Кроме любви твоей мне нету моря

- На этом в общем-то всё, - Мария Сергеевна стряхивает мел с рук, - вопросы? - Марь Сергевна, а как вы относитесь с феминитивам? Ну как учитель литературы, - Катя с прищуром смотрит на нее, словно проверяя. - Да хорошо отношусь. Моя вузовская преподша по культуре речи сказала, что скорее всего они не задержатся в русском языке, и разные профессии просто войдут в общий род, как слова "умница" и "молодец". Но я часто использую феминитивы, по-моему, многие звучат очень мило. Поздравляю, Мария Сергеевна, ваш рейтинг в глазах Кати и ещё нескольких девочек снова возрос. Звенит звонок и класс быстро пустеет, Волков скучающе закидывает рюкзак на плечо и плетется к двери. - Олег, можно тебя? Только не долги. Парень разворачивается, прокручивая в голове, что он мог не сдать по литературе, но Марию Сергеевну это совсем не интересует: - А с Сережей все в порядке? Его уже два занятия нет, а он никогда не пропускает. - Да, он просто приболел, все хорошо. - Понятно... Если что-то нужно - дай знать, - она немного грустно улыбается, - Пусть выздоравливает. Олег бросает взгляд ей за спину на стену у учительского стола, где висит расписание, списки и... - Это Сережа вас нарисовал? Мария Сергеевна оборачивается и с улыбкой смотрит на свой портрет ручкой. - Ага. Классно, да? Он хорошо рисует. - Это правда. До свидания. Олег почти исчезает за дверью, когда его окликивают: - И Олег. Я помню про стих. Вот блять. - Я сдам... Честно. Мария Сергеевна шутливо грозит ему кулаком, и Волков ретируется.

***

- Ну, Серый, танцуй! - Олег кидает рюкзак на пол и стягивает толстовку через голову. - С чего бы? - Сережа даже не отворачивается от экрана телефона, когда Волков заходит в комнату. - Про тебя Мария Сергеевна спрашивала. - Что?! - он моментально садится ровно на кровати, откладывая телефон, и вперивает глаза в Олега, который, зараза такая, медлит с рассказом. - Типа, чего тебя нет, - он плюхается в расшатанное крутящееся кресло и открывает ноутбук. - Олег, с подробностями! - Сережа вскакивает и разворачивает его лицом к себе. Волков показушно вздыхает: - Когда все ушли, спросила, почему тебя нет, ведь ты никогда не пропускаешь. - А ты?? - Сказал, что ты приболел. - А она что сказала? - Чтобы ты выздоравливал. И ещё рисунок твой на стену у стола прикрепила. Сережа падает на кровать, раскидывает руки, глядя невидящим глазами в потолок, и шепчет: - Как хорошо жить... Жалко только, что книга кончилась... - Так попроси ещё. Сережа лежит так несколько секунд, обдумывая предложение, и снова крутит Волкова на стуле от ноутбука: - Олег, Олежа, зайди к ней завтра, попроси для меня книгу, - его взгляду бы позавидовал кот в сапогах, но парень не ведётся: - Ой ли, Серый! Сам напиши и попроси. Она же на тебя подписана. - Может лучше ты попросишь... Олег встаёт и показушно отвешивает поклон: - Доброго дня, Мария Сергеевна, Сережа Разумовский безнадежно в вас влюблен и боготворит все, чего вы коснетесь, поэтому не могли бы вы дать хоть какую-нибудь свою книгу, чтобы хоть как-то залечить его разбивающееся сердце оттого, что он не может видеть вас и здороваться в коридоре, потому что ходил без шарфа! Сережа бурчит себе под нос, сведя брови и прячась за челкой: - Вообще-то у меня вирусняк. - Вирусняк не вирусняк, а я так и скажу, так что возьми телефон и напиши. - Какой же ты противный, а! Ладно, напишу... Сережа открывает ещё пустой и диалог, и палец зависает над экраном: - А чего писать-то?.. - Ну типа здрасьте, можно мне книжку, я ту дочитал. Разумовский что-то усердно печатает и удаляет следующие несколько минут, молчание длится так долго, что Олег подсаживается рядом, запихивая подушку под спину и лезет в телефон: - Ну что там? "Здравствуйте, Мария Сергеевна! Извините, что пропускаю допы, я немного приболел. Но я дочитал Ремарка. Если вам не сложно, не могли бы вы передать через Олега ещё какую-нибудь книгу? Извините, если я вас отвлекаю" Волков выхватывает телефон, уверенно стирает последнее предложение и нажимает "отправить", не давая Серёже и шанса передумать. - Ты зачем удалил? - Разумовский недовольно дуется. - Хватит извинятся. И так нормально все. Ответ приходит почти мгновенно, и две пары глаз тут же устремляются в экраны: "Привет, Сережа! Не переживай, главное выздоравливай, без тебя на уроках скучно)). Пусть Олег зайдет завтра, выберу ещё что-нибудь интересное. Как тебе "На западном фронте без перемен"?" - Как же ты лыбишься, боже мой... - Волков, отвали, а? Тебе ещё стих учить, между прочим. - И это я противный?..

***

На следующий день Сережа просыпается только оттого, что на него приземляется увесистая книга. - Я тут вообще-то сплю, - рыжие волосы на голове всклокочены, а в белки глаз слегка красноватые. - А я вообще-то со школы пришел. Ты во сколько лег вообще?.. - Часа в 3... Или 4... Мы с Марией Сергеевной переписывались, - недовольное выражение лица тут же сменяется расплывшейся улыбкой. - Все так хорошо? - Ну, мы про Ремарка говорили, но все же... Ой! - Сережа хватается за телефон, но новых сообщений не видит, и улыбка становится чуть менее широкой. - А что за книга? Он берет в руки синий томик: - "Маленькие женщины"... С закладкочками! Олег подаёт голос: - Это по ним вроде фильм выходил с тем актером, по которому Катя тащится. Сережа игриво улыбнулся: - И давно мы следим за тем, что Кате нравится? - Серый, я же до того, что ты в училку влюблен, не докапываюсь, а? - Да что сразу Серый? Катя хорошая, я против что ли? - Читай своих "Маленьких женщин" иди, - он сидит спиной, но в голосе слышится улыбка.