От улыбки станет всё светлей...

      По приколу он выбежал из кафе со скоростью света. И так же по приколу бежал по улице. Люди оборачивались в непонимании, куда средь бела дня субботы какой-то парень так быстро бежит. Но через пару мгновений им уже становилось все равно. Сама толпа спокойно прогуливалась с семьями, отдыхая в выходной, а парень, устав, резко остановился. На лице его красовалась довольная улыбка, и только ее одной было достаточно, чтобы сделать день хотя бы одного человека счастливым. И этим человеком был он сам.       Он был счастлив. Раньше он не видел смысла в обычных прогулках и безрассудных действиях, но последовав совету подруги, он понял, как же это заряжает энергией. Особенно бег. С непривычки тело его устало, но сколько же он получил адреналина, что разливался сейчас счастьем по венам. Аж легче на душе стало. Поэтому нереально уставший, но счастливый Рампо направился к ближайшей остановке. В местности он ориентировался плохо, а спросить у прохожих гордость не позволяла, поэтому Эдогава со спокойной душой надеялся, что остановка сама по себе найдется. И не то, чтобы она ему была нужна для того, чтобы куда поехать, нет. Ему просто нужно посидеть, дабы отдохнуть. Ходить было всё ещё дискомфортно, но терпимо. А если еще и найдется по пути какая-то лавочка, его старания будут вознаграждены.       Идя по тротуару и даже не пытаясь осматриваться в поисках, дабы облегчить участь ног, Рампо напевал себе под нос песенку, что коим-то образом всплыла в памяти. Запнувшись на одном слове, он резко остановился и в шоке посмотрел на дорогу.       «Ну не мог я забыть одно слово. У меня прекрасная память, так почему…» — продолжения мысли потонуло в смутно знакомом и еле слышном голосе. Тот исходил из открытого окна здания, что находилось рядом. Местная типография? Хм.       На лице детектива появилась коварная улыбка.

***

      Эдгар уже знатно устал упрашивать владельца на печать своей книги. Надежда на популярность в Йокогаме, как писателя детективов, медленно но верно угасала, оставляя после себя привкус горечи от зря потраченного времени. Он понимал, что всё ещё есть шанс на печать, но просто не в этом месте и не сейчас. Как и любого писателя и художника его легко можно было оскорбить. Когда твое творчество постоянно критикуют настаёт период творческой депрессии. Ты напрочь отказываешься заниматься любимым делом, считая себя и то, что делаешь, чем-то никчёмным, недостойным внимания. Такое с По случалось очень часто, но в последнее время. Для него писательство являлось неотъемлемой частью жизни — её смыслом.       Поэтому он максимально старался не потерять желание писать и хотя бы как-то повышать свою самооценку. Поэтому в этот раз он решил потратить меньше времени на бесполезные уговоры. Взрослый мужчина как-никак, нечего унижаться перед незнакомцами.       Но даже на этот раз что-то пошло не так. Очередной отказ ударил по самолюбию так же, как и предыдущие. Вследствие этого Эдгар Алан По вышел из здания максимально унылый и крепко прижимающий к себе енота Карла, словно ребёнок мягкую игрушку. Тот в свою очередь был очень недоволен своим положением, но решил не спорить, дабы не расстраивать хозяина еще больше. Так бы они и шли, окрашивая улицы разочарованием и унынием, как в них что-то врезалось.       — ААААААААА! — испуганный крик Эдгара разнесся по округе в один миг. В ответ же он услышал смех, уж слишком знакомый смех. Несколько прохожих лишь на миг обернулись на шум, но продолжили свой путь как ни в чем не бывало.       — По-кун! И тебе привет! — Не сдерживая радости от появления своего знакомого, Рампо чуть ли не запрыгнул ему на шею, но вместо этого лишь обнял. — «А если бы меня По донес куда-то на руках, ноги бы успели отдохнуть…»       — З-здравствуй Рампо-кун, рад тебя ви…       — Да-да, и я тебя рад видеть. Ты бы не мог мне помочь добраться до дома, а то я… эм… — признавать свою беспомощность в данной ситуации не хотелось, но ничего другого не поделаешь.       — Ты вновь потерялся? — отойдя от неожиданного появления друга Алан вернул себе кроху уверенности, что помогала хотя бы не заикаться, и легко приобнял того в ответ. Рампо часто терялся из-за своей неспособности ориентироваться в местности и Эдгар знал это не понаслышке. Такие просьбы и случайные встречи давно стали нормой и уже не удивляли, хоть порой и казались подозрительными, но писатель продолжал каждый раз пугаться неожиданного появления детектива.       В глазах человека напротив читалась мольба о том, чтобы в ответе на этот вопрос не настаивали, и Эдгар не настаивал. Он смирился с тем, что его друг не любит признавать ошибок и казаться беспомощным, и был более чем доволен тем, что Рампо хоть чуть-чуть, но доверяет ему. Писатель не раз задавал вопрос, почему тот просто не воспользуется гугл картами, раз так часто теряется, но тот каждый раз отмахивался от этого, переводя тему в другое русло. Настаивать По просто не умел, да и не хотел особо — он никогда не был против провести свое время с Рампо. И сейчас прогулка будет не лишней после очередного разочарование в типографии.       Но даже сейчас в глазах писателя читался этот вопрос, на что детектив лишь вздохнул, но всё-таки соизволил ответить хоть раз.       — Если я скажу, что оставил телефон дома, ты поверишь? —сейчас он выглядел словно нашкодивший ребёнок, которому мама не смогла дозвониться десять раз из-за его глупости. Эдгар почти умилённо вздохнул, еле сдержав необдуманный порыв. Но с постоянным желанием умиляться и восхищаться любым действиям Эдогавы это становилось всё сложнее.       — Хорошо. Будет по твоему. — В ответ он увидел яркую улыбку детектива и просто не смог сдержать легкую свою. — «Как будто я мог ему отказать…»

Теперь счастливой улыбки Эдогавы хватало на двоих.