Pierced Through and Through

      Всё, что бы не происходило в жизни Нила — это было ошибкой Кевина.       Не то чтобы это было справедливо по отношению к нему. Вообще, это была Эллисон, которая затащила Нила в «Claire's» в три часа дня.       Однако это Кевин захотел пройтись по магазинам аксессуаров, так что в основном это была его вина.       Когда Эллисон случайно услышала, что Кевин сказал Ники о том, что подумывает купить несколько украшений для «Райских сумерек», она едва ли не поскользнулась впопыхах. — Неужто Кевин Дэй заговорил о моде? — У меня есть определённый стиль. — Кевин закатил глаза. — Ага, если стиль — это выставочный манекен «Everlane».       Даже Нил фыркнул, что, конечно же, было ошибкой с его стороны. — Кто бы говорил, мистер «у меня три рубашки». Пошевеливайтесь, мы собираемся на шопинг.       Эндрю не смог пойти вместе с ними. Он был на сеансе у Би вместе с Аароном, что означало совместный просмотр фильма после — идея Би. Это отнимало меньше сил, и им даже не нужно было разговаривать друг с другом. Нил был немного впечатлен настойчивостью женщины. К сожалению, это означало, что Нилу пришлось выслушивать недовольство Кевина по поводу колебаний Ники и Эллисон почти два часа.       Эллисон заставила Кевина и Нила обойти весь магазин с ней и Ники, пока она в конце концов не была довольна их покупками. Наконец она затащила их в «Claire's», чтобы подобрать цепи, ради которых они изначально и пришли. — Может сделать ещё один прокол, пока я тут? — спросила Эллисон у Ники, заправляя свои волосы за уши. У неё было так много бриллиантовых гвоздиков и золотых колец, что Нил совершенно не понимал, как она сможет вместить ещё.       Ники на мгновение задумался. — Почему бы и нет? Что насчёт кольца в носу?       Несмотря на то, что они играли в довольно жестокий вид спорта, почти все лисы очень любили пирсинг. Перед каждой игрой, по крайней мере пять минут, был слышен только звон металла о металл, когда они складывали различные украшения в свои шкафчики.       У Эллисон было больше всех — всего семнадцать проколов в обоих ушах, — за ней следовал Эндрю, у которого было семь проколов в ушах, «укус змеи» и один в брови. Даже у Кевина был пирсинг в ухе — крестик, которым он светил только тогда, когда чувствовал себя достаточно распутным. Нил был единственным лисом, который ничего не носил.       Эллисон обдумала предложение Ники, прежде чем ответить: — Но что, если мы зацепимся, когда будем целоваться с Рене? — Тогда вы устроите нам незабываемое шоу. — ответил Нил, и Ники рассмеялся, пока Кевин в неверии качал головой. — Ха. Ха.       Эллисон в раздумье оглядела выставленные на витрине кольца и серьги. — Что насчёт тебя, Нил? Ты единственный среди нас, у кого нет пирсинга.       Ники взволнованно повернулся к Нилу, в то время как Кевин заметно напрягся. — Это даже к лучшему, что у тебя его нет, это может повлиять на твою игру и привести к… — О, заткнись, Дэй, даже у тебя есть твой «шлюший» крестик. Дай Нилу немного свободы. — огрызнулась Эллисон.       Его уши покраснели и он тут же захлопнулся. — Ага! Нил, ты должен проколоть себе что-нибудь! Что насчёт индастриала, как у меня? — вмешался Ники. — Может, пирсинг языка, как у Мэтта? — согласилась Эллисон.       Они так и продолжали говорить, переходя туда-сюда между различными видами пирсингами у «Лисов» в течение минуты или двух, пока Нил не вмешался. — Эм… У меня уже есть прокол. — сказал он, пожимая плечами.       Три пары озадаченных глаз повернулись к Нилу. — У тебя что?! — Когда ты успел?! — Где?!       Нил вздохнул и неопределённо взмахнул рукой. — У меня уже есть пирсинг. Сделал, когда мне было шестнадцать. У меня проколот пупок.       Ники закачал головой в недоверии. — Ты шутишь.       Кевин уставился на живот Нила, пытаясь представить того с пирсингом в пупке, но это ничего не дало.       Эллисон скрестила руки и прищурилась. — Какого хрена, Нил? Почему ты не сказал и показал нам его?       Нил снова пожал плечами и отвёл глаза к витрине. — Я полагаю, что в какой-то момент это забылось? К тому же, у меня нет гвоздика или чего-то в этом роде. Есть просто прокол. Это было глупой идеей, момент, когда эмоции взяли верх.       Однажды Нил, поддавшись импульсу, сделал прокол спустя два дня после того, как его пырнули. Его мать отчитала его за беспечность, пока зашивала рану, назвав её «ещё одним напоминанием не останавливаться». Нил просто хотел оставить какой-то «след» на своём теле по собственному желанию. О татуировки и речи не шло — её легко можно было индефицировать, — так что ему нужно было что-то, что легко можно было скрыть. Например, пирсинг пупка. Он пробыл с ним почти год, пока Мэри не обнаружила его и не выбросила. Он даже никогда не думал о замене гвоздика, он не видел смысла в том, чтобы снимать его перед каждой игрой.       Эллисон снисходительно улыбнулась Нилу. — О, детка. — Ты должен купить новый! Ну же, Нил! Пожалуйста? — взмолился Ники, хлопая глазами. — Зачем? — спросил он, всё ещё не понимая смысла.       Улыбка человека, замышляющего нечто недоброе, скользнула по губам Эллисон, и Нил напрягся, цепляясь ногами за скользкий пол в желании сделать перерыв. — Пирсинг пупка, Нил, охренеть как горячо, и это сведёт твоего парня… с ума. — хищно, с толикой яда пояснила она. — Фу, ты говоришь о моём брате. — взвыл Ники. — И о моих соседях по комнате. — возмутился Кевин. — Я, блять, ненавижу свою жизнь… — он отошёл к витринным цепочкам, вероятно, заканчивая разговор. Ники поплёлся за ним следом, без всякого энтузиазма делясь подробностями сексуальной жизни Нила. Нил же давно перестал считать, сколько раз он успел мысленно взмолиться. — Подумай об этом, Нил. — продолжила Эллисон, крутясь вокруг него, как змея-искуситель вокруг Евы. — Тебе нравится пирсинг Эндрю?       Мозг Нила на секунду отрубился, пока он обдумывал её слова: блеск серебра, когда Эндрю хмурил брови, уколы боли, когда Нил тёрся носом ему под ухо, вкус металла, когда он кусал чужую губу своими зубами. Он подумал об Эндрю, и его ищущих руках, и требовательном рте, горячем и жаждущем на его бёдрах и животе, и ох — — Что ты посоветуешь?

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .*: ☆ﾟ. ───

      Эндрю было скучно. Сеанс психотерапии с Аароном был неплохим. Фильм был неплохим. Нила не было рядом, и Эндрю было скучно.       Он даже подумывал написать кролику и спросить о том, где он, но отсутствие Кевина говорило о том, что их «дела» могут быть связаны с экси, и Эндрю не хотел так рисковать.       Так что вместо того, чтобы ждать, как жалкий щенок обычно ждёт возвращения своего хозяина, Эндрю достал пяльцы для вышивания и иглу, чтобы закончить какую-то часть работы. На канве была изображена пчела, летящая над полем маргариток, и она абсолютно точно не предназначалась кому-то конкретному.       Он закончил примерно три четверти, когда дверь скрипнула. Зная, что это был всего лишь Нил, он даже не поднял своей головы, чтобы спросить: «Кевин?»       Он услышал мягкий звук шагов Нила прямо за своей спиной, где он сидел на диване, и чувствовал тепло от его присутствия. Он от чего-то гудел, как провод под напряжением. Волосы Эндрю встали на затылке. — У Ваймака. — спокойно пояснил Нил. — Эндрю, да или нет?       Эндрю отложил свою незаконченную вышивку и закинул голову назад, встречаясь взглядом с Нилом. Его глаза были настолько голубыми, большими и яркими, что напоминали небо. Эндрю почувствовал головокружение, смотря на них с такого положения. — Садись.       Нил, едва не опрокинув диван, неуклюже приземлился рядом с Эндрю. Он подогнул под себя колени, и Эндрю цыкнул на его неповоротливость, насмешливо приподнимая брови. — Не терпится?       Нил проследил за движением усеянной металлом брови. Он облизнул губы. — Скучал по тебе.       Эндрю закатил глаза и толкнул Нила назад, на спину, нависая над ним. — Да или нет? — Я спросил первый. — возмутился Нил. — Ответь на вопрос. — Да, блять. Да.       У Эндрю вдруг возникло непреодолимое желание заставить Нила слёзно извиваться под ним, но будут и другие дни для его «маленькой злости». Сегодня он готов был потакать ему.       Он великодушно накрыл губы Нила своими, и тот раскрылся под ним как цветок в первый день весны. Его губы были сладкими как от содовой, и Эндрю слизал её эфемерные остатки. В некотором отчаянии Нил втянул нижнюю губу Эндрю в рот, обводя языком два параллельных металлических шарика. Эндрю тяжело вдохнул через ноздри и углубил поцелуй.       Прошло совсем немного времени, прежде чем Нил оторвался, губами проходясь по своему любимому месту. Он непристойно лизнул шею Эндрю. От ключицы до самого уха. Тело Эндрю содрогнулось от прикосновений Нила, и он чуть не потерял равновесие.       Нил усмехнулся такой реакции, поэтому Эндрю в отместку поставил своё колено между его бёдер. Нил ахнул и заскулил от прикосновения. — Эндрю-ю-ю…       Возможно, самая пора для его «маленькой злости».       Игнорируя мольбы Нила, Эндрю засунул руки под его футболку, не забыв про разрешение. Нил выгнулся навстречу его прикосновениям, пытаясь установить контакт с его губами, руками, коленом — с чем угодно. — Эндрю… — Хм? — промычал Эндрю, продолжая блуждать руками по чужой груди. — Эндрю, давай же.       Вновь отказав ему в поцелуях или желанном трении, он задрал рубашку Нила и направился прямиком к его соску. Он уделил ему всего мгновение, прежде чем покрыть остальную часть груди влажными, кусачими поцелуями. От них должны были остаться пятна, к которым Эндрю мог вернуться чуть позже. Он медленно спускался к поясу Нила, когда его губы коснулись чего-то твёрдого и холодного. Он мгновенно отстранился.       У Нила был проколот пупок.       У Нила был пирсинг в виде лисьей лапы.       Эндрю хотел что-то сломать. — Что это? — Сюрприз? — невинно сказал Нил.       Находясь на краю возбуждения, Эндрю бросил на него скучающий взгляд.       Нил вздохнул и попытался встать, но Эндрю всё ещё держал его в своеобразной ловушке и совершенно точно не был заинтересован в том, чтобы слезть. — Я сделал это ещё в шестнадцать. Решил наконец вернуть украшение. — И ты решил остановиться на лисьей лапе, наркоман?       Ухмылка появилась на лице Нила, и Эндрю был ровно в пяти секундах о того, чтобы вцепится в эти чёртовы губы, пока он не заговорил: — Да. Мы подходим друг другу.       В какой-то момент мозг Эндрю просто не захотел работать, пока он не вспомнил о болтающейся серьге в виде кота, которую он порой надевал — она была на нём прямо сейчас. Он подумал, что да, он укусит Нила. — Спальня. Да или нет?       Нил вспыхнул, словно спичка. Эндрю даже не успел встать, когда он уже был на полпути к спальне. — Это «да», а также «поторопись».

─── ･ ｡ﾟ☆: *.☽ .*: ☆ﾟ. ───

      Нил знал, каково это, когда тебя целуют. Он знал, каково это, когда тебя целует Эндрю. Чувствовать себя желанным. Чувствовать вожделение с отчаянной импульсивностью. Эндрю был тем, кто заставил его почувствовать все это за то время, что они были вместе. Но очень редко он чувствовал себя таким драгоценным.       Эндрю снова навис над ним, но вместо того, чтобы лечь на спину, Нил полулежал на груде подушек, которые Эндрю успел накопить на своей кровати. Он держал лицо Нила в своих ладонях, осыпая его поцелуями. Нилу было позволено положить свои руки на чужие бедра, где он лениво рисовал круги. Эндрю спускался поцелуями вниз по шее и торсу, пока снова не оказался у пупка Нила. Он сделал паузу, чтобы встретиться взглядом с Нилом, когда загорелые руки скользнули в светлые волосы. Нил кивнул, и Эндрю запечатлел на аксессуаре влажный поцелуй.       Контраст холодного металла и обжигающего языка Эндрю заставила Нила застонать от этого ощущения. Он не был особенно чувствителен в этом месте, но куда бы ни прикасались руки и рот Эндрю, его реакция всегда была очевидна.       Эндрю с минуту разглядывал лапу, прежде чем отстранился, чтобы полюбоваться своей работой. Живот Нила был красным, он блестел от слюны, как и украшение. Он нежно подул на него, вызвав у Нила ещё один тихий стон.       Его руки забрались под пояс шорт Нила. Согласие было дано незамедлительно, и они и бельё были отброшены в сторону. Поцелуи Эндрю были, как расплавленное золото, и Нил чувствовал как покрывается позолотой. Они спускались всё ниже, ниже и ниже, и Нил, кажется, понимал, что люди назвали «религиозным опытом». По крайне мере, он так думал.       Он простонал имя Эндрю, с силой сжимая его волосы. — Кролик. Я даже не прикоснулся к тебе. — Ты прикоснулся, просто недостаточно. Давай. Продолжай. Это «да». — пробормотал Нил.       Весьма довольный собой, Эндрю воспринял это как сигнал, чтобы наконец-то обхватить член Нила руками. Обычно за этим следовал его рот, но вместо этого он просто проследовал по дорожке из засосов, которую он оставил после себя, обратно к животу Нила и не переставал тайно восхищаться своим призом. Маленький гвоздик в лапе был небольшим и не имел никаких дешёвых, фальшивых камней. Украшение было простым и стильным. Это устраивало Нила. Это сводило Эндрю с ума — дурацкий кусок металла был таким очаровательным и так подходил Нилу. Нилу, который был громким и грубым, вспыльчивым и опасным на корте. Нил, который при необходимости убил бы человека и ни о чем бы не жалел… выглядел очаровательно. И сейчас он сидел перед Эндрю, умоляя, чтобы его поцеловали и прикоснулись к нему. Эндрю хотел сжать его до тех пор, пока он не исчезнет. Вонзите нож в это чувство, гноящееся внутри него. Но вместо этого он просто цеплялся за Нила, делал, как он просил. Целовал, прикасался и оставался.       Он снова вобрал металл в рот, в то время как его рука продолжала работать с Нилом, тело которого прижалось к нему, казалось, пытаясь слиться с его рукой и ртом. Эндрю ненадолго отпустил его, чтобы смочить свою руку слюной, хотя у Нила не было времени даже поскулить, так как он так же быстро вернулся его члену. — Блять, Эндрю, блять. Эндрю. Блять. — Выучи что-нибудь новенькое. — пробормотал Эндрю, продолжая облизывать его пупок — Иди нахуй. — Неплохо для начала. Плюс одно очко тебе. — немного поиздевался Эндрю, прежде чем взять член Нила в рот.       Это не могло продлиться долго. Руки Эндрю были везде, а его рот был именно там, и Нил, вероятно, завис где-то наверху.       Эндрю заставил Нила кончить, проглотив весь возможный «беспорядок», и Нил медленно вернулся на землю.       Когда они лежали, пытаясь восстановить дыхание, лёгкая улыбка тронула лицо Нила. — Я так понимаю, тебе нравится прокол? — дразнился Нил. Эндрю закатил глаза. — Тебе нужно продезинфицировать его. — Мгм.       И когда Эндрю подумал, что сможет наконец насладится посткоитальной тишиной, Нил вновь заговорил. — Хей, Дрю? — Хм? — Почему Эллисон назвала меня деткой? — Заткнись.