Бесконечное лето

      Антон не глядя тянет за собой балконную дверь, но его мягко останавливают.       – Дашь закурить?       Арс держит дверь, заглядывая Антону в глаза.       Антон с подозрением смотрит в ответ, но ничего не говорит, поддаваясь на легкие тычки и проходя дальше. В молчании достает сигарету себе, в молчании протягивает пачку, в такой же тишине закуривает и передает зажигалку.       Арс подносит огонь, делает первую затяжку и морщится, возвращая сигареты хозяину.       – Все в порядке?       Арс искренне улыбается, выдыхая дым.       – Блин, Тох, почему всегда, когда я прошу закурить, это означает, что что-то не в порядке?       Блеск в глазах немного расслабляет, и Антон улыбается в ответ.       – То есть все хорошо?       Блеск задерживается еще на пару мгновений, а затем медленно исчезает, когда Арс глубоко вздыхает и отворачивается к окну.       Антон отворачивается следом, выглядывая в темноте ночи танцующих подростков на детской площадке.       Погода стоит прекрасная последние дни. Днем солнце заливает все вокруг, но не жжет. Воздух успевает прогреться, а ночью тепло медленно испаряется. И дышится так глубоко, даже в душной Москве воздух ощущается свежим и насыщенным. Как же должно быть волшебно сейчас где-нибудь за городом, нужно успеть сгонять, пока есть возможность...       – Мы расстались.       Арс вдруг прерывает мечтательные мысли Антона.       – С кем?       Вопрос вырывается сам собой, а Арс горько усмехается в ответ.       – Да не важно. Видишь, ты даже имени не знаешь.       Он делает еще затяжку, тушит скуренную чуть больше, чем на половину сигарету и плюхается на диванчик у окна.       – Так, ну вот не надо. Ты же вечно недоговариваешь, я даже не был уверен, что ты с кем-то там.       Арс тепло улыбается ему снизу вверх.       – Да все в порядке, правда. Просто это произошло прямо вот перед тем, как я приехал сюда.       Спонтанно как-то все произошло этим вечером. Сидя в офисе, Дима вдруг вспомнил, что Арс в Москве до следующего вечера, тут же написал Сереже, Антон – Арсению, и вот внезапно они вчетвером ночью оказались в квартире Сережи. В последний раз такая роскошь случалась, кажется, еще в прошлой жизни.       Антон падает рядом на диванчик, занимая почти все свободное пространство, что Арсу приходится подтянуть под себя ноги.       – Так что случилось-то?       Арс коротко ведет плечами и качает головой.       – Да ерунда, правда. К этому давно шло уже.       Арс замолкает, но Антон видит, как продолжение уже почти сформировано и...       – Просто... Ты меня знаешь, я иногда могу что-нибудь на эмоциях ляпнуть, а потом жалеть, что не сдержался, но ни за что ведь не признаюсь в этом.       Антон криво улыбается, соглашаясь.       – Ну и вот это даже ссорой как таковой не было, мы просто разговаривали и как-то пришлось к слову...       Арс тушуется, съедая остаток предложения, видимо, сам понимая, что звучит странно.       Антон хихикает над этим:       – Арс, что значит – пришлось к слову? Что ты сказал?       Арс начинает ерзать на месте, как делает всегда, когда его загоняют в угол с неудобными вопросами:       – Слушай, это вообще не важно, потому что говорю – к этому давно шло. Ты вообще представляешь, как сложно с людьми пытаться строить хоть какие-то отношения? Они же все поголовно тупые!       Антон громко смеется от такого заявления.       – Да че ты ржешь? Я серьезно! Что девушки, что парни – одно болото. Девушек я часто просто не понимаю, очень часто ведь бывает, когда разговариваешь с кем-то и вы будто спорите о чем-то, а потом оказывается, что вы об одном говорили, и вообще сходитесь во мнении. Как это возможно?       Антон согласно кивает, слегка улыбаясь.       – И, казалось бы, парней-то можно спокойно понимать. Но знаешь в чем проблема, Шаст? Что все парни просто тупые.       Шаст опять смеется, откидываясь назад.       – Да ну, прямо все?       – Прямо все!       Антон в очередной раз сыпется от прозвучавшего отчаяния и не сразу замечает, что Арс все еще продолжает улыбаться, когда смех на сумрачном балконе затихает.       – Ладно, не все.       Антон заинтересованно поднимает бровь.       – Ну вот ты тупым не был. Кажется. Иногда. Временами.       Антон в шутку бьет его по руке.       – Но вообще я серьезно, Шаст. У нас были, конечно, свои заморочки, но в этом плане, я тебя всегда понимал лучше, чем кого-либо. И главное, я знал, что ты точно так же понимаешь меня.       – А сейчас?       Антон тепло улыбается, его голос вдруг становится вкрадчивым.       Арс вздыхает, заваливаясь головой на подоконник и вытягивая ноги, опуская их на колени Шаста.       – Не знаю, Тох. Мы ведь, правда, в последнее время помимо работы почти не общаемся.       Антон тянется за сигаретами, одной рукой придерживая ноги Арса у себя на коленях.       Он закуривает, Арс - отказывается от протянутой сигареты, в тишине весенней ночи слышен смех тех самых подростков, которые все еще продолжают танцевать на детской площадке. Пьяные, скорее всего, вусмерть. Но веселые, беззаботные. Счастливые.       – Арс.       – М?       – Сейчас чуть теплее еще станет, давай куда-нибудь сгоняем хотя бы на денек, на природу.       – Слушай, я только за, но хрен ты всех соберешь. Сегодня это вообще какая-то вселенская удача...       – Я имел в виду нас вдвоем.       – А.       Антон успевает сделать несколько затяжек, позволяя Арсению обдумать предложение. И были ли тому виной сигареты или выпитое пиво, но сам Антон при этом не ощущает тревоги по поводу решения. Он словно знает заранее ответ, как знает это всегда, молчаливо подтверждая слова Арсения о том, что они всегда прекрасно умели понимать друг друга.       – Ну вообще, можно, думаю, да. Я тебе напишу тогда, когда я могу. Если на один день прямо, то думаю, можно даже на следующей неделе...       – Не, на следующей точно нет. У меня там все забито.       – Ну решим тогда. Посмотрим.       Арс кивает, потому что тоже не переживает, словно тоже знает заранее, что они решат, договорятся и поедут.       Антон нарушает тишину, оставляя окурок в пепельнице.       – Вообще, я подумал, что может я лучше к тебе приеду? К заливу бы сгоняли.       Улыбка сама собой появляется на губах Арсения, когда он представляет шумные волны, порывистый ветер, песок, забившийся в кроссовки, и Антона рядом.       – Да, было бы здорово.       Антон улыбается в ответ, и Арс знает, что тот тоже думает сейчас о волнах, ветре и песке в кроссовках, пока неосознанно гладит косточку на его щиколотке.       Подростки на площадке больше не шумят, видимо, вернувшись домой. Иногда идеальную тишину нарушают проносящиеся где-то вдалеке машины. Город нехотя засыпает.