Пожирающая тьма

Вампир оставил девушку в привычном заточении, покинув её до рассвета. Она жадно уплетала сухое безвкусное печенье, запивая его водой из кружки. — Неожиданно, что ты решила не сдавать меня, — сказал охранник. — Я прошла проверку? — устало спросила она. — Какую проверку? — Ну, ту, которую подстроил Господин вместе с тобой. Чтобы испытать мои добродетели. — О чём ты? Никто ничего не подстраивал. Даниэлла лишь вздохнула. Теперь уже не они обманули её, а она запутала сама себя. Но у неё не было сил, чтобы расстроиться. Как бы ни было тревожно в ожидании следующей ночи, изнурение взяло своё, девушка легла спать и почти мгновенно уснула.

***

Она проснулась от чьих-то повышенных голосов. Было уже темно. За дверью громко ругались. — Я предупреждал тебя! Ещё одна подобная выходка — и больше это с рук не сойдёт! — И что же ты мне сделаешь, а?! — Прострелю тебе башку, имея на то полное право! А теперь, пока ты ещё жив, быстро метнись убирать за собой улики! — Сам убирай, это твоя работа. — Считаю до трёх, и если ты не свалишь делать то, что сказано, я прикончу тебя на месте. Раз… Звук поспешно удаляющихся шагов. Один из голосов показался ей знакомым, хоть она и с трудом узнавала его. Девушка осторожно приоткрыла дверь из спальни и вышла в прихожую. Охранника нигде не было. Дверь из квартиры распахнута. Не веря своим глазам, она выглянула наружу, в длинный узкий коридор… Незнакомый мужчина сурового вида стоял, прислонившись к стене, и вертел в руках пистолет. Вокруг больше никого. — Эм-м, простите, вы не видели мистера де ля… ох, там сложное французское имя. Де ля Молль, вроде бы сказала правильно. Он должен был прийти примерно в это время. — Чего? — незнакомец удивлённо приподнял бровь, — а, я понял. Этот хмырь в маске теперь так представляется. — Да, он в маске, но… я не понимаю. Что это был за разговор? — Всех уже задрал этот тип. Он имеет дурную привычку полностью выпивать кровь из жертвы и бросать труп. А мне приходится заметать за ним следы. — Почему вы говорили с ним в таком тоне? Вы ещё более сильный вампир, чем он? — «Более сильный»? — хохотнул собеседник, — да кто угодно более сильный, чем этот неудачник Джимми, который обожает вешать лапшу на уши своим смертным подружкам. — Вы что-то путаете, мы говорим о разных людях. Точнее, вампирах. Мой господин — из Франции, он прожил многие столетия, и очень богат и образован. — Да местный он, и становили его пару лет назад. Его приметили за способность красиво болтать и убедительно нести всякую чушь, что могло быть полезно. Зарабатывал на всяком мошенничестве, но после Становления у него помутился рассудок, и Джимми стал считать себя древним могущественным вампиром. Иногда у него бывают проблески и даже связь с реальностью, но по большей части его кукуха конкретно уехала. Даниэлла тоже прислонилась к стене. Она не знала, что ей чувствовать. Облегчение? Обиду? Гнев? «Неужели всё это было зря?.. Я страдала просто так?!» Опустошённым голосом она спросила: — А кто вы? — Местный Шериф. Слежу за соблюдением Традиций и порядка. В нашем обществе. О котором смертные не должны знать. Но, «благодаря» Джимми, ты теперь в курсе нашего существования. — Я никому не расскажу о вампирах, — поспешно заговорила девушка, сообразив, куда дует ветер, — у меня нет доказательств, мне всё равно никто не поверит. — Не беспокойся, я не по твою душу сюда пришёл. Ты не являешься угрозой для нашего Маскарада. А вот Джимми… У него сегодня последний шанс. Девушка пребывала в растерянности. Она уже успела привязаться к мечте о богатстве и бессмертии, хоть и терпеть не могла и боялась своего Господина. — Значит, у него нет никакого поместья? — Только пара квартир, и вторая ещё хуже, чем эта. Я без труда выслеживаю его, потому что вынужден за ним прибираться и вправлять ему мозги. Ещё недавно от него была польза, но теперь — проще от него избавиться, ко всеобщему облегчению. — И к моему облегчению тоже, — согласилась Даниэлла, — он ужасный человек. То есть, вампир. — Никчёмное существо пытается самоутвердиться за счёт ещё более слабых. Похищать смертных девушек и запугивать их — для него проще и интереснее, чем заслужить уважение среди других вампиров. — Но если он и правда сумасшедший, то что с него взять… — Сложная штука — психика, даже повреждённая. И расстройство вполне может сочетаться со врождённой ничтожностью человека. Как бы он ни был убеждён, что он крутой вампир, но почему-то считает так только в присутствии смертных. К другим бессмертным он с этим бредом не лезет, и не предлагает им называть себя очередным дурацким именем, взятым из глупых любовных романов. Ей стал обидно, что столько власти над ней получило такое жалкое существо. Хотелось как-то отыграться. Хоть что-то получить с этого. Чтобы не чувствовать себя ещё более ничтожной, чем её мучитель. — А кто у вас самый главный и сильный вампир? — Мы стараемся жить цивилизованно и обычно не меряемся силой друг с другом. Главный у нас Князь. — А вы могли бы отвести меня к этому Князю? — вдруг спросила Даниэлла. Шериф был явно удивлён такой просьбой, и покачал головой: — У Князя много забот и мало свободного времени. Не всякий вампир удостаивается аудиенции. Чего уж говорить о смертном. С людьми вампиры не ведут никаких дел, и в лучшем случае используют как прислугу или как своих марионеток. Но чаще — как пропитание. — Но вот у нас с вами получилось пообщаться. — Это редкое явление. И то, нас столкнули выходки Джимми, и на почве раздражения из-за него мы смогли найти общий язык. В каком-то смысле, именно он послужил мостом между смертными и бессмертными. Хотя бы в нашем частном случае, — хмыкнул Шериф. — А как он выглядит без маски? — Понятия не имею. Не видел его до Становления. Говорят, только после этого он начал постоянно скрывать лицо. И, кто знает — может, дело в изменениях лица, привнесённых с дарами и проклятиями крови, или же только в психических проблемах. — Но мне очень надо встретиться с Князем, — вернулась Даниэлла к своей просьбе, — вы ведь можете это организовать? А в ответ я сделаю для вас что-нибудь приятное. Может, вы хотели бы расслабиться после напряжённых ночей, и получить ласку и тепло от живого тела? Поправляя волосы, она сделала шаг к нему. — У меня есть некоторые специфичные предпочтения, — сразу предупредил вампир. «Значит, он согласен рассмотреть такую сделку», — воодушевилась девушка. — Расскажите мне подробнее, что вам нравится в постели, — она поманила его в квартиру, — я умею понимающе относиться к необычным вещам. Пусть опыта у меня мало, но мне уже приходилось делать… странное. Он прошёл за ней в квартиру, закрыл дверь и сказал: — В партнёрше меня интересует лишь её зад. Я предпочитаю видеть только её спину и не слышать голос. Если ты согласна молчать и не поворачиваться лицом ко мне, тогда и я в свою очередь помогу тебе. Но не обещаю результат, потому что возможность встречи зависит от Князя, а в моих силах — лишь предложить и попробовать уговорить. — Меня устроит даже такое. Но… но ведь анальный секс — это очень больно. Может, сначала стоит взять смазку? Вампир заглянул в холодильник и достал оттуда растительное масло. — Подойдёт. — Ох, знала бы я раньше, что оно там есть… — Ну что ж, пора чистить твой дымоход, — с предвкушением сказал он. — Это не дымоход! — возразила девушка. — Тогда — заезжать в твой шоколадный цех на своём кожаном… — У меня не шоколадный цех, — продолжала смущаться она. — Запустить в туннель длинный грузовой состав? Протолкнуть белую сосиску на чёрный рынок? Заселить дупло большим волосатым… — А впрочем, «шоколадный цех» не так уж плох. Заходите на экскурсию и постарайтесь не испачкаться в шоколаде, — пригласила она, устраиваясь в удобной позе на диване.