Благими намерениями

      Едва девушка подошла к столу, как услышала едкий комментарий от Имельды Рейес.       — Не прошло и полдня, а новенькая уже сдружилась с половиной гриффиндорцев. Остин, а ты уверена, что вчера правильно выбрала себе факультет?       — Уверена! — не ведясь на провокацию, ответила Амелия. Она демонстративно села рядом с Имельдой, и, положив к себе в тарелку немного тушеных овощей, спокойно пояснила: — Как только мне пришло письмо о зачислении, я сразу для себя решила, что попаду на Слизерин. Остальные три факультета я даже не рассматривала.       — Оно и видно. Только истинная слизеринка может опоздать на собственную церемонию распределения, практически пропустив её, и при этом войти в зал с таким уверенным видом, будто всё так и было задумано, — откусив кусок от своего сэндвича, с восхищением произнёс сидящий напротив Эми Себастьян.       Судя по выражению лица Имельды, ей совсем не нравилось, что Сэллоу поддерживает Амелию, однако, скрепя сердцем, она была вынуждена это принять и прекратила докапываться до девушки.       — И всё равно ей не стоит сближаться с гриффиндорцами, — буркнула Рейес. Взяв в руки нож и вилку, брюнетка принялась увлеченно разрезать свой бифштекс на части. Но, казалось, ещё немного, и вместе с мясом она разрежет пополам и тарелку.       — А что в этом такого? — наблюдая за её активными действиями, непонимающе спросила Эми. Она искренне не понимала, почему ей нельзя дружить с учениками с других факультетов. Вроде в списке школьных правил о подобном запрете нигде не упоминалось.       — Видела в вестибюле четыре стеклянных сосуда в форме песочных часов? Когда студент получает на уроках баллы, они наполняется драгоценными камнями. У гриффиндора рубинами, у когтеврана сапфирами, у пуффендуя топазами, а у нас изумрудами. В конце года выигрывает тот факультет, у которого этих камней наберется больше. Поскольку пуффендуйцы не гонятся за славой, а когтевранцы слишком увлечены своими книжками, чтобы сражаться до победного конца, гриффиндорцы остаются нашими главными конкурентами в этом соревновании. Дружить с ними — это всё равно что яшкаться с врагом, — похоже, у Имельды окончательно пропал аппетит, и, так и не дорезав до конца мясо, она раздраженно отодвинула от себя тарелку и отложила приборы.       — Значит, то, что случилось со мной и Гарретом на уроке зельеварения, было не так уж и плохо? Ведь если бы я не украла для него перо фвупера, он бы не испортил им своё зелье, а, следовательно, Шарп бы не отнял у Гриффиндора баллы…       — Не хочется тебя расстраивать, но зря ты ему помогла. Уизли и сам бы прекрасно справился с тем, чтобы как-нибудь напортачить со своим зельем, — опуская её с небес на землю, сказал сидящий рядом с Себастьяном Оминис. — Его безумная тяга к экспериментам всегда выходит ему боком. Но этот чудак всё равно продолжает устраивать хаос в кабинете зельеварения, за что у Гриффиндора постоянно отнимают баллы. Удивительно, как его товарищи по факультету его ещё за это не побили.       — Вероятно, их останавливает тот факт, что он является племянником заместителя директора, а по совместительству — декана их факультета, — предположила Амелия. — Гаррет Уизли, может, и полный придурок, но с такими полезными связями, как у него, с ним куда выгоднее дружить, чем враждовать.       «Хотела бы и я иметь в школе таких же влиятельных покровителей…» — с легкой завистью подумала Амелия, бросив быстрый взгляд через плечо на гриффиндорца. Парень сидел в компании своих друзей и громко сокрушался на тему того, что нехороший профессор Шарп заставил его мыть котлы руками. Забавно было наблюдать, что многие ребята с искренним сочувствием кивали его речам.       — Как раз наоборот. Миссис Уизли не даёт ему спуска и держит племянника в ежовых рукавицах, — проследив за её взглядом, сказал Себастьян. — И остальных профессоров она просит о том же. Поэтому жизнь Гаррета малиной не назовёшь.       — Вот как. Значит, я действительно зря подставилась… — снова повернувшись лицом к собеседникам, досадливо произнесла Амелия, давая себе мысленно зарок больше никому впредь не помогать. Ну или хотя бы не гнаться за выгодой так опрометчиво.       Заметив, что девушка, понурив голову, вяло ковыряет вилкой у себя в тарелке, Себастьян вдруг подбадривающее произнёс:       — Если тебя это немного утешит, ты не единственная, кто сегодня с нашего факультета получил наказание.       — А кого ещё наказали? — заинтересованно спросил Оминис, а потом его красивое лицо пронзила страшная догадка. — О нет! Только не говори мне, что…       — Ага.       — Но когда ты успел?! Мы ведь на всех уроках были вместе.       — Утром перед занятиями я посетил библиотеку, и, скажем так, мы с мадам Пергамм немного не сошлись во взглядах касательно посещения Запретной секции. Поэтому после ужина я иду протирать книжные стеллажи от пыли.       — Ну ты даёшь, — Мракс разочарованно покачал головой. — Я-то надеялся, что хотя бы в этом году ты возьмёшься за ум и перестанешь оголтело лезть в неприятности.       — Если я перестану это делать, моя жизнь станет очень скучной.       — А если не перестанешь, она будет очень короткой.       — Зато интересной.       Их дружеская перепалка со стороны выглядела весьма забавно. Похоже, в этом тандеме голосом разума и совести выступал спокойный Оминис, в то время как шебутной Себастьян уравновешивал друга своей неугомонностью и любознательностью.       — Я уже второй раз за день слышу о Запретной секции. Хотите сказать, что в Хогвартсе есть книги о магии, доступ к которым по какой-то причине ограничен для учеников? Тогда какой вообще смысл держать в школе подобную литературу, раз читать её нам всё равно не дают? — непонимающим тоном спросила Эми, за что тут же получила похвальную улыбку от Себастьяна.       — А вот это очень правильный вопрос, Амелия. Я и сам бы хотел знать на него ответ. Но когда спросил об этом мадам Пергамм, получил от неё наказание.       — Мне кажется, здесь и так всё понятно. Не вся магия бывает полезной, а некоторая и вовсе опасной. Правильно, что руководство школы оберегает учеников от того, к чему они не готовы, и что может им навредить.       — Извини, Оминис, но здесь я с тобой в корне не согласна, — возразила на его слова Амелия. — Я не говорю, что эти знания должны быть доступны всем без разбора. При таком подходе действительно ничего хорошего ждать не стоит. Но для элитарного круга людей, для тех, кто понимает ценность, и в состоянии правильно их применить, они должны быть доступны.       — И к этому элитному кругу ты причисляешь себя? — глядя на девушку невидящим взором, с некоторым вызовом в голосе спросил Оминис. Эми была уверена, если бы Мракс не был слепым, сейчас бы в его глазах она увидела явный упрёк. — Напомни, пожалуйста, к какому знатному роду волшебников ты принадлежишь?       — Это такая ненавязчивая попытка узнать, не грязнокровка ли я? — не растерявшись, холодным тоном ответила Эми. Она уже заранее знала, что рано или поздно эта тема обязательно поднимется. Ведь основатель факультета Салазар Слизерин, помимо личностных качеств своих студентов, также чтил чистоту их крови, не позволяя маглорожденным волшебникам вступать в их ряды. И эта традиция сохранилась и после его смерти. Поэтому девушка морально была готова к такому вопросу. — Как вы все правильно подумали, мой папа действительно магл. Но зато моя мама чистокровная ведьма. А я полукровка. И унижать меня по поводу моего происхождения я не позволю, — она отложила столовые приборы и уже было перекинула ногу, чтобы подняться со скамьи, дабы демонстративно и гордо удалиться, но Себастьян остановил её, миролюбиво произнеся:       — Никто и не собирался тебя унижать. Мы все здесь выше этих предрассудков, верно? — он толкнул плечом Оминиса и бросил взгляд на Имельду, чтобы они тоже подтвердили его слова. — Лично я стараюсь оценивать окружающих не по их происхождению, а по их поступкам. И, поверь мне, для меня ты уже более чем доказала, что заслуживаешь своё место в Слизерине.       К огромному удивлению Амелии, Имельда поддержала Себастьяна.       — Хотела бы я возразить, да только глупо отрицать, в тебе действительно видно нашу породу. А мы, змеи, своих не обижаем.       — Верно сказано, — подмигнув, похвалил её слова Сэллоу. Наверное никто этого даже не заметил, но сидящая рядом Эми видела, как на загорелых щеках Рейес появился едва заметный румянец.       «Похоже, кое-кто неровно дышит к Себастьяну… — было немного забавно наблюдать за тем, как грубоватая и прямолинейная Имельда становится милой и покладистой в обществе этого парня. — Вряд ли она действительно разделяет его точку зрения. Скорее всего, просто поддакивает, чтобы заслужить одобрение. Ведь добиться расположения человека гораздо легче, если поддерживать его взгляды. Хитрая тактика, ничего не скажешь».       — Извини, я не хотел тебя задеть, — отвлекая девушку от этих размышлений, искренне повинился перед ней Оминис. — Меня просто взбесило, что ты так же, как Себастьян, безрассудно готова нарушать школьные правила, ставя под удар себя и весь факультет. А по поводу чистоты крови — не переживай, несмотря на мою фамилию, я вовсе не разделяю убеждения своих родственников.       — Своих родственников… — задумчиво повторила Амелия, и тут она наконец-то вспомнила, что именно читала о Мраксах. — …ты потомок Салазара Слизерина!       — По правде говоря, я совсем не горжусь этим родством.       — Что? Но почему?!       — Потому что все потомки Салазара активно практикуют тёмные искусства и нетерпимость к маглам, а я это категорически не поддерживаю.       — Что именно ты не поддерживаешь: «темные искусства» или «ненависть к маглам»? — уточнила у него Эми.       — И то, и другое.       — Я очень рада слышать, что ты не испытываешь презрения к маглам, но тёмные искусства… Я читала, что это самый могущественный вид магии, сила, способная победить даже саму смерть. Как-то весьма глупо и недальновидно отказываться от подобных знаний.       — Вовсе нет. Темная магия опасна не только для окружающих, но и для самого заклинателя. Она дарует могущество, но при этом намного большее забирает взамен.       — И что же, например?       — Твою человечность. Один раз применив непростительное заклятье, прежним ты уже не станешь… — Оминис говорил об этом с такой горечью, что Эми мигом поняла, он знает об этих вещах не понаслышке. Но это только сильнее разожгло её интерес к его персоне.       Девушка даже не ожидала, что ей повезёт учиться на одном курсе с самим принцем Слизерина, поэтому вопросов к юноше у неё было много. Правда, все их пришлось отложить, потому что к их столу подошла заместитель директора Матильда Уизли.       — Отрадно видеть, что вы так быстро нашли себе друзей, Амелия, — женщина окинула их квартет добродушным взглядом. — Полагаю, сейчас самое время отправиться всем вместе за покупками? Я как раз приготовила для вас кое-что, — она протянула Эми мешочек монет и какую-то записку. В ответ на её недоумевающий взгляд профессор с улыбкой пояснила: — Я составила для вас список вещей, которые вы можете приобрести в Хогсмиде взамен утерянных. Однако вам всё равно придется написать матушке и попросить её докупить остальное. Эти деньги выделены министерством как компенсация за то, что с вами вчера произошло по дороге в школу. Мы все до сих пор находимся в шоке от произошедшего и искренне скорбим о судьбе господина Озрика.       При упоминании этого имени у Амелии перед глазами невольно всплыла картина того, как министерский друг профессора Фига и половина кареты вместе с ним сгинули в огромной пасти дракона, а сразу после этого взору девушки открылся внешний вид фестралов. Она знала, что эти фантастические твари, запряженные в их экипаж, были видимы глазу лишь тех, кто воочию видел смерть. А значит, не было ни единого шанса, что Джордж Озрик мог каким-то чудом выжить. Ей было неловко это признавать, но никаких особых чувств по поводу этого события она не испытывала. Не было ни жалости, ни скорби. Возможно, причина была в том, что Эми почти не знала этого человека. Но факт остаётся фактом: его ужасная гибель оставила её полностью равнодушной.       — Ладно, не буду отвлекать. Желаю хорошо повеселиться в Хогсмиде. Но не опаздывайте на ужин! — пожелав им приятного времяпрепровождения, профессор Уизли оставила ребят.       — Повезло. Похоже, тебе удалось попасть к ней в любимчики, — с легкой завистью произнёс Себастьян, провожая женщину взглядом.       — Она разве не со всеми такая добрая?       — Со мной точно нет.       Эми быстро пробежалась взглядом по списку и оказалась приятно удивлена, что там даже были написаны адреса магазинов, где можно было купить те или иные предметы.       «Похоже, для того, чтобы быть в фаворе у заместителя директора, мне вовсе не обязательно водить дружбу с её племянником», — спрятав листок и деньги в карман своей мантии, радостно подумала девушка.       — Оминис, ты вроде утром предлагал мне свою помощь, может быть, сходишь со мной за покупками? — решив, что это хороший повод, чтобы продолжить их беседу, предложила парню Амелия. Но в ответ получила лишь вежливый отказ:       — Извини, думаю, я не самая подходящая компания для прогулок по магазинам. Я скорее буду для тебя обузой, чем помощником. К тому же, у меня есть важные дела здесь, в замке.       — И что это за важные дела такие? — с усмешкой поинтересовалась у него Имельда — Только не говори, что опять будешь травить всякие небылицы о Хогвартсе первогодкам, а потом потешаться, что они на всё это наивно купились.       — А почему нет? — передёрнул плечами Мракс. — Анне нравилось это делать. Пока её нет, я буду поддерживать эту традицию.       Амелия не успела подумать о том, кто такая Анна, потому что её отвлекла своими словами Имельда.       — Я бы сходила с тобой, но у меня тоже есть неотложные дела. Как новый капитан команды, я должна просмотреть всех первогодок и отобрать из них самых талантливых взамен выпустившимся в прошлом году ученикам.       — Квиддич в этом году отменили, — напомнил ей Оминис. — Зачем формировать команду, если поиграть обновленным составом всё равно не выйдет?       — И что с того? Отмена матчей, это не повод отменять и тренировки. Если не в этом, то в следующем году кубок школы точно будет наш! — оценивающе посмотрев на Амелию, Рейес добавила: — Кстати, тебя я тоже приглашаю на отборочные. Я видела сегодня на уроках, что с быстротой реакции у тебя всё в порядке, остаётся посмотреть как ты обращаешься с метлой.       — Спасибо, конечно, но мне это не интересно.       — Да ладно, тебя же хлебом не корми, дай оказаться в центре всеобщего внимания, — задетая очередным пренебрежением к её словам, Имельда тоже не упустила возможность публично указать на главный порок Амелии: её тщеславие. — А если ты будешь играть в квиддич, то славу и преданных поклонников получишь автоматом.       «Хмм. Похоже Имельда не такая уж двуличная. По ней видно, что симпатии ко мне она не испытывает, но ради победы и престижа слизеринской команды, Рейес, похоже, готова наступить на горло своей гордости», — с удивлением отметила Амелия, поэтому, немного поколебавшись, сказала:       — Хорошо, я подумаю, — а следом честно предупредила: — Но у меня нет собственной метлы. Вернее, она у меня была, но…       — …Её вчера сожрал дракон. Ничего страшного. Приходи, как купишь новую.       Краем глаза Эми заметила, как Натти только что покинула зал. Было резонно догнать её и предложить вместе пойти в Хогсмид, раз уж слизеринские друзья не могут пойти с ней.       Быстро попрощавшись, девушка поднялась из-за стола и направилась догонять гриффиндорку, однако, оказавшись в людном вестибюле, она не смогла отыскать её взглядом в этой разношерстной толпе.       «Вот чёрт! Неужели всё-таки придётся идти за покупками одной? — закусив губу, с горечью подумала Амелия. — Хотя чего это я?! Как будто мне впервой».       — А мне ты даже не предложишь? — внезапно раздалось со спины.       — Что? — она резко развернулась и едва не врезалась в Себастьяна. Благо, парень вовремя сделал шаг назад, и Эми не стукнулась своим лбом об его подбородок. Произойди это, им бы обоим, наверняка, сейчас было бы очень неловко.       — Мне ты не предложишь прогуляться с тобой до Хогсмида? — глядя чуть насмешливо на неё сверху вниз, повторил свой вопрос Себастьян. Девушка запоздало осознала, что хоть они и не столкнулись, всё равно по прежнему находились слишком близко друг к другу. Настолько близко, что она могла ощутить едва уловимый запах мыла, которым он умывался утром.       — А разве у тебя нет других, более важных дел? — вопросом на вопрос ответила девушка, отступив от парня на насколько шагов, что помогало ей быстро справится с нарастающим смущением.       — Нет, до ужина и своего наказания я совершенно свободен. К тому же, я и так собирался в Хогсмид, нужно купить подарок для Анны.       — А Анна — это…?       — Моя сестра, — пояснил Себастьян — Из-за болезни она временно не может посещать занятия. Но скоро поправится и вернётся в Хогвартс.       — Понятно, — кивнула Эми. Она все ещё была немного растеряна от всей этой ситуации. И всё же, было бы глупо отказываться от компании Себастьяна. Особенно с учетом того, что других альтернатив у неё не было. — Ну тогда пойдём вместе. Но учти, все тяжелые покупки понесёшь ты.       — Так уж и быть, побуду вьючной лошадкой для прекрасной леди, — согласился с её словами Себастьян, склоняясь перед девушкой в шутливом поклоне.       «Хорошо, что этого не видит и не слышит Имельда. Не хотелось бы из-за чужой ревности лишиться волос», — подумала Эми, и, развернувшись, бодрой походкой направилась к главному выходу.