Влюбить за 10 дней

Сережа стучится в дверь, ожидая, пока ее откроют. Узнал от мамы Арсения, что тот уже приехал, и примчал со всех ног, желая увидеть друга, которого две недели не видел. С того звонка они так и не говорили, три дня прошло и Матвиенко уже не знал, что такого произошло, что омега перестал брать трубку. И только после звонка маме Попова, узнал, что у того началась преждевременная течка. – Можно к нему? – Да, только воды возьми, – проговаривает коротко женщина, пропуская парня внутрь, – Он уже литра три выпил за последние полчаса. – Хорошо. Сережа быстро набирает в бокал воды и идет в комнату омеги. Запах усиливается с каждым шагом и, чем ближе к двери, тем четче чувствуется вареная кукуруза. Единственное отличие. Этот запах сильно смешался с соленым морским. – Арс, привет, как дела? –С-Сережа? Попов выныривает из-под одеяла, поднимая голову на друга. Матвиенко с улыбкой кивает, подходя ближе к парню и передавая стакан. Арсений благодарно кивает и сразу припадает губами к бокалу, двумя глотками выпивая всю жидкость. – Ты как? – Нормально, – Сергей вопросительно изгибает бровь, серьезно смотря на друга, – Я хочу к нему. Сереж, я хочу к Антону. А в глазах слезы. И непонятно, сколько он вот так плачет. Мало того, что течка вызвала сбой гормонов, так еще и Арсений встретил ее с отвратительным настроением. – Мама узнала про все это? – Я приехал ночью, утром у меня началась течка. Мама ушла на работу, – хоть и говорит об этом, но то самое пожатие плечами в начале доказывает, что сам Арсений не знает, догадалась ли его родительница или нет, – Сказал, что свечку ароматическую ставил, а засосы прятал максимально. Мнет в руке футболку, привлекая внимание друга. Матвиенко рассматривает ткань и понимает, что не видел ее в гардеробе друга. Слишком большая, еще и со странным принтом. Арсений такую бы не взял. – Все, что у меня осталось от него, – проговаривает Попов, когда видит долгий взгляд Матвиенко на себе, – Засосы заживут, запах выветрится, даже воспоминания забудутся. – Футболка выбросится. Арсений поднимает полный боли взгляд и в глазах снова блестят слезы. Сережа поджимает губы, понимая, что острым языком своим задел и так хрупкое ментальное здоровье своего течного друга. – Прости. – Ты прав. – Если бы я не сказал бы тебе про Антона, не заставил бы тебя поехать за ним, не придумал бы всю эту херню с влюбленностью… Всего бы этого не было, – еще в тот момент, когда Арсений впервые сказал, что что-то начинает чувствовать к Антону и то, как ему больно того обманывать, Сережа понял, что в этом целиком и полностью его вина, – Не нужно было заставлять тебя это делать. – Ты не заставлял… Особенно сильно. – Но это все равно моя вина. Телефон Сергея звонит, заставляя парня обратить внимание на него. Станислав Шеминов. Этот номер, нахера-то, был записан и у Матвиенко. Но директор, кажется, наоборот рад, что давал пару раз Арсению позвонить другу со своего телефона. – Здравствуй, Сергей, слышал, что Арсений вернулся… – Да, – омега встает и заметно, потому что по другому не получается, уходит из комнаты, оставляя друга наедине, – У него течка, как только закончится, он сразу выйдет на работу. – Ничего страшного, – слышится в трубке и Матвиенко выдыхает, – Я звоню тебе по другому поводу. Мы говорили с будущим владельцем… В общем, постройка отеля отменяется, дельфинарий хотят отремонтировать, – тихое копошение на фоне и Стас, глубоко вздыхая, проговаривает, – С тобой тут хотят поговорить. Сережа сначала хочет задать вопрос о том, кому он там понадобился, но он больше никому не нужен. Кроме Антона. Будущего владельца, с которым разговаривал Шеминов. – Привет, Сереж. – Привет, Антон… – И тишина. Сережа кажется отсюда слышит странный вздох Шеминова, который не понимает, зачем Шастун забрал у него телефон, – Наверное начну я. Прости за ситуацию. И почему ты решил изменить решение по дельфинарию? – Я не собирался его сносить, узнал это только из-за Арса, так бы увидел спустя несколько месяцев. – Но откуда он взялся? – Это уже неважно, главное, что этого не будет… Родители Антона познакомились на берегу моря. Андрей, как и сын, до боли любил воду и рыб, очень часто ездил в курортные страны и по великой случайности познакомился с Майей - местной известной серфершой. Девушка спасла Андрея, когда тот порезался ногой об острый риф и не смог плыть. С того дня пара практически не расставалась. Майя - до сих пор считает себя частью моря. И что бы она сказала, узнав, что ее сын хочет снести место, где живут ее любимые морские обитатели? – Скажи, что ему сейчас не тяжело… – Прости, Антон, не могу. У него течка, он сидит в твоей футболке, на каждое упоминание тебя чуть ли не плачет и… Хочет к тебе, – на одном дыхании проговаривает Матвиенко, не сразу задавая себе вопрос о том, нахера вообще сказал об этом, – Ты любишь его? Сергей на удивление умен. И Антону бы логично злится на него, за странные и, даже, немного ненормальные идеи, да только Шастун парню безмерно благодарен. – Я хочу сделать ему сюрприз, поэтому о том, что я не сношу дельфинарий, он пока знать не должен. – Но об этом будет знать весь персонал. – С ними об этом уже говорили, осталось тебе сделать так, чтобы Арсений ни о чем не догадался. – Будет сделано, – спокойно отвечает Матвиенко, слыша удовлетворительный вздох. Сбрасывает трубку и возвращается обратно к омеге, прихватив с кухни еще один бокал с водой.

***

Попов, едва отошел после течки, сразу же помчался в дельфинарий, возобновляя свои тренировки с дельфинами. Признаться честно - парень невероятно скучал по своим малышам. В море он практически не видел дельфинов, только в океанариуме. И то мельком. Да и тут простое желание играло не столь важную роль, как подготовка к шоу перед закрытием здания. От этого факта стало неожиданно больно на душе. Антон всё-таки не исполнил его желание. Возможно, он это заслужил, поступив с альфой по-скотски. Но здесь больно даже не от того факта, что Антон все таки закрывает дельфинарий, а от того, что Шастун оказался не таким хорошим, каким казался все это время. А день шоу, тем временем, приближался и приближался, оставляя парню еще день на подготовку и прощание. Сережа что-то бурчал в стороне, но поддерживал друга как мог, успокаивая в особо сложные моменты и по ночам выслушивал его истерики. Матвиенко был ужасно молчаливым, поэтому за три дня, нисколько не спав по ночам, даже слово не сказал о том, что все же решил сделать Шастун. День закрытия настал, дельфинарий впервые в жизни собрал весь зал гостей, но на душе Арсения были только боль и разочарование. Разочарование в самом себе. Сами животные, кажется, переняли настроение своего тренера, выполняя все заученные трюки с некой грустью и малым нежеланием. Но люди этого не заметили, радуясь и восхищаясь каждому прыжку. И шоу оправдало ожидания: люди бурно аплодировали, дети радостно кричали, даже дельфины радостно прыгали. А у Арсения настроения не было вовсе. С каждым хлопком и возгласом хотелось бежать. Бежать с этого места, чтобы не видеть, как дельфинов навсегда забирают отсюда. Хотелось бежать, но Станислав был явно против этого. – Дамы и господа, мы рады, что вы решили посетить наш дельфинарий по случаю его закрытия на капитальный ремонт! И у омеги сердце останавливается. Он смотрит то на трибуны, то на дельфинов, то на директора, и понять не может: шутка ли то, что сказал сейчас Шеминов. Арсений незаметно сбегает со своего места, даже не прощаясь со зрителями. Идет в раздевалку, слабо прикрывая дверь, и опирается на стену спиной. По голове словно чем-то тяжелым ударили, рассредоточивая все мысли. Хочется кричать, но привлекать внимание мимо проходящих тоже не охото. – От кого-то прячешься, солнце? И сердце забилось с новой силой. Запаха нет, но есть чувство. То самое чувство, которое дарит ему Шастун своим присутствием. Арсений медленно открывает глаза, замечая альфу, что так близко стоял к нему. Попов молча смотрит глаза в глаза, слабо дышит, не знает что делать. А Антон так нежно улыбается. И словно не было всего этого, не было той ночи, того утра. Не было контракта и голосовой. Арсений даже не делает шаг, просто падает головой на грудь мужчины, носом утыкаясь в белую водолазку. – Прости, Антон. – Все-все, отбой извинения, маленький, – Шастун слабо поглаживает парня по волосам, счастливо улыбаясь, – Я исполнил твое желание, исполнишь мое? – Арсений поднимает взгляд на мужчину, вопросительно кивая, – Я все таки построю отель здесь, рядом с дельфинарием, и хочу, чтобы ты отвечал за него. – Но… У меня нет образования. – И что? Кому оно сейчас нужно? – а сам улыбается, заражая своим хорошим настроением и Попова, – Тем более, отель построят только через год, за это время я тебе помогу, поднатаскаю тебя, так сказать. Арсений дослушивает мужчину и, на секунду замерев, утыкается носом обратно в грудь, обнимая руками. Он так и стоял, боялся коснуться, пока не понял, что альфа только этого и ждет. – Я тебя люблю. – Я тебя тоже люблю, мой маленький.