Eat my heart

      Вова зашел в свою комнату и упал на кровать. В его сердце было пусто и ни единой эмоции не выражало его лицо. Он лежал и смотрел в потолок с пустой головой. Если раньше он и задумывался о том, чтобы простить Анджея, то теперь однозначно делать этого не собирался. Дуда сделал свой выбор и он сделал свой.       В двери постучались. Вова подскочил с кровати от неожиданности и глянул на часы. Он пролежал целый час! А ему ещё домашку делать. Разрешив войти, парень сел на кровати и потянулся.       — Как ты добрался сам? — спросил Эммануэль, заходя в комнату и закрывая за собой двери.       — Нормально, не потерялся и хорошо, — ответил Вова, сладко зевая. — А ты давно вернулся?       — Пять минут назад, — Макрон сел на кровать рядом с сыном и коснулся его плеча. — В твоём возрасте я тоже любил гулять сам.       — Мы во многом похожи, — улыбнулся Зеленский. — Кстати, хотел сказать спасибо за всё, что ты сделал для меня.       — Пожалуйста, — ответил мужчина, аккуратно перемещая свою руку к его запястью и сжимая его. — Знаешь, когда я впервые увидел тебя, я понял, что ты это я много лет назад.       — Тебя тоже мать бросила? — усмехнулся парень. Рядом с отцом ему было так легко и спокойно, будто они знакомы сто лет. Может даже лучше чем с Анджеем.       — Нет, но тоже я был ей не нужен, — вздохнул Эммануэль, печально опустив голову. — Мои родители много работали, чтобы обеспечить меня, а мне нужны были далеко не деньги, которыми они вяло откупались…       — А моя мама даже деньгами не откупалась, — сказал Вова, повернувшись к нему и заглядывая в голубые глаза. Он только сейчас осознал их цвет и улыбнулся. — А почему ты не женился?       — Как-то времени не было, — пожал плечами Макрон. — Сначала я Бриджит любил, а потом, когда она ушла, я занялся образованием, работой. Тем более на ком мне жениться?       — Прости, я просто думал, что ты гей, — рассмеялся парень. Мужчина подхватил его смех и случайно качнулся в его сторону, завалив на кровать. Оба прекратили смеяться и застыли в этой странной позе — Вова лежал на кровати, а Эммануэль над ним сверху.       — Прости, — мужчина тут же поднялся и помог подняться парню. — Я наверное пойду…       — Да, а то мне ещё уроки делать, — неловко кивнул Зеленский. Эта сцена вызвала у него румянец на щеках и странное ощущение в груди.       Макрон быстро покинул его комнату, тоже имея не самые лучшие эмоции. Когда он оказался на нем сверху и посмотрел в прекрасные карие глаза, что-то внутри него изменилось. Оказавшись в коридоре, мужчина прикрыл глаза, уравнивая сбившиеся дыхание. Вздохнув с облегчением, он, как ни в чем не бывало, направился на кухню готовить ужин.

***

      На следующее утро все и думать забыли о той ситуации. Хотя у Эммануэля ещё оставались какие-то воспоминания, которые особо будоражили его мысли. Однако он решил не акцентировать на этом внимания и не поднимать эту тему.       Вову же это вообще не волновало. Он спокойно собрался в школу, позавтракал и стал ждать Эммануэля. Тот скоро пришёл и они вдвоем направились в машину. Однако выйдя на улицу, оба застыли от удивления: всё вокруг было белое, словно в муке, — выпал первый снег.       Они переглянулись и Вова первый наклонился и слепил снежок. Кинув его в Эммануэля, он побежал от него к машине, пока мужчина тоже набрал в ладони снега и слепил шарик. Снежок прилетел Зеленскому прямо в спину и он тут же отомстил. Они гонялись друг за другом, кидались снежками, смеялись. В конце концов, Вова завалил Эммануэля в сугроб и упал на него сверху.       — Дежавю, — рассмеялся парень, но в душе ему было далеко не до смеха. Его руки вспотели и по спине побежали мурашки. Что-то странное снова зашевелилось в его душе.       — Ага, — ответил мужчина, немного смутившись от этой сцены. — Мы вообще-то в школу опаздываем.

***

       Вова очень быстро бежал по ступенькам, перепрыгивая через одну, только бы успеть на урок. Первая физика, которая к слову идёт уже пятнадцать минут. А ещё и оценки за контрольную должны выставить сегодня. Парень буквально ворвался в класс, прерывая рассказ директора о новой теме. Весь класс обернулся к нему.       — Доброе утро, простите за опоздание, — тут же сказал Зеленский. Обернувшись, он заметил Анджея и Джорджию, что обнимались на задней парте. Ему стало аж противно за этим наблюдать.       — В том то и дело, что уже «утро», но Вы видимо спите, — злостно ответил директор. — Заходите, юноша, у меня к Вам много вопросов.       Вова быстро прошел за единственную свободную парту и сел за неё. Достав учебник и тетради, он записал тему и дату, уверенно игнорируя Анджея, сидящего прямо за ним. Они с Джорджией о чем-то говорили и смеялись. Вова едва сдерживался, чтобы не сделать им замечания. Он даже не слышал учителя!       — Ваши оценки меня не радуют, но Зеленский отличился особенно, — сказал директор, смотря на список учеников и их отметок. — Это худшая работа, которую я только видел! Могли сдать и пустой листок, если ничего не знаете! Но зачем писать этот бред!? Вы такое на работе напишите, Вас уволят и пойдёте дворы мести!       Класс захихикал, а Вова от страха вжался в школьный стул. Он ненавидел когда на него кричат, хоть и привык к этому. Каждый раз когда кто-то повышал на него голос, парень начинал плакать, словно ребёнок. Это было у него с самого детства, когда его оставляли с нянями, которые никогда не проникались к нему сочувствием, были строгими, кричали и даже били его.       И сейчас, когда все смеялись над ним, а учитель кричал на него, горькие слёзы выступили на его глазах. Вова едва мог дышать, схватившись руками за край парты. Директор ещё что-то говорил, но парень не слышал. В ушах был какой-то звон, а тело совсем не слушалось его.       — Подниметесь, когда я с Вами разговариваю! — громкий голос учителя вывел его из задумья. Он тут же подскочил со стула. — Зачем Вы вообще ходите в школу, если ничего не знаете?! Может у Вас отсутствует интелект или мозг в целом?! Отвечайте что-нибудь, не молчите, как истукан!       Зеленский только открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова будто изчезли. В добавок ко всему, по его щеке покотилась первая солёная слеза и некомфортной ком застрял в горле. Все смотрели на него и ждали чего-то. Тихие шепотки и смех, окончательно добили парня и он быстро выбежал из кабинета.       Учитель что-то кричал ему в след, но Вова не остановился. Он забежал в туалет и громко разрыдался. Закрывая рот рукой, он давился слезами и не мог понять почему он такой? Никто не плачет, когда на него кричат. Никто не получает выговор за плохую оценку от директора. Видимо его мать была права, что он проблемный и ужасный ребёнок.       Неожиданно двери одной из кабинок открылись и Вова тут же заткнулся, вжавшись в стенку. Он был напуган, что его кто-то увидит в таком состоянии и хотел уже убежать, как вдруг, понял, что это Эммануэль и бояться нечего. Вид у него был очень удивленным. Парень тут же отвёл взгляд, всхлипнув.       — Всё хорошо? Что-то случилось? — спросил Макрон, аккуратно коснувшись его плеча.       — Я… Я плохо написал контрольную и… — ему было сложно об этом говорить и слёзы снова покатились по его щекам.— П-прости, ты наверное хотел себе другого сына… Умного, а не как я…       — Не говори так. Я люблю тебя таким, какой ты есть и мне другого не надо, — ответил ему Эммануэль и подошёл ближе. — Можно я обниму тебя?       Вова кивнул и тогда мужчина заключил его в свои тёплые нежные объятия. Парень всхлипнул, не понимая, почему он возится с ним. Другой бы уже давно бросил такого проблемного ребёнка. Эммануэль улыбнулся и отпустил его.       — Физику мы исправим, не волнуйся, а теперь умойся и пошли ко мне в кабинет — я угощу тебя чаем с пироженком.