Кроме любви твоей мне нету моря

Репетиции идут полным ходом, и, с одной стороны, это хорошо: возможность свалить с уроков официально не хочет упускать никто. Но вот после очередного вальса, на котором Серёжа уже совсем не наступает Свете на ноги, и придраться ей не к чему, она его дёргает: - Разумовский... Серёж, стой. Парень искренне не понимает, что ей может быть нужно: со всеми предметами у нее уж точно лучше Серёжи, вальс она выучила нормально, и Алена хвалит их пару. Но все же он выжидает, пока все выйдут из актового зала. Когда оставшиеся девчонки, переобув каблуки, выходят, он спрашивает: - Чего? - Ну, мне Алена сказала... В общем... И пухлые губы впечатываются Серёже почти в самые губы: он успевает увернуться в последний момент. В голове повисает неправильная тишина: ЭТО ЧТО ТАКОЕ. Срочно нужно что-то сказать, но слов попросту нет. Он умеет только заготовленное говорить. Света принимает это просто за смущение: - Да не бойся, я знаю, что тебе нравлюсь. И ты тоже очень ничего... Мне Катя с Алёной все рассказали. Тут у Серёжи само собой вырывается: - Так это у тебя ТАКОЙ СПОСОБ ФЛИРТОВАТЬ? - Ну не умею я по-другому внимание проявлять, да... У меня в семье так. Ну, мы теперь типа... Пара? Ты хороший кандидат. От слова "кандидат" становится невероятно противно. Она играет в отличницу даже здесь - выбирает "лучшее". Но слова подобрать всё же приходится: - Свет, ты... Ну, может, неправильно поняла. Я... У меня девушка есть. Да и не такой уж я хороший "кандидат"... - Чего? - она выпучивает глаза. - Девушка? У тебя? - она тут же переходит в наступление, - да у нее, видимо, после ковида вкус отбило! - Света гордо вздергивает подбородок, и развернувшись на каблуках, быстро цокает из зала. А отказать ей оказалось проще, чем Сережа думал. Было бы сложно, если бы она влюбилась искренне, а не подыскивала себе неплохой вариант для отношений. Интересно, там осталось вообще что-то человеческое?.. Но ему аукнулось. Ещё как аукнулось. И было бы славно поговорить с Олегом или Машей до этого, но Катя идёт в нападение первой, зажимая его в углу коридора: - Сережа, это что такое было?? Сережа бросает взгляд на Волкова за ее плечом, ожидая какой-нибудь поддержки, но Катя суровее: - Ты на него не смотри, - она берет в руку Сережин подбородок и поворачивает на себя. - На меня смотреть. Ты зачем мне наврал, паскуда ты такая, что тебе Света нравится? Я все делаю, чтобы вас свести, а теперь она приходит и говорит, что у тебя девушка есть! Глаза быстро бегают, разглядывая старые кроссовки. Думать нужно быстро. Нужно сказать хоть что-то и срочно. Сережа поднимает глаза и выдает негромко: - Я гей. Кате сначала кажется, что она не расслышала, но когда смысл сказанного доходит до нее, ее лицо вытягивается, и, кажется, даже зрачки становятся меньше: - Ты... Что. Олег легонько кивает Серёже: это лучшая отмазка, которую он способен был придумать. Весомо. Понятно, почему не сказал. Их отношения с Машей в безопасности. Волков моментально включается в игру: - Кать, ты только не ори об этом, - Олег серьезно дёргает ее за рукав. - Проще было сказать тебе так. - А Свете тем более, - подхватывает Сережа. - Но ты же с Олегом не... - она испуганно таращится. - Нет, конечно! С Олегом только дружба. Он не мой типаж. - А какой твой? - Ну... Голубые глаза. Рост высокий. Мне нравится, когда у парней волосы крашенные или пряди там. - А Саня, кстати, краситься собрался, прикиньте? - Олег мастерски переключает внимание. - Он сегодня у Марь Сергевны про краску синюю для волос спрашивал. Типа как лучше осветляться, какую купить. - Серьезно? А он ничего. Только 100 проц не гей. Хотя, может, би... - Сережа с Олегом - тандем крепкий и проверенный временем. И врать вдвоем они умеют весьма неплохо. - Кать, ты только, пожалуйста, правда никому не говори. Мне же влетит крепко. Алёне можешь сказать, что у меня правда девушка появилась, лучше. - Я понимаю, - Катя кивает серьезно. - Я рада, что ты мне в таком вопросе серьезном доверился. Прости, что в такой ситуации. Я, если что, принимаю тебя любым, - Сережа оказывается заключен в объятия. Настолько хорошей реакции Сережа не ожидал. Даже от максимально толерантной Кати. - Спасибо… Это для меня важно, - играть, так до конца, Разумовский. Вечером того дня он рассказывал обо всем этом Маше, шокировано сжимавшей его руку с каждым словом все крепче и крепче: - Со стороны это все дико комично, но мне очень жаль, Сереж… Тебе приходится со всем этим справляться одному. - Я не один. У меня есть ты, - он с любовью взглянул на девушку, огладив ее плечо. - Но меня все это так сильно не задевает, как тебя. - Эй, посмотри на меня. Я ни о чем не жалею. Я понимал, на что мы шли, хорошо? Ради нас – что угодно.