Моя любовь, meine Liebe, mi Аmor

Кенни и повседневность

Морозный вечерок выходного дня. Бррр. Натянув капюшон как можно сильнее, я чапаю по темной аллеи в парке до назначенного места. На плечи мне давит мой старый рюкзак, перешитый и зашитый потайными карманами, и не совсем потайными карманами. Уже издалека вижу красную тлеющую точку от сигареты. Картман нервно стучит ногой по мороженной земле, сидя на лавочке. — hola, — здороваюсь я, подойдя ближе. — еще дольше не мог шароебиться, — ворчит парень, поднимаясь на ноги со своего насиженного места, — я тебя порядком 15 минут жду. Если ты ебешься со своим начальником, это не значит, что ты можешь работать на отъебись. — ой, да не злись, — улыбнулся я, похлопывая его по спине, — vamos, чем быстрее начнем, тем быстрее ты сможешь вернуться домой. — это ты вообще-то опоздал, а не я, — закатывает он глаза, выравнивая шаг как у меня. Мы идём достаточно быстро, чтобы согреться. Да и Картман прав, я немного опоздал. — я Карен к подружке отводил, — объяснил я, когда мы вышли из парка и направились по улочкам с редким светом, — у них там сегодня девичник, последний день каникул и все дела. Заходили в магазин ещё по пути, накупил ей разных сладостей. — к Такерам отвёл, что ли? Это ж не по пути. — не, не к Такеру, — помотал я головой, отыскивая в недрах своей новой зимней курточки пачку сигарет, — там их трое дружат. Карен, Триша и третью Лисия зовут, в этом году к ним перевелась. Будешь? — не, я только что курил, — отказался он, — что за Лисия? Братья, сестры есть? — единственный ребенок, — мы подошли к дому первого клиента, — она темненькая такая, потом в школе покажу, если не забуду. Картман позвонил в звонок. — ещё Бергер сегодня написала, — тихо проговорил Картман, пока мы дожидались открытия двери, — попросила достать ей фенобарбитал. — ммм? — так же тихо ответил я, — нахуя он ей? — а я ебу? Раз попросила, значит достанем. Надо почитать, что это за препарат сначала. Дверь наконец-то лязгнула, и на порог вышел мистер Маки. — добрый вечер, сер, — лучезарно улыбнулся я, — а мы к вам с подарочком. А дальше как по накатанной. Ходим от дома до дома, принося мир, тепло и счастье в виде различных порошках, таблеточках, суспензиях и прочей атрибутики. Раньше мы работали так по пятницам, но во время каникул, как-то негласно, пятничный вечер превратился в вечер свиданок, гулянок, обнимашек, целовашек. Поэтому, мы с Картманом теперь ходим по гостям в воскресенье вечером. — как же не охота завтра возвращаться в школу, — заныл я, ни с того, ни с сего. Картман не поддерживает мое нытье, ведь школа это единственное место, где он сможет хоть мельком увидеть Кайла. Они так и не общаются с момента Хэллоуинской вечеринки… Кайл всячески игнорирует его. Зато, благодаря той вечеринки, у Картмана появилась своя личная фишка, как наркоторговца. Он продает только представительницам женского рода. Уж не знаю, почему, но это работает. И в последнее время он стал наращивать клиентуру не только в стенах школы, но и более взрослые девушки, дамы и женщины стали обращаться к нему. — бля, последний остался, — вздохнул с облегчением Картман, потягиваясь, — мексикашка не заедет за тобой? — не, он пока занят в автосервисе, — я тоже потянулся из стороны в сторону, — свою новую машину переделывает под себя. Иногда мне кажется, что он свою тачку любит больше, чем нас с diablo . — diablo , — фыркнул Карман, — обычно вторым половинкам придумывают милые обращения, по типу зайка, киса. — как будто ты придумал бы лучше, — я ускорил шаг, так как последняя точка нашего маршрута уже стала видна, — давай бегом, я ссать хочу, пиздец. — не гони меня, не я сегодня опоздал. Мы продали последнюю посылку из моего рюкзака и, попрощавшись, разошлись в разные стороны. Я направился прямиком в автосервис на окраине нижнего города, которым заправляет сейчас один из бывших одноклассников моего брата. Давид оказался там. Торчал под своей недавно купленной машиной и что-то мастерил. У него торчала только половина тела, ниже пояса. Кивнув Лукасу, однокласснику брата, я на цыпочках подошел к Родригезу и сел на него сверху. — эй, какого? — возмутился тот, пытаясь вырваться и свалить мое тело. — приветики, mi amor, — засмеялся я, попрыгав на его бедрах, — хочешь поиграть в порно-сюжет? Обычно там конечно омеги застревают в стиральной машинке, но мы немного изменим правила. — Кенни, бля, — рука Давида высунулась из под машины и мазутными пальцами сжала коленку, — слазь придурок. — ты мне все джинсы извазюкал, — нахмурился я, поднимаясь с парня. Тот выкатился из-под машины с перемазанным лицом. Я прыснул, — выглядишь, как белый человек среднего класса. — хаха, очень смешно, — Давид поднялся со своего места, и, пытаясь не задевать меня руками, легко поцеловал в губы, — закончили? — да, папочка, — фыркнул я, — я за тобой пришел. Впустишь меня в свою большую и теплую кровать? Родригез посмотрел на часы, висящие на стене в зале, а затем на хозяина автосервиса, который копался в ящике с инструментами. — хэй, Лукас! — позвал он его, — моя малышка постоит у тебя ночью? — да, только утром перекачу ее дальше. Мне нужно будет свободное пространство, — отозвался приглушённый голос. — ладно! — Давид посмотрел на меня, — пять минут мне дай, и пойдем. — ладушки, — согласился я, направляясь на выход. Успею покурить хоть и поссать за углом. Мы быстрым темпом дошли до квартиры Давида, заскочив по пути в магазин, чтобы купить хоть каких-то продуктов на утро. Родригез набросился на меня в прихожей, как только закрылась входная дверь. Я даже пикнуть не успел, как оказался прижатым к стене. Давид исцеловывал мое лицо, опаляя своим нетерпеливым дыханием. Я поспешно стянул с себя курточку, откидывая в сторону, прямо на пол. Кожанка Родригеза полетела следом. Его, ледяные от мороза, руки ласкали все мое тело, губы исследовали каждый открытый участок кожи. Я вздрогнул от контрастного ощущения прикосновения его холодных пальцев и моего открытого разгоряченного живота, когда поглаживающими движениями он стал подниматься все выше и выше, доходя до груди. — mi dolche chico, — прошептал Давид, поцелуями очерчивая линию моего подбородка. Я поддался вперед, перехватывая его губы своими, и углубил поцелуй. Его пальцы игрались с моей грудью, оттягивая чувствительные от прокола соски, перекатывая их, слегка сжимая. — Давид, — хрипло прошептал я, прижимаясь к крепкому телу альфы. Его глаза горели золотом. Не отпуская зрительного контакта, он присел на корточки, оказываясь на уровне моего паха. Я закусил губу, жаждя продолжения. Он потерся носом о мой выпирающий бугорок, вдыхая запах. Ох, блять. Мои ноги перестали меня слушаться и коленки дрогнули. Это слишком горячо, я готов кончить от одного только вида ласкающего меня Давида. Поцеловав пах через толстую джинсовую ткань, парень приподнял мою правую ногу и стащил теплый зимний кроссовок, оставляя меня стоять в шерстяном носке. В последнее время, у меня очень мерзнут конечности, уж не знаю, с чем это связано. Повторив действие с левой ногой, Родригез, поцелуями от коленки поднялся вверх, обратно к паху. Он расстегнул молнию на моих джинсах, приспуская их и освобождая член от тесных оков. — блять, — простонал я, когда парень начал ощупывать очертания моего члена в трусах. Нащупав головку, он мазанул ее языком и вырвал из меня еще один стон наслаждения. Я вцепился в его коротко стриженные волосы, в надежде хоть как-то не потерять равновесие. Прикусив меня за выпирающий член, Давид ухмыльнулся и наконец-то стянул трусы. — mi cachonda chico, — прошептал он, проходясь ладонью по всей длине. Ох, блять, блять, блять. Я откинулся головой назад, ударяясь в стенку затылком, когда он заглотил меня. Его горячий язык прижимается к уздечки, щеки втягивают воздух, создавая вакуум. Одной рукой он держится за мои ноги, а второй крепко прижимает к стене, давя на живот. — Давид, — прохныкал я, когда он ускорил движения, создавая нереальное давление в моем паху. Такие пошлые звуки, такие сладкие стоны. Руками он прижал меня за бедра к стене, не позволяя двинуться, и засадил мой член далеко себе в горло. Я кончил, изливаясь ему в горло, с его именем на устах.

***

Кайл и самобичевания

Я ненавижу себя. Мне больно смотреть на то, во что я превращаюсь. Огромные круги под глазами, прыщи по всему лбу и щеках, затравленный взгляд. Лучше бы я вообще не смотрел в зеркало. В дверь постучались, требуя освободить ванную комнату для других домочадцев дома. Ну да, пора бы, я в душевой засел на час, не меньше, пока оплакивал свою тупую жизнь и обливал тело контрастным душем, в надежде пробудиться. В последнее время у меня началась бессонница… я устал спать по три-четыре часа в сутки, но по другому не могу. У меня не получается освободить рой мыслей в своей голове и уснуть. Натянув мешковатую одежду, выхожу из ванной, направляясь на первый этаж. Айк, вздохнув от облегчения, залетает в мое недавнее пристанище. Главное не забыть, что у него сегодня важная игра в Денвере вечером и папа пообещал освободиться раньше и отвезти нас с мамой посмотреть на их матч. Родители уже были на кухне, мило беседуя друг с другом на темы скорого переезда. — Шейлочка, зачем таки тебе перевозить с собой этот шкаф? Он ведь слишком большой, купим в Вайнленде, — устало бубнит отец, листая документы. В последнее время у него слишком много сверхурочной работы. — как ты так можешь говорить! — возмущается мама, — да на дверце этого шкафа мерки твоих детей! Это памятный шкаф, Джеральд. — доброе утро, — поздоровался я, плетя ноги на кухню и плюхаясь рядом с папой, — вы опять ссоритесь из-за мелочей? — ничего подобного, милый, — защебетала мама, ставя передо мной тарелку с едой. В последнее время у меня совсем нет аппетита, — ты таблетки уже принял? Я отрицательно помотал головой, стараясь хоть как-то жевать варенную индейку. Из коридора послышался ритмичный стук — это Айк опять свою клюшку по лестнице волочит, спускаясь. — Айк! — строго прикрикивает мама, — сколько раз говорить тебе, будь осторожнее со своим снаряжением. Оно очень дорогое! — ладно! — кричит брат из коридора. Звуки прекратились. — вот не нравится мне все равно это его увлечение хоккеем, — ворчит мама, накладывая еду в тарелку брату, — а если с ним что-нибудь случится на льду? Я себе этого не прощу. Джеральд, ты помнишь, что у него сегодня игра? — конечно, помню, — отозвался тот, убирая документы в папку, — и я помню, что должен забрать вас в 5 часов. Все, мне таки пора на работу, увидимся вечером, — папа поднялся с места и поцеловал маму в щеку, — Кайл, ты чудно выглядишь. Я устало улыбнулся, зная, что это ложь. Мои родители не понимают, что со мной происходит в последнее время, считая, что это лишь пост-синдром недавней течки. Течка это какой-то ужас… особенно, если у тебя разбито сердце. Я часами ревел, потом возбуждался на воспоминания о Картмане, потом снова ревел от безысходности. Айк, врезавшись в папу в переходе, засмеялся и сел за свое место за столом. Мама протянула ему тарелку с помидорами. Ухмыляюсь, ведь он их ненавидит. А дальше по списку кластер с таблетками и ожидание. Стэн заехал за нами, как по расписанию. Натянув на себя теплые зимние вещи, и не дав Айку выскочить на улицу без шапки, я попрощался с мамой и сел на заднее сиденье. — че, кого, чуваки? — поздоровался Стэн, отбивая кулачок моего брата. — у меня сегодня полуфинал, — похвастался Айк, — в Денвере будет. Ты приедешь? — Айк, у Стэна могут быть свои дела, так что не нагнетай. — бля, чел, — скривился тот в подтверждение моих слов, — у меня реально планы расписаны на вечер. Сильно расстроишься? — не, — отмахнулся тот, — но жалко конечно. Говорят, в Денвере охеренный стадик. — Айк! — возмутился я, — что за выражения! Тот показал мне язык и уткнулся в свой телефон. На парковке около школы, мелкий попрощался с нами и направился в свой корпус, наперевес со своей клюшкой. — я в ящик хочу сходить, — кивнул Стэн в сторону курилки, — ты со мной? Я отказался, направляясь в школу. Лучше подготовлюсь к истории, сегодня там обещают маленькую проверочную. Картман стоял рядом со своим шкафчиком и устало слушал Тернер. Та ему что-то пыталась донести, попутно улыбаясь и активно жестикулирую руками… почему он выбрал её? Я надеюсь, он осознает, что сам во всем виноват. Что это он разрушил то хрупкое, что зарождалось между нами... не хочу его прощать, это был отвратительный поступок с его стороны. Наши взгляды на секунду встретились. Что ты сейчас чувствуешь? Грусть, разочарование, или, может, боль? Я вот чувствую одновременно все и ничего. — привет, рыжий красавчик, — Кенни МакКормик материализовался сбоку от дверцы, — как жизнь? Я скривился, ничего не отвечая. Уж кто-кто, а Кенни точно не сможет меня понять. Он слишком легкомысленный для переживаний. — выглядишь так, как будто не спал неделю, — хмыкнул он, поправляя выбившуюся из пучка волос прядку. Кенни отращивает волосы, и вынужден признать, ему очень идет. Он ведь еще и блондин от природы. С аквамариновыми глазами. — так и есть, — подтвердил я, расфасовывая свои вещи по нашим со Стэнам шкафчикам. Последний кстати опоздал на первый урок, ссылаясь учителю на больной живот. Я скривился, когда он присел рядом… после течки у меня все еще чувствительные рецепторы и я ощущаю от парня сильный запах яблочных сигарет, вперемешку с мягким запахом морозной мяты. Во время обеденного перерыва я прикорнул на его плече в столовой. — бля, мне вообще в лом идти на эти сраные уроки полового воспитания, — ноет Стэн, заботливо поглаживая меня по спине. — это важно, Марш, — голос Рэд МакАртур. Почему она зависает с нами… я не понимаю, какие у них отношения с Кенни. Они встречаются или что? — там тебя научат быть ответственным альфой. Хотя судя по твоему внешнему виду, тебе ничего уже не поможет. — да иди ты, — фыркает тот, — Кен, скажи своей подружке не оскорблять твоих друзей. — ты слышала? — мурлыкает МакКормик, обнимая девушку за талию, — он назвал тебя моей подружкой. — я не твоя подружка, — смеется она в ответ. У меня мозг начинает болеть, когда я думаю о них. Но Стэн прав на счет уроков полового воспитания. Я тоже не особо хочу на них ходить. Администрация школы грозилась ввести их в расписание последние два месяца, и, вот, после Хэллоуинской вечеринки, директор сжал зубы и нанял нам профессионального специалиста. Теперь мы отдуваемся, посещая каждый понедельник и четверг ненужные нам, дополнительные, уроки. — если бы мы еще все вместе были, а то так не весело, — продолжает ворчать Стэн, — я, может, хочу учиться вместе с Кайлом. — ну тогда тебе надо было родиться омегой, — фыркает Кенни. — не будь ебланом, — заканчивает Рэд. Они с МакКормиком слишком уж быстро спелись.

***

Твик и история истинности

После последнего урока, попрощавшись с моим Крэйгом, я направился в рекреационный зал на дополнительный урок. Я решил занять место рядом с Кайлом в самом конце. Он сидел с тетрадями и учебниками, делая домашку на завтра. — привет? — пискнул в приветствие я. — привет, — Кайл убрал свой рюкзак с места, пуская меня. Блин, а если бы он меня не пустил? А если бы он сказал идти сесть в другое место? Аргх, Твик! Прекрати думать так, это вредно для ребенка. Ты обещал, что не будешь себя накручивать попусту, так выполняй обязательства! Занятие еще не началось, поэтому девочки ходили по классу туда-сюда, здороваясь и хихикая. Вот почему мы должны ходить вместе с ними? Это очень обидно, что нас, парней-омег, заставляют посещать занятия с девчонками. Почему нельзя было проводить занятия отдельно для нас? А если бы и сделали, нас бы только трое ходило? Видимо, администрации это не выгодно. Зато МакКормик не против. Сидит перед нами с Рэд на коленках и о чем-то с ней шепчется, поглаживая ноги девушки. Вот мой Крэйг себе не позволяет такой вольности на публике... не даром же говорят, счастье любит тишину. Хмуро смотрю в спину сестры моего парня, а Кайл так продолжает делать домашнее задание на завтра, не обращая ни на кого внимание. — так, дамы, — прозвучал достаточно громкий голос нашей преподавательницы, — давайте начнем урок, присаживайтесь на свои места. Итак, в конце прошлой четверти мы успели обсудить строение наших тел, — вещала преподаватель, пока класс рассаживался по местам, — как правильно высчитать цикл и важность витамин и таблеток для растущего организма. Так, кто с родителями уже успел записаться в поликлинику? Многие девочки подняли руки, а также я, Кайл и Рэд. — вот и умницы, — похвалили нас, — не забывайте, что формирующемуся организму молодой омеги необходимы дополнительные источники витамин и минералов для здоровья. И, раз у нас началась новая четверть, предлагаю вам самим выбрать тему урока. Есть предложения? Ох, ну конечно предложения есть. Многие девочки слезно умоляли поговорить сегодня о истинных парах. — о истинных значит, — улыбается преподаватель. Кайл отложил карандаш, тоже желая послушать, — слишком романтичная тема, не находите? С всех сторон послышались умилительные просьбы поговорить на эту тему. Даже Кенни поддался этой идеи, под закатывания глаз Рэд. — ну хорошо, уговорили. Значит, истинные. А кто вообще знает, кто такие истинные, Энни? — о, — ответила она с места, — это пара из омеги и альфы, которые созданы друг для друга природой. У таких пар стопроцентное взаимопонимание и любовь до гроба. — ну, можно и так сказать. Но, если говорить с научной точки зрения, истинной пары не существует в природе, — девочки разочарованно вздохнули, — или, выражаясь по-другому, истинных для тебя партнеров может быть много: один, два, да хоть десять или сто. Истинность вашего партнера будет обуславливается запахом, связанным с каким-то приятным воспоминанием, и полная доверенность ему. У кого из вас, девочки… и мальчики… есть парни? Многие подняли руку, я в том числе. Кайл фыркнул, прожигая взглядом поднявшую руку Хайди Тернер. — о как, — посмеялась преподаватель, — а кто из вас уверен, что ваш парень тот самый истинный вам? Некоторые девочки засмущались, отпуская руки. А я руку оставил, так как я знаю, что мой Крэйг истинный для меня. — а можно как-то избавиться от истинности? — громко спросил Кайл, привлекая к нам внимание. Пикнув, я убрал руку, прячась за спину Кенни. — что прости? — переспросила преподаватель. — можно как-то избавиться от истинности с определенным партнером? Что для этого нужно? Найти другого альфу? — а зачем, — натянуто улыбнулась женщина, — ты сам поймешь, что любой встречный альфа не сможет быть для тебя таковым. Это нужна крепкая, надежная связь между партнерами и тебя он должен привлекать на уровне инстинктов. — а если я этого не хочу, — продолжил Кайл, его голос дрогнул, — любовь приносит одну боль. — я уверена, что ты просто не встретил еще достойного человека, — с жалостью ответила ему преподаватель, возвращаясь к разговору с девочками. Хайди Тернер долго смотрела на нас, поджимая губы. Цыкнув в ее сторону, я сжал руку Кайла в знак поддержки. Даже представить не могу, что он сейчас испытывает. И надеюсь, что никогда не узнаю. — а кто из вас знает, для чего нам нужны феромоны? — они нужны для того, чтобы определить наиболее подходящего партнера, — прощебетала Дженни, — мама сказала, что все альфы тащатся по нашим запахам. — верно, — подметила женщина, — только твоя мама не права, что все альфы. Не все, девочки, а только те, кому вы нравитесь на уровне подсознания и инстинктов. В природе запахов существует очень много, они наслаиваются и превращаются в новые. Обычно запахи передаются по наследству от одного из родственников, это может быть даже какая-нибудь троюродная бабушка по папиной линии. А здесь находится самая чувствительная точка омег и альф, — преподаватель, подняв свои волосы, продемонстрировала место шеи, ниже уха, ближе к задней стенке. На ее шеи был характерный укус. — ой, — запищали девочки с первый парт, — у вас есть метка. — верно подметили, — улыбнулась им женщина, — когда мужчина и женщина сильно любят друг друга, или как мы говорим, истинные друг для друга, они решают образовать надежную связь только между собой, и тогда они ставят друг другу метки. Среди нас есть те, кто уже с меткой? Я огляделся по сторонам. Руку подняли только четверо: Энни Найтс и Тэмми Нельсон, чьи парни уже закончили школу и учатся в других городах; я и смеющаяся Рэд. Кенни хихикает вместе с ней, утыкаясь носом ей в шею. На что Кайл ворчит и закатывает глаза. — вот как, — удивляется женщина, — маловато вас. Ой, то есть, не думайте, что это плохо. Но обычно к старшим классам уже многие девчонки ходят с метками. — у нас парней нормальных мало, — говорит Николь, смеющимся девочкам с первых парт, — всех путевых давно разобрали. Остальные девочки поддержали шутку Дэниелс. — или мы их друг у друга воруем, — продолжают они смеяться. — вот оно что, — улыбается преподаватель, — давайте тогда спросим наших одноклассниц, как они решились на такой важный шаг, как постоянная метка. Энни? — ой, ну, — засмущалась та, обнимая свою подружку, — мой парень сделал мне предложение, перед тем, как уехал учиться в Массачусетский. Ну и как-то так… укусил меня в порыве страсти. Я по нему так скучаю, ужас просто, — захныкала она, — хочу поскорее закончить школу и переехать к нему. — ох, я помню, как моему мужу пришлось на месяц уехать в командировку, — проворчала преподаватель, — это было ужасно, я так по нему скучала. Тэмми? — ну, мой учится в Денвере, так что мне не так плохо живется, так как он приезжает каждые выходные. А, вообще, метку он мне поставил, еще когда мне было 16. Он сформировался раньше меня, а потом, когда мы начали встречаться, у меня тоже случилась первая течка и мы решили, что созданы друг для друга. Достаточно распространенная история любви. — ну и в этом есть свое очарование, — женщина перевела взгляд на наш ряд, на задние ряды, — Берта? — ой ну, — прыснула она под хихиканье Кенни, — мой долбоеб кусает меня постоянно. — Берта, — ахнула преподаватель, — не выражайся! — извините, — Кенни головой падает на парту. Ну что за придурки, — так вот, — продолжила она с откровенным издевательством, — мой долбоеб кусается постоянно, хотя я говорю, Кенни, мне больно, — Рэд начала сталкивать парня с парты, — хотите посмотреть, какой он укус оставил на моей попе в пятницу? — Берта, это не метка, — пытаясь вернуть контроль в русло, строго проговорила женщина, — метку должен ставить альфа, а не … — кто сказал? — театрально охает девушка, — требую самосуд! — о, о, — вдруг проговорил МакКормик, — а у одного альфы может быть две омеги? — в некоторых странах распространено многоженство, — ответила на его вопрос женщина, — но у нас, по законодательству, нет. Это запрещено. — как жаль, — ухмыльнулся парень, обнимая Рэд, — уверен, что мы что-нибудь придумаем. — миссис Стик, — позвали девочки с первой парты. Так значит, имя нашей преподавательницы миссис Стик, надо бы запомнить, — а у одного омеги может быть несколько альф? — нет, — помотала та головой, — это в природе не заложено. Самая поздняя метка перекроет самую раннюю. — вот как, печально. Урок продолжился дальше. Почему она не спросила меня про мою метку? Посчитала, что я вру? Или думает, что я как и Рэд буду кривляться, раз сижу на последних партах? Аргх, Твик! Не думай! Не думай. Накручивание себя вредно для ребенка.

***

Стэн и черный вдовец

Кожу покалывает от морозного воздуха из приоткрытого окна. В комнате выключен свет, но повсюду выставлены подсвечники с горящими свечами. Биггл, в одной моей футболке, расхаживает по комнате, выискивая что-то. Медленно затягиваюсь и закрываю глаза. — ты долго собираешься валяться, Марш? — требовательно говорит она. — возможно, — тихо говорю я, выпуская дым в потолок, — я хотел остаться на ночь. — не сегодня, — я открываю глаза и перевожу взгляд на девушку. — почему? — у меня планы, — Генриетта стягивает с себя футболку, беззастенчиво демонстрируя мне свое тело. Бледная кожа, сутулые плечи, впалый живот, маленькая грудь. Внизу ее живота, на лобке, комок черных волос, так как Биггл, по большей части, поддерживает бодипозитив и феминизм. Но в данный момент меня возбуждает ее неухоженный вид. — и какие планы? — меланхолично спрашиваю я, приподнимая покрывало. Член предательски встает от вида ее голого тела. — ты собираешься дрочить прямо при мне? — фыркает девушка, подходя ближе. — не просто при тебе, а из-за тебя, — ухмыляюсь я, когда она отбирает мой косяк и затягивается, — ты ведь не балуешься таким. — иногда можно, — Генриетта залазит ко мне на кровать и тыкает в мою татуировку на паху, — сводить не надумал? — это будет пиздецки больно и дорого. — тогда перебей, — жмет та плечами, туша косяк о пепельницу. В полутьме ее волосы как будто смоль. Глаза прожигают мое тело. — чем? — ухмыляюсь я, поглаживая ее бедро, — твоим именем? — слишком по конформистки, — фыркает она, усаживаясь на мои бедра сверху, — и это будет глупо, Марш. Мы с тобой не пара. Девушка трется об меня, задевая каждый раз возбужденный половой орган. — мы только что трахались, а у тебя уже стоит, — шепчет она, закатывая глаза. — что поделать, гормоны шалят, — я ухмыляюсь, перехватывая девушку за талию, и переворачиваю нас, оказываясь сверху, — ты слишком возбуждающая. Я трусь о ее лобок, требуя развести ноги. Биггл мычит, когда я попадаю по ее нижним губам. — заведи себе девушку и не будут гормоны шалить, — ее голос дрогнул, когда я поцелуями начал спускаться вниз, к груди. — зачем, если у меня есть ты, — обжигаю ее дыханием, прикусывая нежную кожу около ореолы. Генриетта сжимает мои волосы, выдергивая парочку, и выгибается навстречу ласкам. Исцеловываю все ее тело, двигаясь вниз, к самому интимному месту. Языком прохожусь по бутону, выискивая чувствительный бугорок. Девушка удовлетворенно мычит, когда я нахожу его и начинаю ласкать, разводя пальцами половые губы для лучшего исполнения. Ее ноги подрагивают, а грудь тяжело опускается и поднимается из-за возбужденного дыхания. Генриетте много времени не требуется, чтобы достичь клиторального оргазма, слишком уж мы хорошо знаем тела друг друга. А позже я получаю свое, втрахивая ее разгоряченное тело в матрас до дрожи в ногах. Часом позднее я снова лежу голый на кровати Биггл. Только в этот раз выкуривая свои яблочные сигареты. — опять ты дерьмо начал курить, — ворчит девушка, возвращаясь ко мне из душа, — хоть окно открой. Воняет на всю комнату. Кривлюсь, но выполняю просьбу, накинув на плечи плед. — собирайся Марш, — требует девушка, высушивая волосы, — я говорила, что у меня планы на вечер. — уже ночь, — меланхолично отвечаю ей, выдыхая дым на улицу. Уже луна на небе, — куда ты собралась? — на свидание. — куда? — я ослышался, — с кем? — с Демиеном Торном, — не стала скрывать она. Не веря своим ушам, я выкидываю сигарету, закрываю окно и поворачиваюсь обратно. Девушка выискивает в шкафу одежду. — ты серьезно? — более чем, — жмет та плечами и ухмыляется, выискав нужное платье, — он пригласил меня еще на прошлой неделе. — Дэмиен? Дэмиент Торн? — та хмурится и кивает, — чудик, который утверждает, что его отец сам сатана? — ну все мы не без греха, — фыркает девушка. — Генриетта, ты сейчас на серьезе? Мы же только что занимались сексом. Дважды! — ну я ведь не замуж за него собралась, а просто на свидание. — не, ну это уже слишком даже для меня, — я подхожу к стулу, где ранее скинул свои вещи и поспешно одеваюсь, — удачи тебе с твоим чокнутым. Не удивлюсь, если он еще и шапочку из фольги носит дома, боясь, что его похитят пришельцы. — Марш! — окрикивает меня девушка, когда я выхожу из ее комнаты, хлопая дверью, — ну и катись ты! Сама катись, тоже мне. С Торном она, блять, на свидание идет. Просто заебись. На мне проклятье что ли какое-то?! Почему меня все бросают? Венди, Кайл, даже Генриетта, с которой, по-факту, я даже не встречался! Блять, иногда мне кажется, что на мне реально проклятье черного вдовца. Пришлось позвонить Кайлу и спросить, могу ли я переночевать у него, так как у меня нет сегодня машины, а идти до фермы больше часа. Тот поворчал, что уже два часа ночи, но впустил меня. Осторожно, чтобы не разбудить его предков, я пробрался к нему в спальню... хорошо хоть, у него теперь дверь запирается. Мы спали в одной кровати, обнимая друг друга, как в детстве, и Кайл плакал, пытаясь спрятать свои слезы.