Моя любовь, meine Liebe, mi Аmor

Кайл и звездное небо

Мы встречаемся со Стэном чуть больше недели, но об этом не знает никто. Не знаю, почему мы вдруг решили утаивать это ото всех, но так вышло. Да и ведем мы себя как раньше: переписываемся, разговариваем, проводим вместе время в школе, да Стэн иногда подвозит нас с Айком на машине. Но изменения все-таки есть. Стэн каждое утро будит меня сообщениями с добром утром, а перед сном желает спокойной ночи. Стэн подвозит нас не просто часто, а каждый день — при этом все эти дни он привозил для меня что-нибудь. Во вторник это был букет цветов. Такой жест меня очень смутил, мне еще ни разу не дарили цветы. В среду он привез мне корзинку фруктов, ворча при этом о моем диабете и невозможности задаривать меня сладостями. В четверг это был стаканчик вкусного капучино без сахара и маленькая игрушка в виде лисенка. Стэн сказал, что я похож на него. В пятницу он привез мне живой цветок в горшке — суккулент. Сказал, что они не прихотливые... красивый цветочек однако. В субботу мы ходили на каток и Стэн подарил мне шарф и варежки, сказав, что скоро будет холодная зима. Мы часто целуемся — в машине, на парковке, в моей комнате, в библиотеке, в пустых классах и даже в школьном туалете. Но никогда еще не переходили на большее. Не знаю, почему. И вот сегодня утром, в выходные я дал поспать себе подольше на час, чтобы потом нехотя встать, выпить все свои таблетки и спуститься вниз, на кухню. Айк уже не спал, восседая на троне из подушек и играя на консоли. — доброе утро, — поздоровался я, — ты уже завтракал? Айк кивнул в сторону открытой пачки чипсов. — это не завтрак, — проворчал я, когда продвигался на кухню, — что хочешь? — чтобы мама вернулась, — крикнул он мне в спину, — ты отвратительно готовишь. Я показал ему средний палец перед тем, как скрыться за поворотом. Что ж, тогда будет яичница. Мама уехала несколько дней назад и вся работа по дому передалась мне. Не то, чтобы это было слишком сложно, но брата накормить нереально. Он от всего воротит нос, предпочитая чипсы или еду из ларьков быстрого питания. Помятый после сна папа спустился, когда я уже успел накрыть на стол. — доброе утро, — улыбнулся я ему, — Айк! Иди есть! — ох, Кайл, — папа с радостью принялся за еду, — мама вчера не звонила? Я приехал очень поздно уже, не хотел ее беспокоить. Я кивнул. — да, — я указал заходящему на кухню Айку его порцию, — спрашивала, как у нас дела, все ли хорошо. Сказала ещё, что тетя очень рада ее приезду. Папа в ответ кивнул и потрепал Айка за волосы. Мы приступили к еде. — какие планы на сегодня, мальчики? Айк пожал плечами, нехотя жуя сосиску. Я тоже не знаю, может уроки сделаю, потом уборку в доме, потом может в магазин. Я озвучил свои планы. — надо бы научить тебя водить, Кайл, — ответил на мои планы папа. — зачем? — ого, — встрял в диалог брат, — я тоже хочу научиться водить. А меня научишь? — маленький ты ещё для этого, ешь лучше, а то еда стынет. Айк надулся, но есть продолжил. Даже не знаю, хочу ли я научиться водить. — нас Стэн подвозит почти каждый день, пап. Так что я думаю, нет надобности учить меня вождению. — ну он же не сможет-таки возить тебя вечно. В конце концов, у Стэна своя жизнь тоже есть. — они встречаются пап, — я даже поперхнулся чаем от сдавшего меня брата, — Кайл и Стэн, они встречаются. — Айк! — возмутился я. — вот так новости, — рассмеялся папа, — и как давно? — неделю только, — смущённо пробубнил я, пиная брата под столом. — ну чтож, — папа по-доброму мне улыбнулся, — надеюсь, что вы аккуратные, да? — о, господи, паааап, — я готов сквозь пол провалиться. Начиная с 10 лет мама постоянно поднимает подобные вопросы, напоминая мне, что я мол, омега, надо быть аккуратнее. — ладно, ладно, — папа в шутку поднял руки сдающимся жестом, — я знаю, что ты ответственный мальчик и мне не придется рассказывать вам о том, как появляются дети. — пааааап. Я зарылся лицом в руки, лишь бы не показывать свое раскрасневшееся лицо. Папа все ещё посмеивался, а Айк незаметно перекладывал в его тарелку свои овощи. День пролетел незаметно. Я как и планировал, успел сделать все уроки, проверил готовность ко школе Айка, прибрался дома, съездил вместе с братом и папой в магазин, а на обратном пути меня и вправду посадили за руль. А так же я приготовил обед на завтра. Стэн не писал весь день, только доброе утро пожелал. Правильнее с моей стороны будет написать ему, верно? Перед сном я всё-таки решил ему написать.

_привет, где пропадаешь весь день?

Но Стэн не ответил. Прочитал, но не ответил. Ну что ж, ладно. Я почистил зубы, проверил все замки и окна в доме, проверил, чтобы Айк не сидел за компьютерными играми, а лег спать. И удалился к себе в комнату. Ночью, сквозь сон я услышал мелодию звонка. Господи боже, сейчас 2 часа ночи! Раздражённо я вытащил из-под подушки телефон. Это оказался Стэн. — да? — ответил я ему, — Стэн, что-то случилось? — эмм, ну можно и так сказать, — услышал я сквозь хихиканье парня, — а сейчас серьезно. Ты ведь дома? — а где я ещё могу быть в 2 ночи, — проворчал возмущенно я. — ладно, ладно, не заводись, — что там за шум на фоне? — в общем, ты можешь выйти на свой задний двор? — куда? — на задний двор своего дома. Выгляни в окно. Ничего не понимая, я вылез из постели и подошёл к окну. В потемках я увидел, как Стэн стоял рядом с деревом и махал мне. — видишь меня? — спросил он, держа телефон у уха. — вижу, что ты задумал? — выйди, тебе понравится. И оденься потеплее. Стэн повесил трубку и помахал мне, прося жестом спуститься. Что он делает… Я надел еще одни штаны и кофту поверх пижамы, набросил курточку и спустился вниз, через кухню. По пути проверил комнаты папы и брата, чтобы удостовериться, что они не заметят мои ночные похождения. Открыл стеклянную дверь на задний двор. Стэн уже стоял рядом со стеной. — доброй ночи, — поздоровался он со мной, — пойдем. — куда? Стэн ты что, пил? Я схватил его за руку, когда он направился вглубь двора. На меня слегка отдало перегаром. — я чуть-чуть, — сознался он, — мы собирались у Биггл. Я правда выпил немного, видишь? — Стэн театрально выставил руки в стороны и затем коснулся указательным пальцем правой руки своего носа, — а теперь пошли, тебе понравится. Он потащил меня за руку вглубь двора, за дерево и детскую площадку Айка. Там, почти около самого забора лежал надувной матрас с подушками и огромным валом одеял. — та-да! — воскликнул Стэн, указывая на находку руками. — и что это? — это надувной матрас, — буркнул он смущенно, — попросил у дяди Джимбо, обещал вернуть в целости, так что аккуратнее. — я понял, что это матрас, — я скептически осмотрел место, — что он тут делает? — ну так, — парень указал рукой на небо, — смотри, какие звезды прекрасные сегодня. Я подумал, тебе понравится… ну там, романтика и все дела. Я прыснул. Романтика… черт, романтик хренов. Додумался ведь до этого. Закатывая глаза, я присел на матрас и похлопал рядом с собой, призывая Стэна. Не пропадать же такому романтичному жесту. Улыбнувшись, он присел рядом со мной и включил музыку на телефоне… ой, ля, романтические мотивы. Мы забрались под пледы и одеяло. А небо и вправду красивое: ясное, без единого облака, загораживающего обзор. В таких маленьких городах, как Южный парк, небо еще возможно рассмотреть. А вот в больших уже нет, свет от ночного города слишком яркий, даже ночью. — ну что, Ромео местный, — фыркнул я, — ты хоть про звезды что-нибудь знаешь? Минутное молчание. — ой, я об этом не подумал, — я засмеялся, — ну что? Мне было не до этого, я этот матрас полчаса накачивал между прочим. Я продолжил смеяться, смотря на Стэна. — горе ты, а не Ромео. Ладно, — я перекинул правую руку парня себе под голову, прижимаясь ближе, — и так, давай посмотрим. Сейчас у нас конец сентября, значит это время доминирования на небосклоне таких созвездий как Козерог, Лебедь и Орел. Смотри туда, — я указал рукой направление для Стэна, — там есть скопление достаточно рассеянных звезд, это созвездие Лебедя, образующие на небе характерный рисунок в виде креста. А там рядом есть созвездие дракона. Оно очень красивое, длинное, а эта цепочка звезд образует его хвост, — я почувствовал дыхание Стэна на своем виске, а затем легкий поцелуй, — эй! Ты меня не слушаешь. — неправда, — хрипло произнес парень, — я тебя слушаю во все уши. — да, и что я только что сказал? — я повернулся к Стэну лицом. Его огромные, ледяные глаза, что как будто смотрят прямо в душу, лукаво сверкнули. — о том, какие звезды красивые, — Стэн прикрыл глаза и уткнулся мне носом в волосы, — но я считаю, что самый красивый здесь и сейчас ты. Ох, у меня перехватило дыхание. Это... не объяснить словами, какое это чувство. Я привстал на локти и придвинулся к его лицу. — такие приемы запрещены, — тихо проговорил я, — ты вынуждаешь меня переключить свое внимание. — правда, — хмыкнул он, практически касаясь моих губ, — и что ты предлагаешь сделать? Я первый не выдержал такого давления и поцеловал его. Но мой чмок не перешел рамок целомудренного. — ты мне расскажи, чем мы можем заняться, — я прикрыл глаза для очередного поцелуя. Уже более настойчивого, сопровождающегося соприкосновением пальцев и открытой кожи. Перекинув ногу через Стэна я оседлал его, прижимаясь торсом. — ох, Кай, — сдавленно прошептал парень, перемещая свои руки на мои бока. Я поплотнее запахнул одеяло поверх нас и потянулся за очередной порцией обмена слюней. Пока руки Стэна бродили по моему телу, поглаживая бедра и пощупывая бока. Дыхание участилось и частично сбилось, опаляя друг друга жаром. Языки ласкали друг друга, вызывая табун мурашек. Я начал поглаживать его грудь и забрался пальцами под кофту, на открытый участок кожи низа живота. — стой, стой, стой, — Стэн резко отдернул меня, заставляя принять сидячее положение. Его щеки были красные от мороза и нашей близости, — у тебя холодные руки, Кайл. Ты замерз? Если замерз, так и скажи, хотел же термос еще взять, болван. Я ударил его по животу, от чего парень скривился. Вот опять! Опять Стэн идет на попятную, как только дело доходит до близости. Он морозит меня этим уже всю неделю, находя нелепые отмазки! — какой к черту термос, Марш, — зашипел я, наровясь еще раз ударить, но он перехватил мою руку, — ты опять это делаешь? — делаю что? — с испугом спросил он. — динамишь меня! Стэн, — я сцепил руки в замок на груди, — просто скажи честно, ты не хочешь меня, да? Это из-за того, что я не девочка? — что? Нет, конечно нет, — парень попытался сесть, но я толкнул его обратно на матрас, — я просто не уверен, готов ли ты. Хочешь ли ты этого, а вдруг я тороплю события. — торопишь события? — возмутился я, закатывая глаза, — торопит события он. Пф, Стэн, вот тебе прямой намек, — я слегка попрыгал на его бедрах, — я хочу, чтобы ты до меня так дотронулся, verstanden? — ну, я … эм … я. Это … — просто заткнись, придурок, — я наклонился обратно к нему, впиваясь губами в губы. Страстно, горячо, оттягивая и кусая за нижнюю губу. Стэн хватает меня руками за талию и переворачивает нас, оказываясь сверху. Ух. Дорожкой поцелуев он спускается по моему подбородку ниже, к шее, слегка прикусывая ее и вызывая очередную порцию мурашек. Я пробираюсь пальцами ему под кофту и футболку, прижимая ладонь к животу. Стэн дергается и перехватывает ее. Ну что опять. — бля, Кайл, — с придыханием умоляет он, — у тебя правда руки очень холодные. Прям ледяные. Он подтягивает мою руку к лицу, начиная дышать на них, в надежде согреть. Хмм, так не пойдет. — пойдем в мою комнату, — говорю я, кивая в сторону дома. Стэн поперхнулся, — или снова найдешь отмазки? — это не отмазка. В этот раз правда… ладно. Он поднялся с матраса и подал мне руку. Затем выключил музыку и кивнул на матрас с ворохом одеял. — а это? Я задумался. Надо бы скрыть улики наших ночных посиделок от папы. Он просыпается раньше нас с Айком. — помоги перекинуть матрас через забор, а одеяла и подушки в машину донесем, — находится с решением Стэн. Так мы и поступили, перекинув матрас на соседский участок... надеюсь, мисс Мэйб не успеет увидеть это. Мы понесли остатки в машину Стэна. — как ты вообще попал ко мне на задний двор? — спросил я, отодвигая засов на воротах. — Пит помог перелезть. Классный чувак, его явно недооценивают. Я фыркнул. Уж с готами я дел общих иметь не хочу. Периодически впадающего в меланхолию Стэна мне по горло хватает. Закинув вещи в машину, мы вернулись тем же путем и поднялись ко мне в комнату. Я закрыл дверь на засов. Спасибо хоть, что папа недавно его установил, когда у меня случилась первая течка. Стэн потерянно встал посередине комнаты. Шикнув на него, я скинул с себя куртку и подтолкнул его в сторону кровати. Попробуй только пойти на попятную после всего. Я перелез на сторону, рядом со стеной, похлопывая рядом. Стэн понял мой намек и прилег рядом, лицом ко мне. — итак, — прошептал он, — с чего начнем? Начали мы с поцелуев. Жарких, сбивающих с дыхания, развязано вылизывая ротовую полость друг друга. Стэн притянул меня к себе, выглаживая мои бедра и сжимая ягодицы. Я засунул правую руку ему под одежду, кладя ее на крепкий живот. Надо глянуть на него когда-нибудь при свете дня, наверное даже кубики пресса будут видны. Неожиданный полу-поцелуй, полу-укус в феромонную железу вырвал у меня стон. Я оттолкнул его и оседлал, откидываясь назад и выпрямляясь. Дыхание сбилось. Делаю отчаянный вдох, запуская руки дальше по торсу, прямиком к груди. Ох. — ты бреешь грудь? — прыснул я, щупая отсутствие волос. Стэн смущенно отвел взгляд своих слегка неоново-белых глаз. Похожих на луну за окном. — Венди не нравилась волосатость, а потом как-то это в привычку вошло, — он перехватывает мои руки, выдергивая их наружу, — и вообще, правильнее сказать не брею, а делаю эпиляцию. — чего? — не поверил я, — прям эпиляцию? Как девочки? — тот смущенно кивнул. Мать божья, — это ведь очень больно? — по началу, — сознается он, — а потом привыкаешь. Ну не всем ведь повезло родиться без волос на теле. При этом Стэн взглядом указывает на мою грудь. На минуточку, у меня нет волос не из-за генетики, ведь мой папа достаточно волосист. А из-за того, что я омега. И вообще, у меня есть волосы, просто они очень светлые и тонкие. Я фыркаю. — снимай кофту, — приказываю я Стэну, — живо. Тот смущенно поддается приказу, стягивая с себя одежду. Я закусываю губу, рассматривая его торс. Мне стало как-то резко невыносимо жарко в своих двух кофтах. Указательным пальцем я слегка касаюсь его груди и веду вниз волнистыми движениями, доходя до линии штанов. — блять, Кай, — хрипло шепчет парень, подхватывая меня под ягодицы. Я нагибаюсь для горячего поцелуя, перемещая обе руки ему на плечи. Стэн аккуратно поддевает края моих кофт и тянет их, оголяя кожу. Помогаю ему и скидываю одежду на пол. Теперь мы оба обнажены выше талии. Стэн, поддерживая меня, перекатывается, оказываясь сверху. Его горячая кожа касается моей, посылая вспышки электричества. Его дыхание обживает мое лицо, не давая доступа к кислороду. Его руки блуждают по моему телу, оглаживая ребра, живот, грудь, бедра. — не медли, Стэн, — умоляю я его, приподнимаясь. Мой пах коснулся его, и я сдавленно промычал, ожидая дальнейших действий. Не прекращая поцелуя, Стэн начал тереться об меня своим крепким стояком, заставляя практически задыхаться от чувств. — б-больше, Стэнли, — хнычу я, опуская свою руку ему на ремень. Он слушается меня, расстегивая ремень на джинсах. Я повторяю его движение, опуская штаны ниже. Стэн стягивает свои, попутно прихватывая нижнее белье. Мычание вырывается из меня, когда его рука ложится поверх моего члена, и я выгибаюсь в спине и прикусываю губы. Стэн берет наши члены вместе, начиная движение. Трение такое приятное, моя уздечка соприкасается с его выпирающими венами. Это явно отличается от того, когда дрочишь себе сам. — помоги мне, — шепчет он мне в ухо. Как в тумане, я закатываю глаза и опускаю одну из рук вниз, хватаясь за головки наших членов. Сжимаю и разжимаю их, оглаживая по кругу. Стэн ускоряет движение, утыкаясь мне в феромонную железу. Я отчаянно мычу, готовый излиться в любой момент. Дыхание сбивается, тяжесть от тела парня мешает вздохнуть полной грудью, по телу бегают миллионы электрических зарядов, вызывая покалывания в тех местах, где наши тела соприкасаются. Стэн энергично надрачивает наши члены, используя вместо смазки предэякуляты. На столько хорошо, что я готов отключиться. Я усилено тру головки членов и кончаю с громким вскриком, когда парень прикусывает мою железу. Через несколько секунд кончает и Стэн, скорее сползая с меня, чтобы я мог дышать. — блять, — хрипит он, восстанавливая дыхание, — если б я знал раньше, какой ты… рыжие точно не отродье демонов? Я смеюсь.

***

Николь и шутки за триста

Я радостная бежала до остановки. Сегодня Джимми наконец-то возвращается! Он написал, что они вчера приехали и он пойдет сегодня в школу. Ну наконец-то мне не придется быть единственным журналистом в школе, ведь Венди мне практически не помогает, вступив в совет школьной администрации, а Кайл все ещё не определился. Поэтому, приходится все тащить на себе. Я и журналист, и корреспондент, и писатель, и главный Редактор! Автобус приехал как всегда с опозданием. И, словно на крыльях, я влетаю во внутрь и продвигаюсь к задним рядам. — блеск! — здороваются со мной подруги. — красота! — смеюсь я им в ответ. Я обнимаюсь с Тэмми и Дженни, садясь рядом. В детстве, все девчонки южного парка были очень дружны. Мы вечно собирались у кого-нибудь на ночёвки, чаепития, устраивали свой комитет по красоте и прочую ерунду. И именно так появилось приветствие: «блеск, красота». Потом мы начали взрослеть и перестали дружить. Кто-то из-за мальчишек передрался, кто-то просто решил, что остальные слишком маленькие и глупые, а кого-то сами девчонки записали в изгои. И теперь, к выпуску из школы у меня осталось только две лучше подруги — Тэмми Нельсон и Дженнифер Саймонс. Уж они меня никогда не подводили. — и так, подругани, — заговорчески нагнулась к нам Дженни, — вы готовы услышать самые горячие и новые сплетни прямиком из сплетника? Тэмми засмеялась. — тебе лишь бы посплетничать, — проворчала я, — почему ты думаешь, что информация достоверная? — потому что Аарон подтвердил некоторые из них. А Аарон никогда не врёт. Я закатила глаза. — говори уже, не томи! — взмолилась Нельсон. — говорят, что недавно у клиники абортов видели саму Барбару Стивенс, — последние слова подруга шептала громким голосом. — да ладно, это не правда! — возмущается Тэмми. — а кто ее видел? — спросила я. — а мне то почем знать, мне Реббека написала, что ей Аарон сказал, что это правда. — какой ужаааас, — все ещё возмущалась Тэмми. Я закатила глаза, опять эти сплетники нашей школы. Всю дорогу до школы подруги перемывали косточки всем нашим одноклассникам, включая Бебе. Не то, чтобы я имела что-то против нее… вообще имею, она трахалась с моим бывшим парнем! Но если посмотреть с другой стороны, мне ее жалко. Она просто никому не нужная, не любимая и ничего из себя не представляющая. Но если она еще раз попадется на моей дороге — я не просто волосы повыдергиваю, я ей к чертям собачьим все лицо исцарапаю и ноги вырву! Когда мы торчали около шкафчиков, собираясь на урок современной литературы, я увидела компанию своего бывшего парня. Среди них был и Джимми, стоял, улыбался и шутил свои шутки. Интересно, он вообще знает, что мы с Толкином расстались? Хотя, Дженни рассказывала, что об этом на сплетнике долго не затыкались. — Ники, пойдем? — подруга потянула меня за рукав. Ой, я засмотрелась на них. — ага, пойдёмте. Заняв свои привычные места и приготовившись к урокам, я достала свою тетрадь с заметками о статьях. Мне надо дописать колонку спорта, но все никак не доходили руки. — эм, Николь? — ко мне подошёл Толкин. Зачем? Я в упор посмотрела него, и парень виновато отвёл взгляд, — я вчера убирался в комнате. Нашел твои сережки, подумал, вдруг дорогие или важные? Он положил на парту коробочку, в которой лежали серебряные серьги, которые мне когда-то купил папа. — спасибо, — я улыбнулась ему и забрала коробочку. Толкин не уходил, — что-то ещё? — эм, ну да, — парень сел на стул передо мной, — как у тебя дела? Я фыркнула. — ты серьезно? — Толкин смущённо потупил взгляд, — господи, Толкин, у меня все хорошо. Можешь не утруждать себя быть милым или учтивым. От этого негодного разговора нас спас звонок и парень учтиво ушел на свое место. Урок проходил в размеренном темпе, учитель что-то пыталась объяснить о влиянии западной литературы на автора в юном возрасте, но класс ее явно не слушал. Я же пыталась дописать статью о предстоящей игре нашей команды по баскетболу. Пиликнул телефон. _готова к шуткам за триста? Это Джимми. Я обернулась к нему, приподняв бровь. Тот сквозь пальцы улыбнулся мне и наклонился под парту к телефону. _как называют кота, который увлекся бодибилдингом?

_и как же?

_Котлет Я улыбнулась. Не смешно, Джимми. _Идёт лысый по пустыне, вдруг из-за угла его кто-то хватает за волосы и об асфальт. Пф, я оборачиваюсь на друга, и одними губами произношу «прекрати». _Кавказские блохи услышав лезгинку, затоптали кошку насмерть

_ты ведь знаешь, что это ксенофобия. Ты что, пробуешь на мне свой новый номер, да?)

_я не знаю человека с чувством юмора круче, чем у тебя. Приготовься, сейчас шутки погорячее начнутся. Я приготовилась, максимально сосредоточившись на тексте поэзии 20 века, чтобы не выдать себя. _Клоун после секса из презерватива сделал собачку _Какой жанр музыки слушает Золотой слиток? _Heavy metal Я начала хихикать. _Девушка не вовремя сделала каменное лицо и утонула _В чем плюс слепой проститутки? _Сосет не смотря ни на что! Я падаю лицом в учебник, пунцовая от нарастающего смеха. Ну почему меня смешит такой дегродский юмор! Это запрещенный прием! _Что общего между почтальоном и яйцами? _Оба только стучат, но никогда не входят.

_ Джимми, прекратиииии

_ Семейная пара бомжей постоянно ссорится из-за какой-то мелочи! Последняя шутка добила меня. Не выдержав, я засмеялась в голос, прикрывая ладонями рот. Весь класс посмотрел на меня. — Николь, я что-то смешное рассказываю? — спросила строго учитель. Я отрицательно мотаю головой, пытаясь прекратить смеяться. _Участника рок-группы кормили только пересоленной едой, поэтому он ушёл в сольную карьеру) Так, черт! Я снова начинаю смеяться под гневный взгляд учителя. — простите, простите, — пытаюсь сквозь смех связать я свои мысли, — я не специально. Можно мне выйти? Учитель указывает рукой в сторону двери. — к соцпедагогу живо. Будешь писать объяснительную. Я собираю вещи и покидаю класс. Вот черт.

***

Венди и посиделки клуба журналистики

После уроков мы решили собраться в классе клуба журналистики. Мы с Николь накрыли наш круглый стол посреди кабинета. Ну как накрыли, просто вытащили коробку открытых когда-то конфет и купили газировку. Но мальчиков что-то не было. — слушай, Вен, — начала тихонько Николь, садясь за стол и вытаскивая свою любимую тетрадь с заметками. — да? — ты с Бебе общаешься? — а что случилось? — я присела напротив девушки. — тут про нее… ладно, не обращай внимание. Я фыркнула, раз уж начала, так продолжай. Я хотела уже было сказать об этом, но дверь открылась. Это был Кайл. Счастливо улыбаясь, он торжественно открыл дверь, чтобы пропустить того, в честь кого сегодняшняя вечеринка. — встречайте ва-ва-вашего не-н-неподражаемого главного ре-ре-редактора! — гордо вышагивая костылями, в комнату прошел Джимми. Мы с Николь захлопали в ладошки и заулюлюкали. Кайл закрыл дверь и тоже направился к нашему столу. — и так, — начала я, — Джимми. Мы безумно рады видеть тебя. Без тебя этот месяц был скучными донельзя, а ещё и сложным. — именно! — подхватила Николь, — если я ещё хоть раз буду говорить, что ты пинаешь письки вместо работы, то застрелите меня. Быть главным Редактором полнейший ужас! — а, кстати, — я посмотрела на Кайла, — ты всё-таки присоединяешься к журналистике? — ага, типа того. Джимми протянул ему кулачок, чтобы тот отбил. И под дружное "кампай" мы принялись за газировку и конфеты, обсуждая последние новости. — надо составить колонку про спорт, — с набитым ртом болтала Николь, — но этим я уже занялась. Наша команда по баскетболу вышла в четверть штата, и у них игра на следующей недели в Денвере. Я уже начала собирать информацию и хочу посетить их игру. Так что это на мне. — класс, — Джимми щелкнул пальцами, — я знал, что ты справишься. — надо заняться колонкой про общественно-полезные дела, — продолжила Николь, — кто займется? Я думала, что туда в этом месяце можно включить какую-нибудь статью про волонтерское движение в доме престарелых, хорошо? — я займусь этим, — я подняла руку, призывая к вниманию, — но это будет, наверное, последнее, что я сделаю в клубе. Извините, что так неожиданно, но я полностью перехожу в совет школьной администрации. Потяните без меня? Я могу найти замену. — уф, это к-конечно плохо, но ч-чт-что п-по-п-поделаешь. — тогда статья отменного качества с меня, — я улыбнулась своим друзьям по клубу, — что еще остается? — к нам тут десятиклассницы забегали, — продолжила Николь, — просили выделить им место для «горячих сплетен», — мы все устало застонали, — именно. Я их уже послала. — о главных новостях что-то находили? — подал голос Кайл, — и еще по поводу спорта, я тоже хочу как-нибудь написать статью про хоккейную команду младшей и средней школы. У меня туда брат вступил, почему бы их не раскрутить немного? — давай, так и на-на-назовем колонку «маленькие н-н-новости», как к-каламбур. А остальное я з-з-завтра продумаю. На этом и согласились. — Кайл, не забудь еще заявление официальное написать, чтобы мы включили тебя к себе, — напомнила Николь, когда мы почти расходились. Джимми снова расположил свое рабочее место под себя. Убрал все заметки и ненужные записи со своей любимой пробковой стены. Переставил компьютеры местами, полил искусственный цветок. С последнего действия Николь заразилась ярким смехом. — я тебе еще за урок не отомстила, — смеялась она, — предатель! Я же просила прекратить, и шутки у тебя дебильные. Кайл сидел за столом и делал свою домашнюю работу. Николь сидела над своим блокнотом. А я отсиживала время до своей тренировки. — но тебе н-нн-нравятся мои ш-шутки, — фыркнул в ответ Джимми. — а вот и не правда, ты не умеешь шутить! — ха. — о чем речь? — вклинился в их разговор Кайл. — вот из-за этого засранца, — Николь, улыбаясь, ткнула в сторону Джимми, — меня сегодня к социальному педагогу отправили. А та со мной полчаса лекции проводила о непростительном поведении в классе. — ой, да я вс-в-всего-лишь кинул тебе па-па-пару шуток. — это не смешные шутки, — возмущается девушка. — проверим? — заигрывает с ней бровями Джимми. Та закатывает глаза, — У к-к-каннибалов умер сын, — парень делает многозначительную паузу, — и г-г-гр-грустно и вкусно. Николь улыбается и фыркает. — окей, — говорит она, оборачиваясь к нам с Кайлом, — вы знаете почему дети из детского дома такие худые? — она переводит взгляд на Джимми, — потому что они не ели ложку за папу и маму. Кайл прыскает. — ужасная шутка, — возмущаюсь я, — жалко детей. — собака по к-кл-кличке «новость» нашла б-б-бомбу, — продолжает Джимми, — новость раз-ра-р-разлетелась по всему г-городу. Бедная собака. — знаете почему придумали белый шоколад? — не отстает Николь, — чтобы черные им тоже пачкались. — эй, — воскликнул Кайл, — это запрещенный прием. Мы не имеем право так шутить. Николь показывает ему язык. — почему п-па-па-парни инвалиды не смогут п-по-п-постоять за свою девушку? — Джимми красноречивым жестом указал на свои ноги, — п-п-потому-что они не м-м-могут стоять! Николь глупо захихикала, сжимая рот руками, смотря на Джимми. Кайл тоже посмеивался, но не так сильно. Джимми красноречиво жестикулировал, говоря о своей победе. Так, пора уходить из этого цирка. Попрощавшись со всеми и не став вслушиваться в очередные шутки, я покинула кабинет. — в чем разница между печеньками и евреями? — услышала я на последок голос Николь, заранее просящей прошения у Кайла, — печеньки достаются из печи.

***

Картман и переезд

Дядя Говард приехал во вторник. Я даже не ходил из-за этого в школу. Быстро осмотрев наш с мамой трейлер, он сказал, что не собирается жить в этом гадюшнике, велел собирать вещи и уехал в город. По-быстрому собрав все необходимое, я дошел до трейлера женщины, которая нам его сдает. Постучался и стал ждать. Bettler verrottende Schweine. — че надо? — в двери показалась пьяная макушка сожителя мисс Хуядамс. — она дома? — спросил я, кивая в трейлер. — Мэри! — закричал мужик, поворачиваясь внутрь, — тут этот, сын шлюхи приперся! Bastard. Сжав кулаки, я стал ожидать женщину. Та, с заплывшими от алкоголя глазами выползла из трейлера через несколько минут. — да? — спросила она с заплетающим языком. — я съезжаю, — не стал ходить вокруг да около я, — но за этот месяц проплачено, поэтому не смей сдавать мой дом. Если мама вернется и не найдет меня, то скажи ей, что я с дядей Говардом. — эт еще кто? — женщина икнула. — мой дядя. Ее брат. Я уезжаю с ним. Дом, — я указал в сторону своего жилья, — не сдавать. Поняла? Женщина осмотрела меня с ног до головы. — месяц, пока оплачено. Я кивнул и вернулся обратно, ожидая дядю. Хайди писала каждые 10 минут, беспокоясь, почему я не пришел в школу. Скинув ей сообщение о переезде, я закрылся в своей комнате и повалился на кровать. Вот и все, Эрик. Жить здесь столько времени и вот теперь переезжать. Ich kann es nicht einmal glauben. На стене до сих пор есть дырки от кнопок, соединяющих мои безумные планы по захвату мира или уничтожению евреев. Ха, ein kleiner naiver Narr. Лишь к 15 годам я понял, почему я был таким долбоебом. Я просто был влюблен в Кайла. Я слегка задремал и не заметил, как вернулся дядя. — Эрик! — крикнул он мне из кухни-гостинной. Поворчав, я выполз из своего дремотного кокона и вышел к нему. Кивнул. — все собрал? Я не собираюсь возвращаться в эту помойку дважды, — дядя поморщился, проводя рукой по плите. — как будто тебя просят, — буркнул я, идя к двери. — что ты вякнул? Пацан вернись! — дядя Говард схватил меня за рукав, — так, договоримся сразу. Раз я ответственный за тебя, значит ты живешь по моим правилам, усек? — du willst viel vom Leben, du Schwein. — говори со мной на понятном мне языке, усек? — усек, — оскалился я в ответ, вырывая из его руки свой рукав. Поспешно вышел на улицу, захватив сумки. — я научу тебя быть настоящим мужиком, — ворчал дядя, помогая грузится в машину. Мы поехали, а я в последний раз взглянул на трейлерный парк. — снял нам двухкомнатную, — продолжал дядя, закуривая дешевые вонючие сигареты, — на первое время хватит. Я не буду полностью тебя содержать, так что будь добр, найди работу. Мать еще говорила, что ты в школе хуево учишься? — дядя посмотрел на меня в ожидании. Я пожал плечами, — определись, чего от жизни хочешь больше: много денег или хорошую работу, а потом уже решай, нужна ли тебе эта учеба. — денег хочу, — сразу ответил я. — значит нахуй учебу, начинай работать. Я закатил глаза. И без тебя разберусь, как мне жить, Schwein. Уж точно не буду гнить, как долбоеб на мало оплачиваемой работе, как какой-то обсосный мигрант. Это их порог, сами виноваты, что родились с таким цветом кожи. Прерогатива арийцев — втаптывать таких уебков в грязь, получая за это нехилые деньги. Sie werden schon sehen. В новой квартире мне выделили комнату слева. Окно выходило на задний двор с убогим видом. Ладно хоть спать где есть, и стол, и шкаф у стены. Я рухнул на незастеленный диван, от которого воняло рухлядью и многовековой пылью. Нащупав в кармане телефон, я открыл диалог с Кайлом. Последнее сообщение было датировано очень давно. Сжав зубы, я переключился на диалог с Хайди.

_ты занята? Можно позвонить?

Ответа не пришлось долго ждать. Она позвонила первая. — что-то случилось, зая? — спросила девушка обеспокоенно. — мне не нравится моя новая комната. Можно я переночую у тебя? Хайди захихикала. — если только обещаешь, что будешь тихим и не разбудишь моих родителей. — будет сделано, meine Prinzessin, — ухмыльнулся я в трубку, — скоро буду.