Одиночество в раю

      Аннабель не торопясь возвращалась из круглосуточного магазинчика, держа в охапке бумажный пакет, в котором преимущественно были фрукты и алкоголь, верный пес статно вышагивал рядом с ней, в зубах крепко держа собственный поводок. Мысли текли лениво, утягивая все глубже в отчаяние, и даже вид потрясающе красивого заката не мог согнать эту тень с внутреннего мироощущения. Однако все они разлетелись, как растревоженные птички, когда зрачки уткнулись в нечто выбивающееся из привычного пейзажа. На крыльце своего уединенного бунгало, последнего в стайке десятка точно таких же, в самом конце обжитой территории, ее ждал необычный сюрприз — неопознанный ворох одежды, из которого доносилось редкое мычание.       Прекрасно. Только этого не хватало.       Рамзес с лаем бросился к незнакомому объекту, от которого волнами исходил густой алкогольный шлейф. Девушка подошла и, опустив пакет с продуктами, потыкала носком пляжного шлепанца препятствие на пути к двери, которое, впрочем, порыва не оценило и что-то протестующе застонало. — Эй, мистер, проваливай, пожалуйста. Я не заказывала алкашей с доставкой на дом. — Ан-ик-нёёёён. — Просипел ворох одежды, который оказался молодым азиатом со смутно знакомым лицом. — Алло, ты же не собираешься спать здесь? Где твои шумные дружки? — Бэлль начала понимать, что этот, видимо, откололся от своей компании, которая отдыхала в соседнем бунгало. Парень никак не отреагировал, продолжая что-то бессвязно мычать. — Твою мать! — Девушка раздраженно топнула ногой и растерянно огляделась по сторонам, будто сейчас из-за кустов вылезет коуч по выпроваживанию пьяных незнакомых мужиков с собственного порога и скажет ей, что делать. Но нет, на пляже пусто, лишь волны что-то шепчут, разбиваясь о белый песок. Ана чертыхнулась и пошла к соседям за помощью.       Постучав в косяк распахнутой настежь двери, девушка чуть не была сбита с ног стойким алкогольным выхлопом. Судя по всему, пили тут и правда отчаянно. От бомжей порой более приятно несет. Осторожно войдя в домик и обозначив свое присутствие громким окликом, девушка сделала пару шагов внутрь помещения, надеясь застать хоть кого-нибудь во вменяемом состоянии, чтобы забрали с ее крыльца своего собутыльника. Бэлль не смогла сдержать вздоха разочарования, дойдя до гостиной, утопленной в сумеречных длинных тенях. Парни спали вповалку друг на друге, храпя под какую-то музыкальную программу по телику, разбрасывающему цветные блики по стенам, а надежды избавиться от незваного гостя рухнули.       Раздражаясь все больше, девушка вернулась к своему крылечку, наблюдая, как пес носом тыкает спящее лицо. Минутное колебание с закушенной губой, и вот она приняла решение, о котором несомненно еще пожалеет. — Давай, приятель, придется нам его в дом затащить, а то ему тут еще крабы зенки выколупают. — Девушка напряглась и рывком попыталась поднять бессознательное тело. Мышцы ощутимо задрожали, Ана будто даже ощущала их скрип под кожей, по которой побежали неприятные мурашки. Волосы упали на вмиг покрывшийся испариной лоб. И все равно не вышло, он оказался тяжелее, чем она думала.       Натужно кряхтя, она волоком потащила его в бунгало, проклиная чертового алкаша, чертово соседство с азиатами и чертовы Гавайи. Дотащив тело до гостиной, девушка замерла в нерешительности — дальше куда? От навязанной физической активности пьяное тело пошевелилось, хватаясь цепкими пальцами за ее запястья, осоловелые глаза лениво открылись, оглядывая девушку с ног до головы, пока он медленно и неуверенно поднимался, чтобы сесть. — Ты-ы-ы — он сузил глаза, будто вдруг прозрев, — ты ме-меня украасть хочешь? Сасен… — Хренасен. Сдался ты мне, алкаш! — В своем абсолютном возмущении Ана вырвала руки из чужой хватки, от толчка парень потерял равновесие и повалился на диван, как подкошенный.       Она тут его спасает от крабов ценой своего времени и планов, в которые он точно не вписывался, а он еще смеет в чем-то ее обвинять!       В следующий момент лицо парня позеленело, и она, поняв, что беды не миновать, схватила со стола ведерко со льдом для шампанского и приставила ко рту парня, которого в следующий момент вывернуло наизнанку. — Чтоб тебя… Где ж я так нагрешила… — Девушка с некоторым отвращением и обреченностью поняла, что ее участь на сегодня — прислуживать высокомерному азиату с алкогольным отравлением, а не потягивать вино на ее любимом пирсе.       Его выворачивало практически всю ночь, Аннабель только успевала опорожнять наполняющееся ведерко и приносить воду алкоголику-неудачнику, наблюдая, как жадно он льнет к высокому стакану, прикрыв глаза. В бунгало повис резкий неприятный запах, несмотря на то, что все окна и дверь были открыты настежь.       Утро проглянуло лучиком надежды в распахнутые окна, принося свежесть рассвета и надежду, что все наконец кончилось. Парень лежал на диване и, кажется, все-таки уснул. Себя девушка нашла опёршейся спиной на единственный диван в комнате, склонив голову к чужому плечу. Тоже уснула. Покряхтев и размяв затекшее тело, Бэлль направилась в душ — смыть с себя не особо приятную ночь и крутящиеся вокруг ночного визитера мысли. А ведь он даже симпатичный, она успела его рассмотреть, пока нежно-зеленое лицо расслаблялось под очередным наплывом дремоты. Медовая кожа, пушистые ресницы, острые скулы, которые хотелось потрогать, и мягкие пухлые губы. И он так мило причмокивал, пока спал. Будто пятилетний ребенок. Намыливая гладкую кожу душистым мылом, девушка случайно позволила мысленному взору скользнуть по загорелым жилистым рукам и дергающемуся кадыку. А осознав направление своих мыслей, тут же вздрогнула, и отвесив себе мысленный подзатыльник, девушка фыркнула и вышла из душа, заматываясь в огромное пушистое полотенце. Из гостиной доносился едва слышный храп. Рамзес поднял на вошедшую хозяйку сонные глаза и лениво взмахнул хвостом, мол, я тебе, конечно рад, но я тут не спал всю ночь, охраняя тебя от азиатов-алкоголиков. Как мило. — Эй, мистер. — Бэлль потрясла за плечо спящего парня. Она мечтала лишь о том, чтобы завалиться в свою мягкую кровать и проспать до вечера, но сначала нужно было выпроводить незваного гостя. — Эй! — Уже более громко. — А? Мммм… — Болезненный стон сорвался с пухлых губ, и расфокусированный взгляд с некоторым трудом нашел нарушителя сладкого сна. Голова трещала. — Давай-ка ты дальше слюни будешь пускать уже на СВОЙ диван в СВОЕМ бунгало? — Отвяжись… Что тебе надо? Автограф? Дам, все дам, только дай поспать, ненормальная!       Аннабель раскрыла рот от возмущения, не найдя достаточно красочных слов. Она рывком стащила наглеца за ногу на пол, на что он лишь ошарашенно уставился на нее, а затем вскочил на ноги, хватаясь за ушибленный затылок. — Ополоумела?! — Выметайся с моего дивана! — Т-твоего?! — Он вдруг осекся, осматриваясь по сторонам. Все бунгало были обставлены практически одинаково, но различия все же были. — Ты что, меня похитила? — Ты больной? Сдался ты мне! Просто свали, чтобы я могла уйти спать. Поблагодаришь потом за то, что я всю ночь не давала тебе захлебнуться собственной блевотой!       Парень бросил еще один оскорбленный взгляд и вышел на улицу, бормоча какие-то ругательства на незнакомом языке. Корейский, возможно?       Ей снился папа. Опять. — Знаешь, Бэллс, если и умирать, то здесь. Океан нигде так не играет красками, а закат здесь самый красивый из всех, что я когда-либо видел. — Пап! — Маленький кулачок пихнул крепкое мужское плечо. — Не говори глупостей. — Подобные моменты заставляют по-новому взглянуть на жизнь, переоценить. Нет ничего плохого в том, чтобы думать о смерти. Она лишь еще один этап. — Па… Не надо… Мы все переживем… — Ну что ты, кроха, все отлично. Это лучшие моменты моей жизни.       Громкий стук вырвал девушку из сна, заставив потерянно моргать в темноте комнаты, пытаясь продлить сладкий момент, папин голос, который, казалось, до сих пор звучал в ушах.       Она никого не ждала. Более того, она сняла именно это, самое отдаленное, бунгало заранее, предупредив персонал, чтобы не тревожили. Но повторившийся стук в дверь прямо сейчас говорил о том, что кто-то жаждет ее внимания. Рамзес лениво гавкнул пару раз, обозначив свое присутствие.       У кого-то, кто ждал на улице, заканчивалось терпение, потому что стук звучал более громко и нетерпеливо. — Да иду я! Иду… — Запахнув халат в последний момент и открыв дверь, Бэлль забыла, что именно хотела сказать, потому что перед ней стоял не администратор, а вчерашний калдырь, с идеальной укладкой и уже слегка завявшей улыбкой. — Привет. — Он нервно зачесал пальцами волосы со лба и осекся под гневным взглядом зеленых глаз. — Какого. Хрена. Ты. Приперся. И опять не дал мне поспать?! — Она походила на фурию с растрепанными волосами. На очень милую сонную фурию, лицо которой сохранило следы подушки, к которой она прижималась щекой пару минут назад. — Я… — Он растерялся на мгновение, но тут же взял себя в руки, раздражаясь. — Вот! Пришел попросить прощения и поблагодарить за заботу. — Он пихнул Аннабель в руки корзину с фруктами, прикладывая больше усилий, чем требовалось. — Не нужны мне твои фрукты! — Она отпихнула от себя корзину и уставилась на него горящим взглядом. Девушка понимала, что ведет себя слишком грубо, но у нее не было времени на все это. Он лишил ее возможности поговорить с отцом… Хотя бы во сне. И от этого бесил еще больше. — Ну и прекрасно! — Он обиженно развернулся, когда на него налетел Рамзес, соизволивший наконец выполнить роль пса. Ну или не совсем… Красивый грозный амстафф прямо сейчас прыгал вокруг вчерашнего гостя, как течная сучка. — Ой, привет, дружок! А я тебя помню! — Корзина с фруктами была забыта на пороге, а тон парня сразу потеплел на десяток градусов, руки уже бесстрашно тискали массивную шею. — И как же тебя зовут, красавчик? — Рамзес был несказанно рад такому вниманию и чрезмерно выплескивал любовь на того, кто ее вообще-то не заслуживает, по скромному мнению Аннабель. — Рамзес… Его зовут Рамзес…       Она сама не знала, почему ответила. Пес был ее единственной любовью, так что такая искренняя теплота, направленная на него, немного растопила ее ледяной настрой. Парень смерил ее долгим взглядом. — А у тебя приятный голос… Когда ты не шипишь, как ненормальная. — Ох, шел бы ты уже… — Девушка закатила глаза и уже собиралась окликнуть пса, когда незваный гость уселся на пятую точку прямо на песок и обнял Рамзеса. Внутри вдруг что-то перевернулось. Что ж, это действительно выглядело трогательно. Такая детская непосредственность… — Рамзес, защита! — Пес тут же встал хвостом к хозяйке и резко зарычал, а Бэлль почувствовала мстительное удовольствие от того, как вздрогнул парень. Ему потребовалась секунда, чтобы понять, что пес не настроен агрессивно, а всего лишь выполняет команду. — Выпендрежница. — Он закатил глаза и поднялся с песка, отряхивая светлые джинсы. — И не приходи больше. — Больно надо! — Он окончательно оскорбился и зашагал к своему бунгало. — Я вообще-то Пак Чимин из БТС, невежа, так что могла бы и повежливее быть! — И кто из нас тут выпендрежник?! — Она хмыкнула, против воли приподнимая уголок губ.       Он не обернулся, но губы тронула улыбка. С ней на самом деле было интересно пререкаться, она так смешно фыркала, приобретая сходство с бешеным ежиком. Завтра он найдет новый повод, чтобы прийти и вывести ее из себя.       Аннабель вернулась в бунгало и уставилась на своего лучшего друга потухшим взглядом. Она так и не придумала, как поступись с псом. А ведь ее время заканчивалось…