расслабься.

— Мх... Джон проснулся. Было очень темно, настолько, что он не видел ничего вокруг себя, кроме мужчины, что лежал рядом с ним. — Линч...? — Юноша лег на левый бок, повернулся к своему парню лицом. Он протянул руку, потрепав его за плечо, однако последний не отвечал, лишь что-то неразборчиво мычал и ворочился в кровати. Комнату освещал единственный проблеск света луны, но спальня все еще была очень темной. Почему-то окно было приоткрыто, ветер колыхал полу-прозрачные занавески. — Твою ж... Опять кошмары? — Джон как будто разговаривал сам с собой. Грудь Линча неровно подымалась и опускалась, накатил жар, он стал задыхаться. Джон сразу же проснулся, скинув одеяло. — Чёрт, Линч! — Наконец-то полностью пробудившись, Джон окружил задыхающегося Линча. Такое происходило не в первый раз, но в этот раз удушье происходило впервые. Линчу часто снятся кошмары, переживания которые переносятся на тело в реальном мире. Постоянно в таких случаях Джон растирал тело Линча, причём не просто массаж, а трения эрогенных зон на теле. Почему-то из-за этого Линч пробуждался сразу же или через некоторое мгновение, возможно даже через пару минут. В таких моментах Джон особенно переживал за Линча. — Подожди-подожди... — Джон похрустел пальцами, размяв их. Быстрым движением, он задрал рубашку Линча, начав массировать не ритмично вздымавшиеся грудь. Круговыми движения обводить соски, сильнее надавливая на грудь, но так же нежно прикасаясь к ней. Спустившись ниже, он приподнял его за талию, и посадил на колено. Голова безжизненно упала на плечо, но горячее дыхание обжигало ключицу шатена, подавая признаки, что Линч жив. Джон принялся массировать лопатки, зарывшись в волосы Егора. Он мысленно молился, чтобы все было в порядке, чтобы Линч проснулся, упрекнул за то, что Джон слишком сильно волнуется, что мешает ему. Но он все никак не просыпался. Лишь грудь успокоилась, и дыхание восстановилось. Спустившись еще ниже, он стал поглаживать крестец, в то же время двигая коленом, начав оглаживать половой орган спящего. Наконец-то Линч стал издавать какое-то мычание, нахмурившись. Он повернул голову, томно дыша тому в шею, щекотя нервы Джона. — Линч, ну давай! — Отчаянно воскликнул он, сжимая его ягодицы. Через пару секунд послышался всхлип и первая слеза скатилась по щеке Джона. Волнение достигло пика, хоть бы Линч не остался в этом треклятом кошмаре, мать его. Если он проснется, то обматерит по полной за то, что заставил его жуть как волноваться. Руки Джон переместил на бедра, потирая о колено его орган сильнее. — Давай же! Правую руку он поместил на голову Линча, приподняв ее, а после мягко схватил за щеку, приближаясь к его приоткрытым губам. Пухлые, обкусанные, слишком розоватые, манящие так и засосать их. Мягко прикоснувшись к ним, Джон начал кусать их, надеясь, что даже это чувствительное место поможет пробудить его. — Агх... — Линч приоткрыл рот, и язык Джона прошел внутрь. Он жадно исследовал все внутри, сплетаясь в горячем танце с языком Линча. Он даже и не заметил, как ему отвечают на поцелуй, прижавшись еще сильнее. Только когда воздуха стало не хватать, Линч простонал, крепко схватившись за его плечи. Внезапно, Джон открыл глаза, удивлённо глядя на ожившего Линча, сразу же оторвавшись от его лица. — Линч, твою мать! — Джон тяжело дышал, схватив того за талию, — Ты меня пипец как напугал! Егор измученно смотрел на писателя, грустно улыбнувшись. Прошептав тихое "прости", Линч снова улегся на плечо Джона, тяжело отдышавшись. —... — Спустя пару минут, журналист негромко кашлянул, — Может... ты уже меня отпустишь, и я слезу с тебя?... Джон ничего не понял, выдав непонимающее "что?", в его глазах и правда был непонимание. Линч устало простонал, показывая, что он уже достаточно долго натирает одно и то же место, чуть отпрянув от него. — Ой, ну... считай, что это месть за то, что заставил меня жесть как переживать! — Джо-о-он!