невозможно из-за холода, который заставлял каждую мышцу тела дрожать, а кожа неприятно краснела, начиная болеть и чесаться.       «Наше королевство можно назвать процветающим… Страшно представить то, как приходится нищим в более злачных местах…» — Свят вновь дёрнулся, пытаясь освободить голову от ненужных мыслей.       Король возвышался над окружающими. Всего лишь восемь ступенек, отделяющих пьедестал с троном от всего зала, но именно из-за этого монарх смотрелся величественнее. Парень всё так же не смел поднимать взгляд. Мелкий узор на полу, выложенный из разноцветной мозаики, завораживал — Свят редко видел такие убранства, ведь в неосновных частях замка пол и стены были безликими и серыми.       Скучающий взгляд Короля перешёл на служителя церкви, который стоял чуть поодаль от мальчишки, опустив голову. В отличии от Свята, он мог себе позволить не вставать на колени перед Королём. Парнишке было очень интересно рассмотреть всё убранство Красного тронного зала, но он не имел права поднимать голову, довольствуясь лишь видом разноцветных стекляшек на полу. Парню так хотелось посмотреть на то, как выглядят высокие потолки, которые не давят на тебя, а наоборот — даруют чувство свободы и защиты от внешних морозов; также, до дрожи в пальцах, мальчишка хотел прикоснуться к длинным и, как ему казалось, бархатным кускам ткани, которые закрывали огромные витражные окна. Их парень успел мельком увидеть, когда зашёл в зал. Почему-то Святу казалось, что слово «бархатные» действительно подходит под их описание — когда-то давно мама рассказывала маленькому сыну о подобной ткани, которая невероятно мягкая на ощупь. Свята впервые пустили так близко к Его Величеству. На самом деле, парень знал, что таких, как он, в Южных краях недолюбливают: когда мама ещё была жива, он часто видел, как её окидывали презрительными взглядами, а иногда, особо нетерпеливые, кричали неприятные обзывательства вслед. Это были тяжелые времена, из которых Свят запомнил только вечный голод и частые простуды из-за холода. Возможно, из-за этого, даже сейчас, он был похож больше на угловатого подростка, чем на совершеннолетнего юношу. Парниша и правда был физически слабым, но вот ловкости ему было не занимать, да и знания, которые он получил от матери-травницы были на вес золота — именно по этим двум причинам он смог получить свою холодную комнатку в замке. Свят был доволен своей жизнью. Единственное, о чём он жалел, так это то, что не успел помочь своей маме, забрать и её в замок. Тогда никто бы больше не посмел тыкать в неё пальцем и обзывать.       Хриплый голос Короля был немного неприятным. Старик уже много десятков лет сидел на престоле, никого не допуская к власти, вцепившись в корону своими морщинистыми пальцами. Свят думал, что, возможно, это было и к лучшему — за огромное количество лет Король повидал много всего и сейчас, основываясь на своём опыте, мог принимать здравые решения. Но не все были согласны с его мыслями. Даже в стенах замка Свят часто слышал разные разговоры о том, что многие не довольны правлением Короля. Но парень считал их глупцами — в основном это были люди, которые никогда не находились на волоске от голодной смерти. Снаружи замка жизнь была совершенно другой, и Свят действительно был благодарен Королю за всё, что имеет сейчас. Тем более, за стенами замка он был чужаком — потомком Северного Королевства. Сам парень никогда там не был и знал не намного больше, чем местные. Мама никогда не рассказывала об отце или хотя бы о том, как они познакомились. Эта была одна из тех тем, на которые в их семье нельзя было говорить. Поэтому Свят был уверен, что его отец — не самый хороший человек, что только подтверждало те слухи, которые он знал о северянах. Но… Всё же, что-то очень сильно тянуло парня в неизведанные земли, словно там было самое важное в жизни Свята. То, что является его смыслом жизни. Свят всегда гнал эти мысли куда подальше, но иногда становилось просто невыносимо.       Всё внутри сжалось, когда Свят понял, зачем его позвали в тронный зал. Парень не мог понять, напуган он или же наоборот; дрожь внутри — это радость от того, что он наконец-то сможет понять, что так сильно его манило в те края, где он никогда не бывал. Ему не дали сказать даже слова, хоть парень и знал, что не сможет отказаться от той роли, которую он теперь вынужден выполнять. Священнослужитель коротко кивнул и одним грубым движение поднял Свята, утягивая из тронного зала. Ноги парня были ватными, а мыслями он был всё так же где-то далеко, что только больше раздражало священника.       — Посланник должен быть уважителен и учтив в общении с Королём и его свитой другого государства. Я до сих пор считаю, что ты совершенно не подходишь для этой роли, но твоё грязное происхождение сейчас только на руку. — Священник тащил парня по узким и плохо освещённым коридорам, стараясь держать его лишь за одежду и не прикасаться к коже, видимо, действительно считая, что он был «грязным» не только духовно, но и физически. — Хотя, с этими звероподобными существами и нет смысла говорить подобающе. Они — ошибка природы, совершенно не знают манер. — Священник презрительно скривился. После ещё раз взглянул на паренька, которого тащил. — Господь отвернулся от таких, как вы.       Паренька швырнули в дальний угол, как только они зашли в какую-то комнатку.       — А почему Вы не являетесь официальным послом? Ведь всегда священник выполняет волю Божью и доносит слова Короля другим Королевствам. — Как только эйфория о новости, что Свят побывает в Северных землях пропала, парень вспомнил, почему быть посланником не самое почётное звание. Он пару раз видел красиво одетых посланников других земель, которые очень складно говорили и манерно размахивали руками. Но после, стоило им сказать хоть что-то, что не нравилось Его Величеству, этих бедолаг тут же казнили, несмотря на то, что они были людьми другого государства. А Королю не нравилось практически всё. Чтобы не лишаться собственных людей, Король обычно посылал не посланников, а посла, и вот его смерть уже была личным оскорблением Короля. Тем более, когда в роли посла выступал священник — никто не решался ничего ему сделать, от чего священнослужители возвращались целыми и невредимыми. Да и поговаривали, что смертью священника можно было разгневать небеса.       Свят не был ни послом, ни тем более священнослужителем, а это означало, что его шансы вернуться целым стремились к нулю, особенно зная, что северяне были дикарями… Парень невольно дёрнулся всем телом. Вся радость пропала, а внутри что-то неприятно сжалось. Отношения между государствами всегда были напряжёнными, но в последние годы, как поговаривают слуги замка, лишь Бог спасает Южное государство от войны с северянами. Теперь стало ясно, почему Король в этот раз не отправляет посла — дикари не считались бы с посланником Бога, а Его Величество не хотел лишаться столь верного и ценного человека в своём государстве. Свят ещё раз взглянул на взрослого мужчину в длинной тёмной рясе. Через пару мгновений в руках Свята появляется небольшой продолговатый конверт из жёлтой бумаги. Она была очень шершавой и волокнистой на ощупь. Свят впервые видел, а уж тем более держал в руках подобную вещь. Интуиция паренька подсказывала, что ничего хорошего внутри лежать не может. Свят мотнул головой, отбрасывая эти мысли. Он редко оказывался прав в свои догадках, поэтому решил, что и в этот раз все его предчувствия строятся лишь на страхе перед неизвестным путешествием.       — Головой за это отвечаешь. Пошёл отсюда, — Свята выставили, оставляя наедине со своими мыслями. Единственное, что знал парень — нельзя вскрывать конверт до прибытия в другое государство.

***

      Свят испытывал мандраж, разглядывая огромные листы с нанесёнными опознавательными знаками. В памяти никак не укладывалось то, после какой горы куда сворачивать. Землепроходец уже битый час пытался объяснить мальчишке, как добраться целым до Северного государства. Рослый мужичок, который в своё время сам вычерчивал по памяти все эти карты, не понимал, в чём проблема, чтобы запомнить верные тропы.       Мужичок устало выдохнул, прикрывая глаза:       — Давай ещё раз. — Устало произнёс он. — Есть два основных пути в Северное государство. Тебе надо будет идти через пустошь, где раньше была деревенька.       — Но почему? Вот эта тропка выглядит намного короче, — Свят хотел тыкнуть пальцем в бумагу, но вовремя понял, что может случайно смазать грифель своим касанием. Мужичок заметил это, одобрительно хмыкнув. Ему понравилось уважение к чужому труду со стороны подростка.       — Эта тропка через горы, там сейчас опасно. Северная зима намного суровее, чем у нас. Ты поймёшь это, как только перейдёшь границу. На пустоши сильные ветра, но именно поэтому там нет никаких зверей. — Мужчина тяжело выдохнул, ещё раз окидывая мальчишку взглядом. По его мнению, отправлять такого хлипкого парня впервые одного, да ещё и в зиму, было слишком глупо. Провожатым с ним никто не пойдёт. Даже он, насколько бы ему не было жалко парня, не решился бы, пусть и за пару золотых, идти с ним.       Землепроходец сам не заметил, как краткий инструктаж перешёл в задушевные разговоры с мальчишкой. Он умел чем-то завораживать. В замке ходило много слухов об этом мальчишке из маленькой комнатки, но он совершенно ничем не отличался от других людей. Большие карие глаза смотрели в душу, внимательно следя за каждым движением мужичка, что было очень приятно для одинокого старого странника. Но вскоре мужчина понял, что всё же было одно отличие — парень был намного добрее и открытее, чем бо́льшая часть жителей замка. Этот парнишка годился ему в сыновья, от чего сердце мужчины потихоньку оттаивало. Он уже видел северян, и вот этот мальчишка, который являлся потомком людей севера, практически не был на них похож. Только тёмные волосы и глаза. Не было ни намёка на мощное тело или же суровый характер северян. Он был больше похож на маленьких детей северян — такие же большие глаза, которые хотят знать всё.       Многие на юге ненавидят людей севера из-за их происхождения. Старик видел оборотней и знает, что они намного человечнее, чем некоторые из его родных краёв. Единожды побывав в Северном государстве, землепроходец стал сомневаться в правильности правления Его Величества. Там всё было по-другому. Всё для народа, а не для королевства. Мужчина знал, что своих людей Король оборотней никогда бы не отправил в разгар зимы куда-то, тем более тех, кто не подготовлен. Только в случаях экстренной необходимости. Старик хмыкнул — он очень сильно сомневался, что причина визита уж очень важна. Если это было так — никто бы не отправлял мальчишку в другое государство, для этого есть официальный посол. Мужчина ещё раз взглянул на темноволосого мальчишку, который внимательно и с восхищением разглядывал карту. Он прекрасно понимал, что парень был лишь расходным материалом, а это означало, что в конверте не очень добрые вести. И самое жуткое, что землепроходец понял, это то, что Свят и сам об этом знает, но просто не подаёт виду, продолжая улыбаться и узнавать как можно больше.       «И вправду, как северный ребетёнок. Такой же любопытный и наивный» — Подумал мужчина. За все его визиты, исследователь смог увидеть детей лишь единожды, женщин и вовсе он не увидел. Для Северян дети — было самым дорогим, отчего они никогда не показывали их неизвестным гостям. Странников встречали всегда крупносложенные мужчины, которые внушали страх лишь одним своим видом. Сейчас мужчина задумался. Даже слугами были мужчины — ни одной девки не было, хотя, однажды, он всё же перепутал какого-то хиленького парня слугу с женщиной. Вот именно на того парнишку был похож Свят.       Землепроходец знал, что мальчишка не вернётся обратно, но всё равно заставил стражу замка дать мальчишке самого быстрого и крепкого скакуна. Никто не хотел тратить на посланника больше необходимого, зная, что это впустую. Мужичок видел, как с приближением дня отъезда парнишка замыкался, хоть и пытался этого не показывать. Его глаза были всё грустнее и грустнее, отчего сердце взрослого мужика просто разрывалось. Этот мальчуган и вправду стал для него как сын и, когда мальчишка задорно улыбнулся старику в последний раз, выходя за ворота внешней стены замка, мужчина почувствовал, как одинокая слеза скатилась по щеке.