Stray kids драбблы.

Хруст стекла под ногами бьёт по ушам. Капля пота медленно стикает по виску парня. Глаза завязаны плотным куском ткани и руки стягивает тугой узел верёвки. Голова раскалывается после удара о бетонный пол и в районе брови чувствуется горячая струйка, очевидно, крови. Из-за временной не доступности зрения приходится ориентироваться на звуки. За спиной раздаётся противный скрежет металла и неспешные шаги, а после к горлу прижимается что-то острое. - Поиграем в кошки-мышки, малыш? - голос слишком знакомый и приходится напрягать память, чтобы понять - это Хван чтоб его Хёнджин. Парень сразу начинает дёргать руками в попытке вырваться за что получает звонкую пощёчину. -Сидеть смирно, мразь! - приказной тон пропитан ядом, а лезвие сильнее впивается в кожу, оставляя лёгкий порез, из которого начинает сочится кровь. Связанный морщится. -Какого хрена, Хван!? У нас был договор! - кричит он, сжимая ладони в кулаки. Смех, громкий и едкий, пронизывающий до костей, он эхом отлитает от стен, возвращаясь к парню, будто снова и снова ударяя. - Какой такой договор, малыш? Условием было, что обо мне не узнает ни одна живая душа, а в итоге что? Меня ищет половина Сеула! - кулак прилетает резко и очень болезненно, парень готов поклясться, что слышал как лопнула его губа от удара. Голова по инерции отворачивается в бок, язык проходится по губе, собирая капли с металлическим привкусом. Хёнджин продолжает - Ты нарушил один из главных пунктов. А знаешь что я делаю с теми, кто портит мои планы, малыш? - в голосе отчётливо слышится ухмылка. А дальше резкая боль в плече и душераздерающий крик наполняет помещение. Нож входит медленно в плоть и остаётся в ней. - Да ты грёбанный псих! Отпусти меня, ублюдок! - отчаянно вопит бедолага, но в ответ только получает новый удар по лицу. - О да, дорогуша, я псих. И ты очень неудачно меня разозлил. Хван отходит от парня, наблюдая на расстоянии как тот верит головой в страхе и бессмысленной попытке увидеть его. Затем Хёнджин поворачивается к своему столу с инструментами. -Самое время поиграть, мышка - шепчет он себе под нос, беря в руки ещё один нож. Вернувшись к сидящему, Хван вырубает его одним ударом и переносит на стол для пыток. Раздев до белья и приковав его руки и ноги в позе звезды, он довольно улыбнулся и снял повязку с глаз своей жертвы. Нож по прежнему находился в плече и резким движением Хван его вынимает. Проходит достаточно много времени, прежде чем несчастный наконец открывает глаза. - О, проснулась, мышка? - Хёнджин ведёт кончиком другого ножа по ноге парня. Лезвие холодит кожу, вызывая неприятные мурашки. Парень с ужасом смотрит в безумные глаза мафии и тело пробирает дрожь. - Хёнджин... Я.. Пожалуйста. Дай мне всё исправить. Я прошу тебя! Я знаю что делать! Хван фыркает и нож теперь входит в бедро, проворачиваясь, увеличивая рану. Истошный крик ласкает слух и Хёнджин проводит языком по губам. - БЛЯТЬ! Твою мать! Ты не можешь так со мной поступать! - парень дёргается, причиняя себе этим ещё большую боль. - Я? - смех звучит снова, а над второй ногой мелькает что-то похожее на горелку - А что такое, мышка? Тебе не нравится наша игра? Хван приближается к его лицу, клацнув зубами, как хищник и хихикнув, возвращается к ноге. - Тебе лечиться надо! ПСИХ! - нотки истерики забавляют Хёнджина всё больше. Он включает аппарат в своей руке на самый слабый огонь и подносит к чувствительной коже. Ожог образуется медленно и вызывает ухмылку на лице Хвана. Он поднимает взгляд, замечая, что парень старается сдержать крик боли. Но Хёнджина это не устраивает. Ему нужно слышать мольбы о пощаде. Так что он прибавляет огня и слышит любимый звук. Кожа под прямым пламенем плавится и темнеет, лопается, брызгая каплями крови. - УМОЛЯЮ! ПРОШУ ТЕБЯ, НЕ НАДО! - голос уходит в визжание, которое Хван сравнивает с свиньёй и усмехается. Он отводит горелку в сторону, любуясь результатом и удовлетворённо хмыкает. - Мышка, мы только начали. Впереди нас ждёт всё самое интересное ~ - глава мафии говорит на распев, беря со стола одну из своих любимых вещей - пласкогубцы. Когда несколько зубов красиво разложены в форме сердца в небольшом блюдце, Хван откладывает инструмент и брезгливо вытирает руки платком. - Все руки в твоих слюнях, псина. Ответом ему служит тишина. Парень выключился от болевого шока, Хёнджин заботливо повернул его голову на бок, чтобы он не захлебнулся своей же кровью. На самом деле раньше юноша не был таким жестоким и был далёк от мафии и всего подобного. Пока однажды его отца заживо не расчленили на глазах у десятилетнего ребёнка. Психика круто пошатнулась, а мысль о том, чтобы отомстить за отца тем же способом, не давала покоя. К восемнадцати годам парень уже имел свою небольшую мафиозную организацию и был самым молодым главой из всех когда-то бывавших. По началу все над ним смеялись, не видили в нём и малейшей угрозы. Однако всё быстро изменилось, когда Хван явился на собрание кланов в одиночку и парой пуль в лоб убедил всех, что он вполне себе опасен и ему лучше не переходить дорогу. Выяснить кто был замешан в убийстве его отца не составило проблем. Хёнджин с особым удовольствием собственными руками отделял каждую конечность от тел виновных и упивался их криками. Слухи о подобной жестокой расправе быстро распространились по подпольному миру Сеула и Хвана стали бояться даже некоторые большие кланы, но вместе со страхом росло желание избавиться от психа. На него открыли охоту. Каждый, уважающий себя мафиози пытался добраться до Хёнджина. Но все смельчаки лежали теперь в чёрных мешках глубоко под землёй. Попытки прекратились на время. И вот сейчас, когда Хвана временно оставили в покое, идеальный план по захвату нового района пошёл по швам. Из-за одной крысы, которая сейчас лежала на столе и дрожала от страха и боли. Хёнджин вдыхает резко. Запах жжёной кожи, пота и крови заполняет рецепторы. Он довольно мычит. - А ты оказался выносливым мышонком. Большинство не выдерживало на этой части игры - он окидывает взглядом свой стол и решая ещё немного развлечься, берёт в руки набор иголок. Горло лежащего нещадно жгло и он хрипит в ответ, язык совсем перестаёт слушаться. Он бешено вращает зрачками и мычит. - Любишь иголки? Знаешь, они так красиво входят под ногти~. Хочешь почувствовать? - первая игла втыкается в кожу и сразу уходит в глубь. Парень извивается и кричит, по подбородку течёт кровь в перемешку с слюной, зрелище отвратительное, но Хван наслаждается этим видом. Каждая новая игла под другими ногтями сопровождается всхлипами и рывками тела. Когда игл не остаётся, Хёнджин разочарованно вздыхает. - Всё, мышка. Это была последняя. Он с любопытством следит, как грудь парня дёргается от неравномерных вдохов и широко улыбается, безумно. - Осталась последняя игра, мышонок~ - противно ласково звучит у самого уха несчастного - По секрету скажу, моя самая любимая! - радостно объявляет Хван и берёт в руки нажовку. - Мистер Хван! Руки и ноги отдельно? - вопрос заставляет Хёнджина отвлечься от пятен крови на обуви и он поднимает голову, оценивающе рассматривая конечности. - Нет, кладите в один. Так закапывать проще - будничным тоном отвечает и достав платок из кармана, стирает капли с носков кроссовок. А после, с счастливой улыбкой отправляется к себе домой, чтобы принять ванну и насладиться любимым вином. Да, Хван Хёнджин псих. Об этом знают все, кто хоть раз слышал о нём или, не дай бог, видел (последние, к слову, выживают не часто). Но он умело заметает следы, имеет в своём кругу общения важных людей и искусно владеет даром убеждения. Так что единственная причина встать на его пути, отсутствие инстинкта самосохранения или безумство. Последнее, в принципе, встречается очень редко.