Возлюби ближнего своего, как самого себя

Одним осенним утром сентября Я увидал созвездье тёмных лун

Феликс спускается со второго этажа в кухню. Поправляет чёрный пиджак и встряхивает головой. Пожелав всем доброго утра, садится за стол. Мама ставит перед ним тарелку с овсяной кашей и, поцеловав в макушку, присаживается рядом с мужем. Они пару минут ждут, пока Минхо спустится, и уже вместе начнут завтракать. Старший сын, пожелав доброго утра, садится рядом с Феликсом. Они складывают ладони вместе, прикладывая к носу, закрывают глаза и ждут, пока отец начнёт молитву. — Господи, Иисусе Христе, Боже наш, благослови нам пищу и питие по молитвам Пречистой Твоей Матери и всех святых Твоих, ибо Ты благословен во веки веков. — В один голос слышится: — Аминь. Тихое сентябрьское утро сопровождается звуками ложек и стаканов. Минхо, тихо выдохнув, проводит ладонью по тёмным волосам и смотрит на отца. Тот, улыбнувшись ему, отводит взгляд. Феликс опускает голову, сцепляя руки в замок за затылком. После выпрямляется и отодвигает тарелку. — Пожалуйста, веди себя хорошо. Не делай глупостей. Минхо, следи за ним. Сыновья одновременно кивают. Отец натягивает улыбку. Женщина забирает тарелки, сразу складывая в раковину. Она опирается о столешницу, вытирая руки полотенцем. Кидает быстрый взгляд на часы. — Скоро автобус, поторопитесь. Они выходят из дома. Феликс тяжело выдыхает, Минхо смотрит на него и поддерживающе поглаживает по плечу. Полушёпотом произносит, что всё будет хорошо. Дорога до остановки не длинная. Всего четыре дома и уже видится небольшая постройка, окрашенная в разные оттенки зеленого. Они занимают места в самом конце. Феликс садится к окну. Устремляет взгляд на природу, которую видит лишь во второй раз. Пришлось переехать из Австралии, сюда, в Сеул. Точнее на окраину столицы. Здесь рядом была церковь, в которой работает его отец. В этом году ему исполнилось пятьдесят три, до этого он семнадцать лет был пресвитером или проще говоря священником в родной стране. Мама работала в школе, сейчас же она руководит хором в этой же церкви, помогает при церкви, прихожане уже называют её матушкой. Минхо перевёлся в университет на третий курс, досдав академическую разницу, это же сделал и Феликс, перейдя на второй курс филологического направления. Заочно поступил в библейскую теологическую семинарию. В Австралии он был в шаге от становления самым молодым священником, но пришлось сменить место жительства. Феликс закрывает глаза. Успокаивает дыхание и нарастающую дрожь. Минхо кладёт руку на левое плечо, притягивая к себе и прислоняя висок к правому. Феликс мысленно его благодарит. Ехать предстоит чуть меньше часа. Трехэтажное здание встречает большой вывеской «Добро пожаловать». Братья вместе заходят в университет. Различия в расписании заставляют разойтись по разным сторонам. Феликс проходит через турникет. Голоса с разных сторон, звуки автоматов для еды, музыка заряжают. Парень с улыбкой поднимается на второй этаж. Проходит прямо, мимо расписания. Останавливается у кабинета. Вдыхает и стучит три раза. Входит. Женщина средних лет с улыбкой приветствует его. Он присаживается. — Меня зовут Ли Сумин и я куратор вашей группы. Могу ли познакомиться с тобой поближе? Феликс кивает. Много о себе не говорит. Упоминает лишь учёбу в австралийском университете, об активной деятельности, что проявлял там. Немного о семье, в основном о Минхо, так как он учится здесь же. — Через пару минут начнётся пара, поэтому лучше пройдём в аудиторию. Феликс выходит первым, ждёт преподавателя. Она закрывает кабинет. Сделав лишь шага три, они уже заходят в семьдесят первую аудиторию. Собралась почти вся группа, так сказала женщина. Сумин встаёт перед кафедрой. Прошло пару минут после того, как прозвенел звонок. Студенты встали, поприветствовали преподавателя и вновь заняли свои места. Феликс со спокойным лицом и сдержанными движениями осматривает однокурсников. — Ребята, здравствуйте. Во-первых, хочу поздравить вас с началом учебного года, с переходом на второй курс и вообще началом осени. Надеюсь, и в эти два семестра мы с вами сработаемся так же продуктивно, как и на первом курсе. Во-вторых, поприветствуйте вашего нового сокурсника. Послышались хлопки, с верхних рядов - свисты. Феликс флегматично приподнял краешек губ. — Всем привет. Меня зовут Ли Феликс. Я из Австралии, поэтому мои знания в корейском могут быть не особо хороши. Надеюсь на взаимопонимание и дальнейшую дружбу. — Он кланяется, и снова слышатся аплодисменты. Феликс переводит взгляд на преподавателя, что указывает рукой на аудиторию. После проходит вперёд, поднимается на две ступеньки и садится за вторую длинную парту, рассчитанную на четырёх студентов. Блондин, что сидел на конце, передвигается в середину, к Феликсу. Его вьющиеся пушистые волосы хаотично лезут в разные стороны. Феликс находит очень забавной его улыбку. Десневая улыбка, что выглядит так невинно, заставляет улыбнуться в ответ. Он тянет руку и представляется Джисоном. Феликс жмёт ему руку, прикладывая левую. Парень осматривается. На первый взгляд однокурсники адекватные. Кто-то слушает преподавателя, кто-то уткнулся в телефон, а кто-то просто разговаривает. Джисон же замолчал, теперь он внимательно наблюдает за женщиной, что прошла к доске. Феликс смотрит чуть вправо. Этот парень кажется добрым, немного наивным, но искренним. Джисон кидает быстрый взгляд на него и, улыбнувшись, вновь смотрит на преподавателя. — Сынмин. — Представляется парень с тёмными волосами, когда в аудитории почти не осталось студентов - обед. Феликс улыбается ему и, пожав руку, громче произносит «рад знакомству, Сынмин». Вторая перемена сопровождается весёлыми рассказами Джисона о его проведённом лете. Феликс уже успел хорошо его узнать и воссоздать образ неплохого друга. Джисон отодвигает стул и садится, закинув ногу на ногу. — Заразишься ненормальностью, если будешь с ним общаться. — Констатирует одногруппник со спокойным лицом. Он опирается о парту и складывает руки на груди. Джисон пихает его в плечо и улыбается Феликсу. Сынмин смотрит на него с невозмутимостью. — Почему? — На первый взгляд он кажется нормальным, но это не так. Он заставит мёртвого восстать своими разговорами. Так что лучше выбирай себе общество. — Неправда. — Правда. Феликс смеётся. Эти двое идеально дополняют друг друга. Привстаёт, чтобы снять пиджак. Аккуратно вешает его, после поворачивается, откидываясь на спинку стула. Теребит красную нить на левом запястье под партой. Никакого она смысла не несёт, просто красиво смотрится. Не часто носит её, лишь когда надевает что-то поверх. Старается придерживаться православных традиций. Переводит взгляд. Быстро прокручивает сказанное. — Но ты его друг? — замечает Феликс. — Поверь, мне пришлось сделать столько прививок, так что теперь у меня иммунитет. — Джисон наигранно расширяет глаза, затем открывает рот. Сынмин копирует его. Феликс заливается смехом, держась за живот. — Шучу, но всё равно, держись от него подальше. — Я подумаю над этим. — Он так же складывает руки на груди, делая задумчивый взгляд. Переводит взгляд на подошедшего однокурсника. — Феликс, привет. Я староста этих заноз. Парень в классическом чёрном костюме садится за парту впереди. Его идеально уложенные каштановые волосы отражают свет, создавая над головой свечение. Феликс принимает это за знак. Он пожимает ему руку, после переводит взгляд на Хана. — Этого красавчика зовут Кристофер. — Джисон подмигивает Феликсу, а после с притворной беззаботностью смотрит на старосту. — Крис. — Быстро укорачивает парень и улыбается Феликсу. — О, это запомнить проще. — С ним тоже лучше не общаться. — Сынмин отводит взгляд, осматривает аудиторию и выпрямляется. Крис вопросительно на него смотрит. — Хей, почему это? — Потом тебя будет тошнить от перфекционизма и чрезмерной ответственности. — Разве это плохо? — Феликс разворачивает корпус к Джисону, но продолжает смотреть на Сынмина. Его чёрные глаза улыбаются. Его чёрные глаза говорят о многом. Феликс понимающе кивает. — Вообще, — встревает Джисон, — с Сынмином тоже лучше не общаться. — Я посмотрю с вами вообще не нужно общаться. — Прикиньте, сейчас чуть драка не произошла? — Слышится в начале аудитории. Парень с тёмными волосами подходит к парте, где сидели ещё три человека. Феликс мгновенно поворачивает голову в сторону, где сейчас идёт бурное обсуждение произошедшего. Теперь он не слышит парней, его внимание сосредоточено на другой стороне аудитории. — Вроде говорили, что это был третий курс. Одного не устроило, что у новенького слишком набожный вид. Тот ничего ему не отвечал, а он пошёл наповал. Феликс больше не стал слушать. Он встаёт, ничего не говоря однокурсникам, ускоряя шаг. Шестьдесят шестая аудитория. Сворачивает направо. Сразу замечает Минхо в конце коридора, у окна. Брат поправлял рубашку. — Всё в порядке? — Феликс заглядывает в чужие глаза. Раздражение, злость, усталость в карих глазах. Брат его не трогает. Лишь ждёт ответ. Прикрывает руку и быстро осматривается, пока Минхо успокаивается. — Да. — Старший надевает пиджак, отводя взгляд. — Если что мы можем… — Всё в порядке, Ликси. Пожалуйста, возвращайся в аудиторию. Поговорим дома. Феликс поправляет шиворот рубашки, после поглаживает по плечу. Осмотрев его, он решает идти. Каждый шаг даётся с трудом. Парень заставляет себя смотреть вперёд, никак не оглядываться.

***

— Ты снова проспал? — Спрашивает Чанбин, как только заходит в комнату. Хёнджин спускает одеяло, показывая лишь макушку. Его уставший взгляд скользит по только вошедшему другу. Чанбин кидает рюкзак на кровать. Быстро снимает ветровку, складывая её в шкаф. — Снова поссорился с матерью, поэтому решил лечь спать. — Хван устремляет взгляд в потолок. Громко выдыхает и закрывает глаза. — Ты такое пропустил. — Прошло всего лишь четыре часа, что я мог пропустить? — Вновь ложится на бок и наблюдает за другом. — У нас в группе пополнение. — Чанбин встаёт в середину комнаты, выпрямляется. Прокашлявшись, тонким бархатным голосом начинает: — Всем привет, — для усиления эмоциональности заводит руки за спину, — меня зовут Ли Феликс. Я из Австралии, поэтому мои знания в корейском могут быть не особо хороши. Надеюсь на взаимопонимание и дальнейшую дружбу, — он расширяет глаза, пытаясь создать невинный взгляд, прикусывает нижнюю губу, скрещивает ноги и наклоняется вперёд. После закатывает глаза и садится за стол. Хёнджин принимает сидячее положение и смотрит на друга. — Кстати, он красивее тебя. — Смешная шутка. — Язвительно отвечает парень, разминая руки. Чанбин с вопросом смотрит на него. — Я тебе когда-то врал? — Хёнджин кидает уставший взгляд, что явно говорит лишь об одном - неоднозначно. — Он реально создаёт тебе соперника. — Пока сам не увижу, не буду комментировать твой бред. — Он вновь ложится и закрывается одеялом с головой. — Сегодня про тебя спрашивала та самая девочка, я уже устал, если честно. — Хёнджин что-то неразборчиво бормочет. Чанбин не решается его понять, просто включает чайник и выходит из комнаты. Хёнджин садится, сложив ноги по-турецки. Из-под подушки достаёт телефон. Проверяет сообщения, заходит в беседу группы, листает участников. Никакого Ли Феликса. Проверяет друзей старосты. Ничего. Пытается вбить в поисковую строку, но даже не знает, как он выглядит. Выключает гаджет, когда видит входящий от мамы. — Кофе в недавно открывшейся кофейне перед универом просто волшебство, — начинает Чонин, как только открывает дверь. Хёнджин потирает глаза, севшим голосом спрашивает: — Где это? — Рядом с аптекой. — Парень кладёт круассаны на стол, за ними следуют бананы. Слышится зевок Хёнджина. — Я тоже туда ходил, — поддерживает разговор вошедший Чанбин.

***

— Хочу спросить ещё раз, — Феликс лежит на груди Минхо, пока тот с кем-то переписывается, — я тебе противен? — Брат отводит взгляд и смотрит на макушку. Задевает её ладошкой, имитируя удар. — Тогда отвечу ещё раз, Ликси, нет. — Минхо выключает телефон, откладывает на тумбочку. Аккуратно запускает пальцы в тёмные волосы, после опускает руки на шею младшего и начинает её массировать. — А родители притворяются или любят меня так же? — Минхо замечает, как брат расслабляется. Сводит руки к ключицам. Проводит по ним и возвращается к плечам. — Конечно, любят тебя так же. У нас нет выбора, такой уж ты у нас, с сюрпризом. Феликс садится. Смотрит на Минхо и отводит взгляд. Выдыхает и тянет руку к ключицам - теребит крестик. — Ты бы знал, как я ненавижу себя, а ты наоборот, стал более тактильным по отношению ко мне. — Потому что ты нуждаешься в этом, я как заботливый брат даю тебе это. Помнишь: «Будем внимательны друг ко другу, поощряя к любви и добрым делам». — А я даже не могу тебе ничего дать взамен. — Уголки губ опускаются. Руки сцепляются в замок, а настроение становится никаким. Не хочется думать об этом, но и не думать не получается. Остаётся лишь спрашивать. Минхо задевает подбородок указательным пальцем и, смотря в глаза, шёпотом спрашивает: — Я разве прошу? — Я же тоже не прошу. — Такой же шёпот в ответ. — Не забивай себе голову. Мы относимся к тебе так же, как и до того, как узнали ещё один вполне нормальный факт о тебе. Феликс опускает голову и выдыхает. Нужно просто смириться. Он встаёт. Негромко оповещает о том, что лучше пойдёт в свою комнату. Минхо кивает ему.

***

Хёнджин как обычно заходит в университет за минуту до начала занятий. Проверяет сообщение от Чанбина. Лекция на третьем этаже. Проходит через турникет, поворачивает голову в сторону зеркала. Выпустив прядь, продолжает идти. Быстро оказавшись на втором этаже, останавливается. Пару минут после звонка наблюдает за парнем, что упорно рассматривает номера на кабинетах. — Подсказать что-то? Брюнет быстро оборачивается. Кланяется, после подходит чуть ближе. Парень, что стоит перед ним, выше его на сантиметров пять. Феликс не смотрит в глаза, заостряет внимание на красной нити на тонком запястье. Поднимается выше - они встречаются взглядами, прежде чем Хёнджин сделал шаг вперёд. Феликс словно ожил. Отворачивает голову чуть влево, ладошкой проводит по левой ключице, останавливаясь на крестике. — Да, можешь сказать, где девяносто пятая аудитория? — Мне туда же, пошли, проведу. Хёнджин подбородком указывает, чтобы парень шёл впереди. Он осматривает его. Что-то внутри приятно щёлкает. Хёнджин улыбается сам себе. Оказавшись на третьем этаже, Хван показывает прямо, на девяносто пятую аудиторию. Феликс, поблагодарив его, первым входит, затем входит и Хёнджин. Все удивлённо смотрят на них. Откуда-то сверху слышатся вздохи, присвисты. Феликс быстро находит взглядом Джисона и сворачивает вправо. Хёнджин, ещё раз взглянув на парня, поворачивает налево. — Вы уже познакомились с Феликсом? — Спрашивает Чанбин, когда Хёнджин садится рядом. Он удивлённо смотрит на друга. После ищет взглядом нового однокурсника и поворачивается к Чанбину. — Ты был прав. Он очень красив. — Вновь выискивает того парня. Феликс только садится, поправляет волосы, зачесывая их назад. — Хван Хёнджин, рот прикрой. — Ты знаком с Хёнджином? — Джисон поднимает голову, наблюдает за тем, как Феликс достаёт пенал и тетрадь. — С кем? — Парень, что шёл позади тебя – Хёнджин. — Хан сразу же приватизирует себе ручку Феликса. — Я спросил, куда идти, он помог. Это наш однокурсник? — Да, Хван Хёнджин. Сын мэра Пусана. Тот ещё любимчик директора, да и не только... Феликс кивает. Ищет взглядом этого парня. Они встречаются взглядами, ещё раз. Их прерывает вошедший преподаватель. Секундный взгляд, но Ли успел заметить искру в глазах брюнета. Почему-то он хмурит брови и поворачивает голову, устремляя еë в только что открывшуюся тетрадь. В следующее мгновение ему кажется, что левое запястье начинает гореть, он прикасается к рукаву пиджака и больше ничего не чувствует. Левая рука теперь покоится на колене, несильно его сжимая. — Что ты делаешь после пар? — Интересуется Джисон, перенимая внимание на себя.

***

— Чанбин, с каких пор ты пьёшь кофе? — Хёнджин недовольно смотрит на Чанбина, что с улыбкой шагает впереди. После пары друг предложил сходить в недавно открывшуюся кофейню. Хван, конечно же, согласен, но нужно поддерживать образ. — Со вчерашнего дня. — Короткая пауза сопровождается подтягиванием лямки на портфеле. — Там очень вкусный кофе. Хёнджин смотрит куда угодно, но только не на Чанбина, что вопросительно на него поглядывает. Впереди он замечает знакомую фигуру. Точно, это же новенький. Ли Феликс. То ли на улице стало жарко, то ли левую руку непривычно покалывает. Он пихает их в карманы — Уговорил, идём. — Чанбин кидает недоверчивый взгляд на Хёнджина, но, после взяв его под руку, ускоряет шаг. Хёнджин непрерывно наблюдает за смеющимся Феликсом. Неосознанно его уголки губ поднимаются. Боковым зрением замечает, как Чанбин так же с вопросом смотрит на него. Феликс, Минхо и Джисон заходят в кофейню. Хёнджин пытается сделать невозмутимый взгляд, но всё равно продолжает улыбаться. Чанбин щурит глаза. Хван поворачивает голову и смотрит прямо в глаза. Парень цокает и отворачивается. Хёнджин наблюдает за тем, как трое парней выходят из кофейни. Феликс толкает в плечо Джисона и что-то показывает Минхо, пока Хан пытается нормально держать их пластиковые стаканы. Они сворачивают в другую сторону, противоположную от них. Хёнджин почему-то чувствует разочарование. Буквально через пару минут они с Чанбином заходят в небольшое здание. Оба одновременно закатывают глаза. — Приветик. — Блондинка подходит ближе к Хёнджину, хочет задеть, но Чанбин закидывает руку на плечо друга и проводит вперёд. — Как дела? Вчера тебя не видела. — Были дела, — отмахивается парень. Шёпотом торопит Чанбина, который и без него это понял. Не спрашивая ничего у Хёнджина, он заказывает два американо. Чанбин поворачивается и с неким отвращением смотрит на девушку. — Я рада тебя видеть, а ты? — Она встаёт с другой стороны и так же пытается задеть парня, но Чанбин вновь пресекает её попытку, вставая по левую руку. Хочется накричать, если бы не кафе, он бы так и сделал и ему плевать, что перед ним стоит девушка. Хёнджин хватается за друга, словно боится. Отводит глаза и быстро проговаривает: — И я рад, Миён. — Я - Чонхи, но для тебя могу стать и Миён. — Ваш заказ. — Чанбин выдыхает с облегчением. Благодарит юношу, что подаёт стаканы. Парень пихает один Хёнджину, сразу хватая его под локоть и выводя из кофейни. — Какие планы на выходные? — Ты в них точно не входишь. — Ответ получился слишком резким и агрессивным, но Чанбина это не волнует. Он продолжает идти в направлении общежития. — Пошли бы на вечеринку в честь перехода на второй курс. — Обязательно придём. — Я буду ждать тебя, Джинни. — Я буду ждать тебя, Джинни. — Повторяет Чанбин и отпускает друга. Хёнджин смеётся, а парень лишь закатывает глаза. Чанбин недолюбливает её. Весь прошлый год она таскалась за Хёнджином, не давая спокойно пройти в коридоре, посидеть в столовой или в молчаливой обстановке дойти до общежития. Чанбин даже один раз поговорил с ней наедине, пытаясь спокойно всё объяснить, но, как он потом понял, это была бесполезная трата времени. — Я обожаю тебя. — Ну да, я такой. Чанбин подаёт горячий стакан другу и ещё раз кинув на него недовольный взгляд продолжает идти, смотря под ноги. Разгорающаяся агрессия медленно, но отпускает и только теперь парень чувствует, насколько горячим оказался напиток. Переставляет пальцы и удобнее берёт картон. Хëнджин рядом с ним почему-то улыбается.

***

Феликс проходит в огромное помещение, освещаемое свечами. Негромко вдалеке слышится хор. В середине храма стоит мужчина в чёрных одеждах - епископ. Его глаза закрыты. Парень делает пару шагов вперёд. — Мы на тебя надеялись, — Феликс останавливается. Низкий голос громким басом раздаётся в храме, разбиваясь отголосками об стены. — Почему ты решил нам соврать? Почему ты решил стать грешником? Каковы твои умыслы? Тёмные брови хмурятся, между ними виднеется небольшая складка. Феликс щурится. Свечи, одна за другой, начинают затухать. В следующую секунду они взмывают в воздух и летят к мужчине, полукругом помещаясь за его спиной. Феликс ловит себя на мысли, что слишком увлекся этим зрелищем. Переводит взгляд на епископа и негромким голосом произносит: — Я Вам не лгал. Свечи поднимаются выше, образовывая круг. В центре что-то быстро взрывается. Красные и оранжевые искры падают на пол, сливаясь с мужчиной. Феликс вновь поднимает взгляд. Красная полоса соединяет свечи, над которыми появляются жёлтые английские буквы. Парень успевает разобрать быстрое «Райан», после их сменяют голубые корейские, но Феликс вздрагивает, быстро запоминая первую большую букву «Х». Мужчина поднимает руки. — Как мог ты забыть о том, что тело наше создано не для блуда. — Это вовсе не так. Моё тело чисто. Круг полыхает. Сверху на него смотрят голубые глаза, а губы растягиваются в улыбке. Парень хмурится. — Как ты можешь лгать, смотря мне в глаза. Вспомни те глаза и уста, что искушали тебя и ты поддался этому искушению, предав Бога. — Почему Вы... — Молчать. — Феликс вздрагивает. Чернота сгущается, на каждую ногу как будто подвесили по гире, неприятная тяжесть чувствовалась и в животе. — Нечестивец, — Феликс тянется к крестику, сжимает его. Он прикрывает глаза, голова почему-то стала напоминать наполненный легким газом шар, привязанный к свинцовой плите, — прелюбодей, — срывает с себя, — греховодник. — Делает пару шагов вперёд, всматриваясь в лицо перед собой, — преступник. — Феликс впивается в шею мужчины. — Не смей, — руки сильнее сжимают шею, глаза становятся красными от злобы. Тяжесть давит, но от этого парень только чувствует прилив сил. Голос становится громким, даже слишком. Насколько громким, что он не слышит следующих слов, — говорить, — Феликс почти не дышит, крепче сжимает руки, — про меня такое. — Феликс, — голос позади не останавливает. Ненависть и агрессия только растут, норовя полностью выйти из худых рук, — он сейчас задохнётся, Феликс. — Его обнимают за талию, пытаясь оттащить. Чужие руки пытаются отцепить его от шеи. — Феликс. — Пронзительный крик заставляет открыть глаза. Парень видит перед собой Минхо, которого оттаскивает отец. — Феликс, что с тобой?