With Blackbirds following me
I'm digging out my grave
Ты шагал во тьму, потому что знал, Что бояться нужно не темноты. На стихи сменил ледяной кинжал И верёвки вымучил на холсты. Только демон больше, чем просто миф: Ему безразличны твои слова. Он живёт, покуда и сам ты жив И покуда вера в тебе жива. Он тебя заманит, лаская нить, В бой марионеточный против всех И не даст свободы — не смей просить! Ведь просить у демона — это грех. Хоть тебе грехи — лучшие друзья. В этом теле ты сам себе чужой. Время вспять направить, увы, нельзя. Но зато возможно найти покой. Потому приходится делать ход, Зная, что победа не стоит жертв. Когда ферзь падёт, будет твой черёд: Демон любит слабое на десерт. Он внушит, что разум и есть тюрьма, На побег откуда не хватит сил. Не имеет смысла твоя борьба, Если ты себя так и не простил. И когда могилу себе копал, Слышал, как кричали над ней дрозды? Зря ты, милый, солнце своё искал — Это солнце выжегло все мосты. Только чёрной памятью в небесах Застывали тени, глотая соль Оттого, как ты, почти не дыша, Ещё был солдатом. Как был собой. Как сопротивлялась ещё душа, Красным испещрённая по краям. Видимо, не стоили ни гроша Те марионеточные боя. Церковь заперта́, колокол отбит, Даже птичий реквием был допет. И в груди давно уже не болит. Значит, твоих демонов больше нет.