Eat my heart

      На улице быстро стемнело, но Эммануэлю были всё равно. Он стоял на балконе, слушая, как закипает чайник и как мило общаются его дети с неожиданным гостем. Вова сам лично обработал Анджею раны и налепил пластырь, а Майя налила ему чай. Они втроём довольно хорошо подружились и четвёртый им был совсем не нужен.       Поэтому Макрон сбежал на кухню на втором этаже, под предлогом снова вскипятить воды. Пока ждал, вышел на балкон и стал рассматривать темную даль. Он не понял, как быстро пришёл вечер, видно так же быстро, как он привязался к этому мальчику. Теперь он не представлял своей жизни без него и не знал, как будет делить с другими.       Он всегда был собственником и не терпел конкурентов. А увидев в Вове юного себя он влюбился, решил спасти, помочь и стать тем единственным, которому не будет замены. Но кажется он ошибся и друзей у парня предостаточно и не без него. Чайник наконец-то закипел, Эммануэль выключил его, взял в руки и направился на первый этаж.       — Сначала я правда накричал на него, но потом мы подружились, — рассказывал с улыбкой Вова историю их знакомства с Анджеем. Он правда опустил некоторые детали, но история вышла не менее интересной.       — Уже поздно, я наверное пойду, — сказал Дуда, поднимаясь с дивана. На его щеке красовался пластырь, налепленый лично Вовой.       — Может останешься? С тобой очень весело, — улыбнулась Майя. — Да и Вова стал общительнее.       — Я вообще-то всегда общительный, — как бы обиженно ответил Зеленский. — Но я тоже не против, чтобы Анджей остался. Может даже на ночёвку…       — Нет, уже правда поздно, — перебил его Макрон. Это уже правда перешло все границы! Сначала Дуда залез к ним на территорию через забор, потом полез целоваться к Вове, а теперь и на ночёвку остаётся. — Все устали за сегодня. Если хочешь, можешь на следующих выходных приходить.       — Да, конечно, — кивнул Анджей, забирая свой рюкзак и направляясь к выходу. — Спасибо за всё и до встречи.       Он поспешил уйти, но Вова догнал его уже на улице и поцеловал в щёку. Он немного покраснел и тут же отстранился. Это были странные ощущения — у Зеленского никогда не было отношений, да и это отношениями он назвать не мог. Они ведь всего раз поцеловались, ничего больше.       — До встречи в понедельник, — сказал Анджей, похлопав Вову по плечу. — Надеюсь, в школе, а не в больнице.       — Не смешно, гений, — буркнул Зеленский, немного обидевшись.       — Ладно, пока, — ответил Дуда, направляясь в калитке. Вова ещё немного постоял, смотря ему в след и лишь потом вернулся в дом.

***

      Тем вечером парень лежал на кровати и думал о прошедшем дне. Он выдался очень насыщенным и даже можно сказать перенасыщеным. Вова хотел спать, но сон никак не шёл. И тогда он решил взять гитару и попробовать поиграть, может что-то выйдет. Спустя пару минут он отбросил её в сторону, уверившись, что он полная бездарность.       Тихий стук в двери отвлёк его и он тут же разрешил войти. Это оказался Эммануэль, видимо услышал его неудачные попытки создать музыку. Увидев гитару на кровати, мужчина улыбнулся, подошёл и взял её в руки.       — О, ты нашёл мою старую игрушку? — спросил Макрон. — Настольгия…       — А ты умеешь играть? — поинтересовался Зеленский.       — Да, в твоём возрасте даже на кружок ходил, — улыбнулся Эммануэль и провёл пальцами по струнам. У него вышло намного лучше, чем у его сына.       — Классно, я бы тоже хотел научиться, — мечтательно ответил Вова.       — Давай, у нас все выходные впереди, — мужчина опустился на кровать с гитарой в руках и стал объяснять парню первые азы. Они учились играть ещё несколько часов, а потом заснули в обнимку.       Среди ночи Макрон проснулся от начавшейся грозы, теплее укрыл мальчика и погладил его по голове. Он правда любил его и желал всего самого наилучшего, даже если его выбор это Дуда. Его мужчина хорошо знал, как ученика, но доверить ему самое дорогое не мог. Однако, если он запретит им встречаться, то оттолкнет от себя сына.       В смятении, коснувшись шелковистых темных волос и нежно погладив их обладателя по голове, он тоскно вздохнул и пообещал себе всегда быть рядом с ним. Если этот Анджей посмеет обидеть его сокровище, он не даст тому жизни. Глянув на часы и убедившись, что сейчас пол второго ночи, мужчина выключил настольную лампу и тихо, как мышка, покинул комнату, всё ещё размышляя о этой непростой ситуации.

***

      Выходные быстро пролетели, Вова даже опомниться не успел. Всё время он делал домашку, учился играть на гитаре и вечерами болтал с Эммануэлем и Майей на кухне. Понедельник наступил очень быстро и парень устало сполз с кровати в шесть утра. Настроения идти в школу не было, но его никто не спрашивает. Поэтому он быстро поднялся, пошёл в душ, оделся и спустился на кухню.       Там Эммануэль уже во всю готовил что-то вкусное. Оно пахло на весь дом и пробуждало в Вове лютый голод. Он был готов накинуться на любую еду, что случалось с ним редко. Благо Макрон уже поставил на стол тарелку с блинчиками, иначе Зеленский съел бы его самого.       — Доброе утро, — улыбнулся Эммануэль. — Твой завтрак готов. Правда не знаю какой он на вкус — блинчики я ещё никогда не жарил.       — Не переживай, — ответил ему Вова, садясь за стол. — А где Майя?       — Куда-то ушла ещё час назад, сказала, что хочет к подружке заехать перед школой, — объяснил Макрон, садясь рядом с ним и утаскивая с его тарелки блинчик.       — Она, что, вообще не спит? — удивился Зеленский, уплетая свой завтрак. — Я видел её вчера в час ночи на балконе.       — Это был я, — немного неловко ответил мужчина. — Мы с ней похожи со спины.       — А ты что делал на балконе в час ночи? — усмехнулся парень, явно не восприняв этот разговор всерьёз. — Кстати, блинчики получились вкусные.       — Я рад, — улыбнулся Эммануэль, быстро поднимаясь из-за стола. — Я пойду собираться и поедем вдвоём в школу. — Уходя он потрепал Вову по голове, на что тот мило поморщился.       Они выехали около восьми и уже через пятнадцать минут были на месте. Всю дорогу Вову мучал один вопрос — как отреагируют в школе, узнав, что они теперь одна семья? А может уже узнали и в классе его ждёт полный разнос? Весь на иголках парень наблюдал в окно, как они подъезжают. Эммануэль заметил это и, остановив машину, успокаивающее коснулся его колена.       — Всё будет хорошо, я пока не говорил, но думаю, все отреагируют нормально, — спокойно сказал Макрон, будто говорил о погоде.       — Учителя точно хорошо отреагируют, но вот мои одноклассники, — немного расстерянно и напуганно ответил Зеленский.       — Если что, ты знаешь номер моего кабинета, — улыбнулся мужчина, убирая свою тёплую руку. Парень на момент остановил его, схватив за запястье. Ему нужна была поддержка, хотя бы физическая.       — Успокойся, всё правда будет хорошо, — повторил Эммануэль, разрешая ещё немного подержать его за руку.— Тем более нам не обязательно приходить вместе. Я подожду в машине, пока ты войдёшь в школу.       — Спасибо, — кивнул Вова, отпуская отцовскую руку и открывая двери. — Первый урок у тебя, так что до встречи.       Он вылез из машины и мелкими шагами направился в школу. У самого входа он заметил Анджея, что стоял к нему спиной, и улыбка сама расцвела на его лице. Вова хотел было направиться к нему, как вдруг, его опередила Джорджия. Парень нахмурился, но решил подождать когда те договорят. Не вежливо влезать в чужой разговор.       — Привет, — издалека до него донеслись обрывки фраз Джорджии. — Мы давно не виделись…       — Между нами всё кончено, — ответил ей Анджей, не отрываясь от телефона. — Я сказал тебе ещё неделю назад!       — Я понимаю, но думаю, что ты должен знать, — девушка сделала паузу, собираясь с мыслями, а потом быстро, как скороговорку, вымолвила: — я беременна от тебя, срок две недели.       Это окончательно добило Вову и он уже не стал скрывать, что всё слышал. Уверенно подойдя к ошарашенному Анджею, он похлопал его по плечу и тот обернулся. Ещё секунда и звонкая пощёчина прилетела ему по лицу. Он едва увернулся, но ничто не спасло его от гнева возлюбленного. Джорджия на заднем плане ахнула и закрыла рот руками.       — Ты же говорил, что у вас ничего не было! — восклинул Зеленский, весь пылая от гнева. — Что это всё шутка…       — Было только один раз, я не люблю её! — ответил Анджей, потирая рукой щёку. — Мне нужен только ты, я был с ней, чтобы тебя позлить! А эта мадам умудрилась залететь от меня!       — Значит, ты врал мне? Просто развёл на секс? — расплакалась Джорджия и тоже замахнулась на него. Оставив красную отметину на другой щеке Дуды, она убежала в сторону школы.       — Я не… — хотел было оправдаться Анджей, но щёки болели уже знатно, поэтому он лишь тихо прошипел: — Сука!       — Мог бы и повежлевее с матерью твоего будущего ребенка, — буркнул Вова, направляясь к школьному входу и больно толкая бывшего парня в плечо. — Совет да любовь вам!       Анджей чувствовал себя просто паршиво после этой сцены. Он стоял посреди школьного двора и не знал, что ему делать. Сжение на щеках прекратилось и парень ещё раз на всякий случай потёр их. Всё в его жизни не клеилось от ориентации и астмы до банальных отношений с людьми. С самого детства он был тихим, вечно болеющим, мальчиком, который вечно сидел сам и игрался только своей игрушкой. Может именно поэтому он не умеет нормально общаться с людьми и боиться их.       Анджей тяжело вздохнул и слёзы выступили на его глазах. Он зажмурился — он же мужчина и плакать не должен. Чтобы больше никто не видел этого позора и не пялился с особым интересом, парень направился на задний двор. До урока ещё минут десять и у него есть время прийти в себя. Однако, там было занято — школьники расселись под деревьями, на бардюрах и общались, курили, смеялись. Анджей заметил своих одноклассников и подошёл к ним.       Он не знал, что творит и что делает. Все его мысли были словно в тумане и хотелось напиться или прыгнуть с крыши. Странная боль разливалась в душе. Он ничтожество, не способное даже на нормальные отношения. А теперь ещё и этот ребёнок. Чем ему гордиться? Что его отец последний лох? Или гей, болеющий астмой? Анджей не видел смысла жить без Вовы, но теперь они уже вряд-ли будут вместе.       — Слушай, Саш, дай закурить, — попросил Дуда одного рослого парня.       — А ты не помрёшь часом? Ты ж больной вроде, — удивился он, но всё-таки вынул из пачки сигару. — Или тебе ашку? За ними к Борису.       — Нет, спасибо, мне обычная сигарета тоже подойдёт, — ответил Анджей. Он знал, что ему будет плохо и знал, что может умереть, но уже было плевать.       Подполив край зажигалкой, парень сделал одну затяжку и сильно закашлялся. Зажмурившись, он сделал ещё одну и дым наполнил его лёгкие. Вместе с ним пришло успокоение и странное чувство лёгкости. Однако третей затяжки он не выдержал и согнулся пополам, заходясь кашлем.       Перед глазами потемнело и Анджей схватился за стенку школы, выпустив сигарету из рук. Ужасная боль пронзила его грудь и он уже пожалел, что пошёл сюда. Страх за свою жизнь переполнял его и парень прохрипел: «звоните в скорую», падая на землю. Перед тем как потерять сознание, он почувствовал, как его положили на что-то мягкое и знакомые черты лица затмили ему свет солнца.       — Вова, я люблю только тебя…