Кроме любви твоей мне нету моря

- Ты... Чего?? - Сережа выпучивает глаза на Катю. Она абсолютно уверена, что Разумовский будет благодарен ей по гроб жизни. Олег на заднем плане сгибается в немом смехе. Снег окончательно сошел, а значит, что и последний звонок не за горами. Естественно, эта ноша в виде возни со сценарием, постановки прощального вальса и репетициями легла на не такие уж и хрупкие плечи Кати и ее подруги Алёнки. Не то, что бы это правда была ноша - кажется, у девочек все было распланировано уже давно. Лена поет, Саня с Олегом таскают парты и стулья для сценок, вальс как бывшая бальница поставит сама Алена. Выбора у мальчишек особо не было - прощальный вальс танцевали все. С другой стороны, это была прекрасная возможность потрогать настоящую девочку. Олег разок вздохнул, но пообниматься с Катей был совсем не против. А вот Сережа... - В смысле танцую со Светой?? - Да ладно, Серёж, не стесняйся. Ещё благодарить меня будешь, - Катя задорно подмигивает, приняв его негодование за испуг и смущение. Их прикрытие однажды должно было сыграть против них же. И день настал. Сережа старается улыбаться искренне, когда они встают в пары. Он был бы не так уж танцевать с болтушкой Алёной или тихой Леной. Больше всего ему, разумеется, хотелось танцевать с Машей, но он шел от противного. И противное ставят ему в пару. Рука ложится на его плечо, когда они встают на позиции. Ему вдруг остро становится неприятно оттого, что на ее пальцах нет колец, что у лица не маячат фиолетовые прядки, что не пахнет смородиной. Но виду Сережа старается не подавать. - Ты мне все ноги отдавишь, Разумовский! - она грозно смотрит своими чернющими карими глазами исполобья. Спустя несколько таких "замечаний" он не выдерживает: - Прости, мне нужно выйти, - или вылететь из актового зала. Он несётся по пустым коридорам и быстро стучит в заветную дверь, заглядывая. То ли пятый, то ли шестой класс устремляет на него свои глазенки. - Сережа? - Извините, можно вас на минутку? - Ребята, дальше читаем по цепочке. Маша быстро выходит с ним за дверь: - Что-то случилось? - она взволнованно оглядывает Сережино лицо. - Прости, мне очень нужно тебя увидеть, - он несколько стыдливо опускает глаза. - Катя поставила танцевать со Светой вальс. Она достала, она - не ты... - Мне жаль, радость... - девушка мимолётно касается Сережиного мизинца своим: я рядом. - Приходи вечером, потанцуем, м? - Научишь? - Конечно, - и тихо-тихо шепчет, - люблю тебя. Беги. - И я тебя люблю. Постараюсь не убить Любимцеву. Обречённо, но гордо Сережа возвращается в актовый зал и ещё полчаса терпит Светины придирки. В теории, она могла бы докопаться и до профессионального танцора. С облегчением закинув рюкзак на плечо после этого мучения, Разумовский выдыхает: а кто сказал, что будет легко состоять в таких отношениях? Но, кажется, оно того стоит. Вечером Маша выглядывает из-за дверцы холодильника: - Будешь мартини? Серёжины знания заканчиваются на том, что, кажется, это в мартини кладут оливку в фильмах: - Ну... Давай. - Тебе чистый? - стоит девушке только взглянуть на Серёжу, она все понимает. Это лицо у него периодически появляется, - Не пробовал. Поняла. Сравнивать ему было не с чем. Было вино из пакета, дешевое шампанское и однажды была водка. Вино было кислым, от шампанского рвало, а от водки того качества он даже не ослеп, и уже это было успехом. Маша наливает в бокал красноватую жидкость и разбавляет чем-то. Оливки почему-то нет: - Чирс? Сережа аккуратно стукает по ее бокалу своим и делает глоток. В нос не бьёт, а горечь совсем лёгкая. Скорее сладковато. - А это вообще алкоголь? - он с недоверием смотрит в улыбающиеся глаза. - Пол бутылки и тебя размажет, спорим? Технически, это вермут. С тоником. Это крепче вина. Но с пары бокалов ничего не будет. - Это... Вкусно. Маша улыбается: - Ага. Алкоголь бывает очень даже ничего, - она тянет за руку, заставляя подняться со стула, - Подаришь мне танец? - Это вроде я должен просить... - От тебя пока дождешься, а я не молодею. - В моих глазах ты будешь вечно молода. Девушка вскидывает брови: - Туше! Сережа включает на ноутбуке музыку, и тонкая ладонь ложится в его руку. - Шагай на меня правой. В сторону. Он наступает на босую ногу и тут же шепчет: - Прости-прости-прости!! - Все хорошо, - Маша ласково гладит по плечу, - не волнуйся. Ещё раз. На меня. В сторону. И приставил. Тут девушка упирается в стол: комната совсем небольшая. Но Сережа не даёт споткнуться, ладонь на талии лежит аккуратно, но держит крепко. Маша встает на носочки и на пробу касается мягких губ. На языке мешается сладковатый вкус мартини и поцелуя, от которого в паху приятно тянет. Сережа жмется ближе, и целуется все увлеченнее. Теперь все правильно. И кольца, и пряди, и смородина, и губы.