Влюбить за 10 дней

– Сереж, срочно, я не знаю, что мне надеть. – И тебе доброе утро, – фыркает Матвиенко, с закрытыми глазами укутываясь в одеяло, – Я вообще-то спал. – Антон позвал меня в местный музей, а я не знаю, что мне надеть. Сергей со скоростью света подрывается с места, заглядывая в экран телефона, только замечая, что вещи его друга разбросаны по полу. Арсений берет в руки шорты и майки, сразу же прислоняя к себе, чтобы скомбинировать. Не получив ничего того, что ему могло бы понравится, Попов с психу бросает одежду на пол, приступая искать по новой. – Так, у тебя в рюкзаке есть бежевые шорты распашонки, которые тебе нравятся, – проговаривает Сергей, отправляя омегу искать вещь, – Рядом там должна лежать бежевая футболка, но возьми бежевую джинсовку на всякий случай, если вы, конечно, до вечера там будете, – Арсений заходит под камеру, показывая, во что он оделся, – Так лучше. – Блин, Сереж, спасибо большое, что бы я без тебя делал? – Пошел бы голым. Арсений быстро собирает с пола одежду, складывая и убирая обратно в шкаф. Рассказывает Матвиенко о своем вчерашнем вечере, когда он наелся клубничного мороженного и лег спать, как в дверь неожиданно стучатся. Попов берет телефон в руку и идет в сторону выхода, показывая другу такой знакомый ему жест. Антон стоит за дверью, держа в руках букет нежных, молочного цвета, пионов. Арсений слегка улыбается, принимая букет в руку и пропуская внутрь альфу, приветственно обнимает. – Вы пока поболтайте, а я букет в вазу поставлю. Попов быстро передает телефон Антону, заставляя парней даже как-то испуганно посмотреть друг на друга. – Эм, привет, я Антон. – Сергей. – Ты омега? – прищуривается Шастун, глядя на мужчину в телефоне. – А ты альфа, что соблазнил моего друга? – Пока еще - нет. – Да уже - да, – кивает Матвиенко, осматривая парня. А он был красивее, чем на фото, милый альфа. – Я просил поболтать, а не палить меня, Сереж, – омега перехватывает телефон с рук Антона и зло смотрит в экран, – Нам пора идти, спасибо что помог, коротыш. Я наберу тебя потом, целую. – Я не коротыш, – фыркает омега, закатывая глаза, – Удачно повеселиться, целую. Арсений сбрасывает трубку и убирает телефон в карман шорт, осматривая парня перед собой и улыбаясь. Бежевые брюки и бежевая футболка, на которую была накинута такого же цвета рубашка, прекрасно сочеталась с его одеждой, что заметил и Антон. – Спасибо за цветы, – улыбается омега, привстав на носочках и целуя альфу в щечку. – Он омега? – Да, Антон, он омега. Я надеялся, что ты не подумаешь о том, что я, имея альфу, буду соблазнять другого, а потом дам трубку с одним - другому. – Было бы странно, – улыбается Шастун, ловя тихий смешок омеги.

***

– Почему музей? – Это не просто музей, – улыбается Шастун, держа в руке руку омеги, – Смотрел Гравити Фолз? – видит слабый кивок и продолжает, – Там у дяди Стэна был музей мистических существ, а здесь музей находок, которые «доказывают», что мифические существа существуют. – Рог единорога? Скелет кентавра? – Что-то вроде этого, ты увидишь.

***

– Боже мой, это русалка? Антон улыбается, следуя за буйным омегой. Экскурсовод давно ушел вперед, рассказывая более спокойным туристам экспонаты, оставив парней позади. – Да, судя по карточке, ее скелет нашли на берегу в 1876 году, с нее и начался этот поиск разных вещей, что не подлежали объяснению. Арсений завороженно смотрит на витрину, осматривая кости, четко соединенные между собой. Шастун аккуратно берет его за руку и ведет дальше, позволяя осматривать все, что находится вокруг. Проходя мимо одной из стен, Арсений снова завороженно останавливается, осматривая пушистые черные перья, за которыми, видимо, тщательно ухаживают. – Эти крылья нашли в земле под одним из домов в 1913 году, судя по строению, это крылья ангела, который не успел окончательно пасть. Местные придумали легенду, что ангела убили до того, как он превратился в дьявола, обрубая крылья, ведь они самое уязвимое. Крылья совсем черные, смоляные, но слишком большие даже для самой большой птицы. – Они слишком большие для птицы, ты посмотри, они в согнутом виде больше, чем я. – А в разложенном виде в два раза больше, чем я, – улыбается Шастун, укладывая ладонь на спину омеги, – Если бы у меня были такие крылья, я вполне смог бы тебя в них спрятать. Арсений слегка хихикает, укладывая затылок на плечо альфы. Запах моря снова заполняет легкие омеги, но тот уже настолько к нему привык, что стал ощущать как что-то родное. Антон подталкивает Арсения дальше, желая показать свой любимый экспонат, который не поместился в здание, забирая все пространство заднего двора. Попов покорно идет на второй этаж, где, вместо таких же всяких предметов, был огромный балкон, который выходил на улицу. Антон ведет парня туда, подталкивая к остальным туристам. – Что…? – Это черепаха, – улыбается Шастун, вставая рядом с Арсением и смотря вниз, на спину гигантского чудовища, – Ее нашли в океане отдаленно от Австралии, люди ошибочно много веков принимали ее за отдельный остров, но буквально в начале ХХ века люди решили полностью исследовать этот остров, обнаружив, что у него нет рельефа, зато есть ноги, – Арсений внимательно слушает Антона, смотря то на парня, то вниз, – Этот экспонат самый последний, был привезен сюда в 2013 году, но в то же время самый дорогой и самый непонятный, – Антон смотрит вниз, осматривая голову и лапы, которые по размеру были схожи с целым многоэтажным одноподъездным зданием, – После этого я попрошу разрешение к нему подойти. Когда его только только привезли сюда, все его ноги и низ панциря были полностью покрыты камнем и водорослями, почти два года люди потратили на то, чтобы полностью очистить это животное, не поранив и не поцарапав панцирь, – Арсений крепко хватается за перила, отодвигаясь назад, – Теперь у него достаточно мягкая кожа, а на его «домике» можно прям ощутить рисунок. – Антон… Шастун кладет ладонь на спину омеги, чувствуя слабую дрожь и с улыбкой наклоняется. – Неужели боишься? – Не то, чтобы боюсь, но его размеры заставляют нервничать. Он втрое больше этого здания, – Арсений снова отталкивается, ударяясь спиной в грудь альфы, – Господи, он правда настоящий? – Знаешь, когда я его впервые увидел, немного испугался. Мы смотрим на него сверху, а я тогда был снизу и немного моложе тебя, – Шастун берет ладошку омеги в свою, нежно переплетая пальцы и даря спокойствие и уверенность в защите, – Он действительно настоящий, но уже, наверное, почти сто лет как мертвый. – Я не пойду туда, – фыркает Арсений и отворачивается от черепахи, упираясь лицом в грудь, – Это пиздец, я к нему не подойду. – Тише, солнце, – улыбка все еще присутствует на лице Антона, но уже более нервная и в тоже время успокаивающая, – Мы не пойдем туда, если ты не хочешь, – слабо сжимает его в своих объятиях, максимально успокаивая омегу, – Хочешь пойдем в кафе? Покушаем? Арсений слабо кивает, отодвигаясь от парня и в последний раз поворачиваясь в сторону черепахи, хватая альфу за руку и уходя подальше от этого места. Арсений молча идет рядом, держа свой путь сам не зная куда. Он просто идет, вновь и вновь прокручивая в голове гигантские лапы животного, кажется уже представляя, как не уснет этой ночью. Он никогда не замечал за собой гигантофобию, но сейчас, когда в первую очередь ему стало некомфортно, потом как-то нервно, а после слов Антона, что они смогут к нему подойти, даже страшно. Самому неловко за себя, парень никогда ничего не боялся, а тут то змеи, то гигантские черепахи. Что за проверки на страхи? – Сюш, ничего странного в том, что ты испугался нет, – Антон слабо улыбается, поглядывая на парня рядом с собой, – Как я и сказал, впервые я его тоже испугался, только на второй или третий раз подошел к нему, так что, ничего странного. Арсений слабо кивает, продолжая идти рядом. Он совсем не разговаривает, просто идет, смотря в землю. Неожиданно вонзается в Антона, сам не понимая того, как альфа так резко оказался спереди. – Да я больше загнался сейчас, не знаю, чего я еще боюсь, – фыркает Арсений, скрещивая руки на груди, – Змеи, гигантские черепахи, что дальше? Детей боятся буду? – Ну если они неожиданно выпрыгнут, то ты и их испугаешься, – улыбается Шастун, кладя руку на плечо, – Змея начала ползти неожиданно, музей и эта черепаха тоже были для тебя неожиданностью. Кто знает, вдруг ты их и не боишься, просто не ожидаешь? – Не ожидать змею в джунглях? – А ты вспомни Людоеда, я вообще тебе сказал, что все актеры на выходном, а в итоге в нашу сторону побежал кто-то, – весело проговаривает Антон, заставляя Арсения тоже слабо улыбнуться, – И вообще, я тебе не сказал, но ты понимаешь как я тогда испугался? Я вообще всего в этой жизни боюсь: ужастиков, комнаты страха, страшные квесты, змеи, пауки, насекомые в целом, темноты, двигающихся деревьев, грозы, резких звуков, лестниц, монстра под кроватью. Вот его особенно. – Это ты меня так к себе в постель зазываешь? – Получилось? – Нет, – смеется Попов, замечая широкую улыбку и у Антона. – Тогда не боюсь монстров. – Ну Анто-он. – Ладно, ладно, но все это правда, я вообще трусишка, – слегка улыбается Шастун, хватая омегу за руку и разворачивая, чтобы продолжить путь, – Ты думаешь, почему я зову тебя только в те места, где я не раз уже был? Я к ним привык и они меня не пугают. – А таким бесстрашным кажешься. – Я старался. Настроение заметно улучшилось, но Арсений не сразу понял. Только тогда, когда он почувствовал как умеренно бьется его сердце, а на лице стоит улыбка, до него дошло, что Антон его успокоил. Не так, как мама, поглаживая, не так как Сережа, словами: «Да ты че, э?». Он просто убедил Арса в том, что он не слабый, выставил слабаком себя, лишь бы успокоить омегу. И это неожиданно. Альфы никогда так не поступали, они скорее давили силой, чем так, как Антон. И только Арсений подметил, что в присутствии Антона его сердце спокойно билось, как то просто начало отбивать ритм об его ребра. – Интересно, а друзья ходят на свидания? Резко спрашивает Шастун, не смотря на парня, а куда-то в землю. – Да, если хотят перешагнуть линию дружбы. – Тогда… – задумчиво протягивает Шастун, поворачиваясь в сторону омеги, – Пошли на свидание?