По соседству с альтернативом

      Но пришлось отвлечься от мыслей и заняться уборкой, иначе родители точно будут недовольны. А когда они недовольны жить становится немного тяжелее. Марк ушёл в ванную за тряпкой чтобы протереть пыль, в коридоре он встретил недовольного отца.       — До чего же ты чистоплотная, сил моих нет.       — А ты хочешь зарасти в пыли и грязи? Хорошо, мы не будем делать уборку.       Женщина готовила что-то на кухне и раздавала указания оттуда. Отец Марка остановился и скрестил руки на груди.       — Не понимаю как я мог на тебе жениться. Мы убирались на той неделе.       — И уже в доме пыль. Приятно жить в этом бардаке?       — Твоя чистоплотность уже похожа на фанатизм.       — Всё, я не хочу обсуждать эту тему. Просто бери пылесос и делай что нужно. Марк уберётся у себя.       Она нарезала что-то на доске и продолжала ворчать что в этом доме её никто не слушает, а она добра желает. Марк просто намочил тряпку и ушёл к себе, кажется у родителей на сегодня настроения нет совсем, даже друг на друга.       В комнате его встретил Цезарь, он высовывался из-под кровати как какой-то монстр из фильма ужасов. При этом он рассматривал вошедшего парня.       — Чего смотришь, помочь хочешь?       — З.а.ч.е.м э.т.о М.а.р.к?       — Уборка?       — Да.       — А у вас её не бывает?       Цезарь пожал плечами, то ли он не помнил, то ли в обществе альтернативов вытирать пыль и мыть пол было не принято.       — Мы убираемся чтобы дома грязи не было, так дышать легче. У вас же тоже дома есть, да?       На это альтернатив только выдохнул. Кажется, распространяться об их жизни он не собирался, то ли запрещено было, то ли он не хотел пугать Марка. В любом случае, ему нужно было вытирать пыль, иначе мать которая могла зайти в любой момент не очень обрадуется этому бездействию. Цезарь забрался под кровать чтобы ненароком не сдать своё присутствие и замолчал.       Марк протирал пыль со всех поверхностей и думал о том, как ему пылесосить под кроватью. Цезарь же был там, и он не был прозрачным, вполне себе материальным. Если попросить его переместиться, то это могут заметить. К тому же, если он похож на чёрное пятнышко и мать его найдёт, то попытается оттереть, что альтернативу скорее всего не понравится. Марк отвлёкся от этих мыслей только тогда, когда понял что протирает свой комод по пятому кругу. Нужно было браться за пылесос.       Затащить этот тяжёлый агрегат на второй этаж было непросто, но Марк справился. Отец и мать всё ещё ругались в гостиной из-за уборки, парень решил туда не лезть. Спросишь что не так — попадёшь под горячую руку. Марк включил пылесос в розетку после чего начал пылесосить, и тут же заметил как под шкаф метнулась чёрная тень. Он удивлённо поморгал, но решил разобраться с этим позже, начал уборку. Он залезал под стол, под кровать, поднимал шторы, смотрел чтобы на ковре не осталось ни одной соринки. Когда кругом было чисто, он выключил пылесос и спустил его вниз, там его принял раздражённый отец. Конфликт уборки так и не был исчерпан.       Марк вернулся в комнату и позвал Цезаря, в ответ донёсся жалобный скулеж. Что могло расстроить альтернатива парень понять не мог, поэтому подошёл к шкафу куда и метнулась чёрная тень.       — Ты чего?       В ответ донëсся тот же жалобный скулеж. От непонимания ситуации у Марка немного затряслись руки, Цезарь же не сказал ему с чего вдруг он так плачет. Просто звуки из-под шкафа очень напоминали плачь.       — Цезарь, ну ты чего, что случилось? Я сделал что-то не так?       Из-под шкафа вылезло маленькое чёрное пятно которое тут же увеличилось, превратилось в Цезаря. Альтернатив сжался, его плечи слишком сильно соединились, а ноги он неестественно скрестил.       — Что такое?       — Звук.. громкий..       Он коротко завыл и замолчал, наверное вспомнил о родителях Марка, которые вполне могли его услышать так как пока не пылесосили.       — Ты боишься громких звуков?       — Угу-у..       Марк подсел к нему ближе и обнял, стал гладить по плечу. Цезарь прижался к нему и довольно крепко обнял, даже что-то внутри хрустнуло.       — Спокойно, это просто пылесос. Он тебя не съест. Скорее ты его съешь       Вспоминался случай со съеденной за ужином вилкой, с пылесосом он точно справится, просто времени нужно побольше. Цезарь что-то профырчал и уткнулся Марку в плечо, после чего сказал.       — С.п.а.с.и.б.о М.а.р.к.       — Не за что.. ты всё же мой самый близкий друг.       Под этим выражением Марк понимал какое-то начало романтических отношений, но слишком стеснялся сказать об этом. К тому же, безжизненные глаза альтернатива говорили о том, что он не особо знает что такое любовь. Но кажется, очень сильно старался её показать, пытался всеми силами.       — Тебе лучше?       — Да. Мы не любим шума, к крику удалось привыкнуть. По крайней мере другим.       — Ты молодой слишком, да?       — Да. Потом я так же не буду реагировать на эти звуки. Но не с.е.й.ч.а.с.       Марк встал с пола и поднял Цезаря, тот выпрямился в струну и уставился на парня. Снизу послышалась ругань на повышенных тонах, альтернатив скривился.       — Мне тоже не нравится их ссоры, а что поделать? Запретить им нельзя, самому попадёт.       — О.н.и м.н.е н.е н.р.а.в.я.т.с.я.       — Ты им тоже.       После этого Марк рассказал то, что думали его родители о Цезаре, пока он был собой, конечно же. Альтернатив фыркнул и отвернулся от двери.       — Потерпи, когда они уйдут мы с тобой снова можем посидеть на крыше.       — Тебе понравилось?       — Да, твоя идея была классная.       Это заставило Цезаря широко улыбнуться, он так же исказился показав чёрный пустой глаз. После чего поманил парня к себе, Марк хоть и с каким-то волнением, но подошёл.       Цезарь снова взял его за подбородок и чуть приподнял. Марк чуть прикрыл глаза, даже не смотря на то, что перед ним был не человек, он испытывал к нему чувства. И альтернатив, кажется, испытывал к нему то же самое, иначе бы не делал сейчас всё это.       — М.а.р.к т.ы к.р.а.с.и.в.ы.й.       — Ты тоже.. ты нравишься мне..       Как только он понял что всё же сказал это, то покраснел до ушей, но не отошёл и не отвёл взгляд. Цезарь улыбнулся, но уже не так широко как раньше.       — Ты мне тоже, М.а.р.к.       Цезарь снова поцеловал его, так же в губы, и так же мягко как и в тот раз. Без напора, без какой-то дикой страсти, просто нежно. И Марк снова ему ответил, и было даже всё равно если сейчас к нему зайдут родители. Он просто хотел чтобы этот момент не заканчивался. Стоило Цезарю оторваться от него, как Марк сам его поцеловал, немного неуверенно и смущённо, но он сделал это. И был безумно горд собой.       После поцелуя хотелось большего, но дома были родители, поэтому Марк лишь обнял Цезаря и прошептал что любит его. Холодные пальцы провели по волосам, заправили их за ухо. Постояв так немного Марк отошёл на один шаг, и тут же в коридоре за дверью раздался звук работающего пылесоса. Парень и не заметил как его отец закончил уборку на первом этаже и перешёл на второй. Кажется, в споре выиграла его мать.       Резкий стук пылесоса о дверь заставил Цезаря подпрыгнуть и забиться под кровать, снова став тёмным пятнышком. Но в этот раз он не скулил а тихо рычал, будто зверь который отгонял от логова чужака. И только когда шум за дверью прекратился, а отец Марка ушёл вниз, Цезарь вылез из-под кровати немного взъерошенным.       — Кажется, уборка не для альтернативов       — Д.у.м.а.ю д.а.       Марк подошёл к своему другу и погладил, нужно же было его успокоить. Цезарь встряхнулся и выпрямился, уставился на дверь.       — Не зайдёт он сюда.       — Если они причинят тебе боль, я защищу тебя.       Наверное, судя по ругани родителей и по их отношению к Марку альтернатив сделал вывод касательно всей семьи в целом. Безусловно, было приятно что он готов встать на защиту того, кого любит, но как бы это не оказалось медвежьей услугой. Марк обнял его за руку и погладил.       — Не стоит. Не нужно им тебя видеть.       — Они не посмеют сделать тебе больно.       — Хорошо, как скажешь.       Он коротко поцеловал Цезаря в щёку и прислушался к звукам в доме. Было тихо, значит родители или помирились, или разругались настолько, что вовсе не хотели общаться друг с другом. В любом случае, Марку было плевать, он был с тем, кого любил, и ему отвечали взаимностью. Большего ему было и не нужно.