И зазвенит ночная тьма

Надоевший рингтон нарушает уютную тишину квартиры. Юнги переворачивается на спину, недовольно вздыхая. Рукой пытается нащупать телефон на прикроватной тумбе. Еле открыв глаза, мужчина смотрит на экран, морщась от яркого света, будто в него направлен софит. 03:47, 26 сентября, кто-то явно сошёл с ума, раз решил потревожить его в такое время. — Алло… — держа себя в руках, Мин отвечает на звонок хриплым ото сна голосом. — Прошу прощения, что так поздно… Юнги отводит телефон в сторону, пытаясь разглядеть от кого входящий. — Намджун, ты? — Я. Инспектор Мин, у нас ДТП с летальным исходом. Вы нужны. Сейчас. — Скоро буду. — Следует моментальный ответ. Юнги сбрасывает вызов и почти готов сдаться и снова прильнуть к такой мягкой, манящей к себе подушке, но обязанности превыше всего, это его негласное правило. Целуя лежащую рядом супругу, мужчина собирается со скоростью сгорающей спички и выходит из квартиры. *** Лужи на асфальте, после ночного дождя, неприятно хлюпают под ботинками. Красно-синие огни окрашивают раскинувшийся перед рассветом мрак. Машины полиции и скорой помощи закрывают обзор, но в небольшом скоплении людей неподалеку, Юнги замечает знакомое лицо и направляется к нему. — Ну что здесь, детектив Ким? — мужчина, державший папку в руках, обращает своё внимание на Мина. — Авария. Очевидцы говорят, что видели, как мужчина без сознания на полной скорости летел по дороге. Снес остановку, — Ким кивает головой в сторону покорёженных столбов и битого стекла — все, что от остановки осталось, — Никто не пострадал. А вот водитель… — Личность установлена? — Мин смотрит на тело мужчины, лежавшее на асфальте. В глаза сразу бросается не естественное положение конечностей, больше похож на сломанную куклу, чем на некогда живого человека. — При нем были документы. Погибший — Хан Хансоль. Его уже пробили — владелец фабрики по производству бытовой химии. — Очередной богач, из-за которого я не сплю по ночам, понятно. Присев на корточки рядом с телом, Юнги принялся рассматривать его. Явные переломы, ушибы, повреждена голова. Подняв глаза на машину, инспектор заметил, что часть лобового стекла выбита — «вылетел» — сразу пронеслось в голове. После такого столкновения выжить невозможно. Но почему он был без сознания? — Причину его состояния уже установили? — оглядываясь вокруг, словно пытаясь найти что-то ещё, задаёт вопрос инспектор. — Нет, в процессе. Известно, что у него был приступ, что-то вроде эпилепсии. — Кто вызвал полицию? — Это был я. — сидевший все это время возле трупа мужчина подаёт голос. Выпрямившись в полный рост и, оказавшись чуть выше инспектора Мина, он протягивает руку, — Меня зовут Чон Хосок. Юнги демонстративно не обращает внимание на приветствие, обращаясь исключительно к Намджуну. Он обходит Чона, и принимается к изучению машины погибшего. Будто невзначай произносит: — А свидетели у нас уже в трупах ковыряются? — пока язвительное замечание вызывает недовольное пыхтение за спиной, Мин осматривает салон — пусто, очевидно, все, что было, уже отправили на экспертизу. — Инспектор Мин, Чон Хосок является одним из лучших судмедэкспертов в Сеуле, — принялся оправдываться Ким, пока его друг прожигал взглядом спину инспектора, — Он работает в лаборатории при Столичном Управлении… — И он все еще свидетель, — отрезал Мин. — Вы его уже опросили, детектив Ким? Намджун слегка растерявшись, уставился на Юнги. Детектив был опытным служащим, но в этот раз что-то пошло не так. Ему и в голову не пришло, что Чон Хосок, его коллега, его лучший друг, что по счастливой случайности оказался на месте происшествия первым, является свидетелем. Сколько бы резок Юнги не был, но сейчас он прав. Абсолютно прав. — Разве этим не должны заниматься ваши офицеры, инспектор Мин? — вернув себе уверенность, парировал детектив. — Займемся этим вопросом в отделении. Здесь нам больше делать нечего.