Eat my heart

      Вова весь дрожал от холода, стоя на заднем дворе школы. После того поцелуя, он сразу же выбежал на улицу, даже без куртки. Он всё ещё не мог осознать произошедшего. Это всё было так странно и неправильно. Как ему теперь смотреть в глаза Эммануэлю?       Неожиданно за его спиной послышались шаги. Парень обернулся и застыл, как вкопанный. К нему быстро приближался Анджей. Он решил сделать вид, что не заметил его, уткнувшись взглядом в асфальт. Он не хотел говорить ни с кем сейчас, но разговора видимо не избежать.       — Вова, — Анджей подбежал к нему и схватил за руку. — Прости меня, я знаю, что очень обидел тебя…       — Помолчи, пожалуйста, — отпустив его руку, сказал Зеленский. Он отвёл взгляд за спину Дуды и заметил идущего к ним Макрона. Боже, только не это! Страх сковал его, но он не подал виду, решившись на отчаянный шаг. — Поцелуй меня!       — Что?.. — удивлённо спросил Анджей. Чего-чего, а этого он не ждал.       — Просто поцелуй меня! — тихо шикнул Вова и тут же страстно впился ему в губы. Буквально пару секунд, чтобы Эммануэль увидел это и ушёл. Зеленский отпустил Дуду, когда Макрон резко развернулся и скрылся за углом. — Прости…       — Можешь не извиняться, это было круто, — улыбнулся Анджей.       — Нет, совсем не круто, — тихо ответил Зеленский и направился обратно в школу. Дуда кинулся за ним и схватил за руку.       — Так мы теперь снова пара? — спросил Анджей, заглядывая в глаза Вове.       — Наш поцелуй не отменяет того факта, что ты придурок! И нет, мы не пара, — строго сказал Зеленский, отпихивая удивлённого Дуду с дороги и возвращаясь с школу.

***

      Вова сидел на своей кровати и делал задание в учебнике. Ему надо готовиться к ЗНО в конце года, к поступлению в университет, а не целоваться со всеми подряд и крутить романы. Парень вздохнул, ещё раз перечитав задание. Ничего не лезло в голову, хоть убей.       Тогда парень взял гитару и вышел во двор. Было ещё относительно тепло и он забрался в свой домик на дереве. Там было уютно и хорошо, никто и ничего не могло потревожить его. Настроив инструмент, парень стал что-то наигрывать. Музыка отражала всё, что было у него на душе…       В конце концов парень остановился и отложил гитару. Тихо пели птички, шелестели листья. Он задумался, не зная, куда дальше пойдёт его жизнь. Он даже не знает кем хочет быть в будущем. Положив голову на свои колени и обхватив её руками, он закрыл глаза...       — У тебя класно получается играть, — прервал тишину голос Эммануэля. Вова тут же обернулся и встретился взглядом с отцом. Он стоял на траве под деревом и смотрел на него. — Я тоже любил эту мелодию…       — Мы должны поговорить, — прервал его Вова. Он поднялся и обернулся спиной, чтобы слезть, но пропустил одну ступеньку и полетел вниз. Тихий крик вырвался из приоткрытого рта, в теле похолодело и парень сильно зажмурился, ожидая неминуемого столкновения с землёй…       — Ты поосторожнее, — усмехнулся Эммануэль, подхватив его на руки. — Открывай глаза, трусишка!       Вова разожмурился, вцепившись в толстовку отца. Он очень испугался и едва мог перевести дух. Открыв глаза, парень заметил, что они находятся совсем близко. Дыхание перехватывало и он инстинктивно потянулся к его губам.       — Ой, а что вы тут делаете? — в саду появилась Мая и уставилась на них.       — Просто говорили, — отмахнулся Эммануэль, опустив Вову на землю. — Ты обедала?       — Да, пока вы тут «общались», — усмехнулась девушка. — Вот, Чарли хотела выгулять.       — Тогда иди и выгуливай, — слишком грубо сказал Зеленский. Ему не понравилось, что их кто-то выдел вместе.       — Пойду, — огрызнулась Мая и пошла с собакой дальше. Макрон проводил её взглядом.       — Чего это ты? — удивился Эммануэль. — Вы же дружили.       — Не хочу, чтобы нас кто-то видел вместе. Мы просто отец и сын, ничего больше! — ответил Зеленский. — Я не хочу, чтобы кто-то думал о нас что-то грязное!       — Успокойся, никто ничего не видел! Мая просто пошутила, — сказал Макрон, коснувшись его плеча. — А тогда нас вообще никто не видел…       — Давай не будем об этом, это была ошибка, очень большая ошибка, — восклинул Вова. — Этого больше не повторится!       — Ты уверен!? Это всё потому, что ты вместе с Анджеем!? — серьезно спросил Эммануэль. Он уже давно смирился, что ему никто не нужен кроме Вовы, что он любит его и только его. И самое главное, он принял, что это самая настоящая любовь. Но если он его не любит, никто не сможет его заставить.       — Я уверен и Анджей тут ни при чем,— ответил Вова, срывающимся голосом. Он не хотел верить в это. Этого просто не было и не будет больше никогда!