Вкус виноградного сока

Никто в отряде капитана кавалерии не был готов к тому, что в очередном лагере хиличурлов окажется митачурл с деревянным щитом. Пока Кэйа судорожно выстраивал в голове план победы над монстром, очень кстати пошел дождь. — Слева, — кричит он молодому парнишке, намекая на вражеских лучников по левому флангу, которых стоило убрать, и бросается на митачурла, замораживая его. Это надолго, но дело будет сделано. Краем глаза Кэйа замечает, что юнец из его отряда вместо того, чтоб выполнять приказ, бросился на хиличурла с дубиной в центре лагеря. «Ну и кто займется лучниками?», — рычит про себя Альберих, не имея возможности отойти от митачурла — размороженный он может нанести большой урон отряду. Надо срочно скорректировать план, но мысли не слушаются, все крутятся вокруг одного небезызвестного джентльмена с собранными в хвост алыми волосами, в голове раз за разом проигрывается вчерашняя встреча в таверне, когда мастер Дилюк только вернулся из Ли Юэ. Кэйа тогда пошел в «Долю Ангелов» и счастливо промурлыкал при виде бывшего брата: — Добрый вечер, мастер Дилюк! Как ваша поездка в гавань? Успешно? Рангвиндр в ответ устало вздохнул и прижал пальцы к переносице. — Кэйа, что тебе опять от меня нужно? Пару дней назад ты сам оттолкнул меня, сам сказал, что не быть нам братьями. И еще меня обвинил в том, что это я не знаю, чего хочу и… — Это был не сон, — вырвалось у Кэйи, прежде чем он успел оценить риски. Глаза напротив резко расширились, сомнений в том, что его поняли именно так, как нужно, не оставалось. Альберих резко развернулся, желая сбежать домой и проклясть себя за свой длинный язык множество раз. Сейчас не время для этого разговора, чем он думал? Думал, что теперь ты перестанешь бежать от самого себя, Люк. Левое бедро прорезает боль — заряженная стрела вошла резко и глубоко. Надо было думать о левом фланге, который бросил молодой рыцарь из его отряда. — Кто-нибудь наконец уберет этих лучников? — кричит Альберих, из последних сил оставаясь на ногах, чтобы добить митачурла. Да, этот поход один из самых неудачных на его памяти. В собор его практически несли — левая нога не слушалась и отдавала сильной болью при любом прикосновении. Благо, Барбара убрала неприятные ощущения достаточно быстро и пообещала, что на следующий день он уже сможет пойти домой без посторонней помощи. Расслабленный капитан благодарно кивнул и прикрыл глаза, проваливаясь в неглубокий сон. Все не так уж и плохо. Просыпается Кэйа от ощущения, что за ним наблюдают. Приоткрыв глаз, он видит на краю своей кровати фигуру в темном сюртуке, по которому волнами спадают огненные пряди. — Мастер Дилюк! — здоровается он с фирменной улыбкой. — Чем обязан вашему посещению? Наверное, какое-то важное дело, раз вы решили навестить одного из своих нелюбимых рыцарей? — Нет, — тихо отвечает винодел, — тебе это просто снится. Кэйа усмехается и уже собирается пояснить, что у него нет горячки, он не принимал никаких успокоительных, и воспалиться его царапина тоже не успела, а значит, он в состоянии отличить сон от яви. Но в последний момент прикусывает свой язык. Интересно, к чему все это идет. — Это просто твой сон, — повторяет Рангвиндр, наклоняясь к его лицу и нежно касаясь его губ своими. На этот раз Кэйа отвечает. Смакует вкус виноградного сока, которым так пропитаны губы Дилюка, наслаждается ими, такими мягкими, такими желанными. Он осторожно скользит языком в приоткрытый рот винодела, становясь смелее, когда чувствует, как язык Дилюка пытается обвить его собственный. Ладно, прикрывайся сном, если тебе так проще. Теперь я знаю, что все у нас будет хорошо. Смуглая рука скользит под сюртук и пытается забраться под ткань классической рубашки, но ее перехватывают тонкие бледные пальцы, а Рангвиндр недовольно мычит. — Эй, — разрывает поцелуй Кэйа, стараясь выглядеть рассерженно, несмотря на широкую искреннюю улыбку, — это все-таки мой сон! Хватка на его руке ослабляется, и он запускает ее под одежду винодела, ласково гладя бледную, но такую теплую кожу. Казалось, проходит вечность, прежде чем Дилюк отстраняется, облизывая припухшие губы. Кэйа видит на его лице волнение и с улыбкой прикрывает глаз, даря Рангвиндру возможность ускользнуть без объяснений. Да, теперь все точно будет хорошо.