Эфемерные.

Феи - надежда человечества, а сейчас - последний эшелон, готовый рухнуть перед тяжестью бремени, уготовленное им. Великих Хранительниц Волшебного Измерения, осталось всего четверо:  Лейла, обладательница магии жидкостей  — текучей, гибкой, как её собственная воля. Её сила сосредоточена в морфиксе — розовом полужидком веществе, подчиняющемся каждому движению её руки. Она формирует из него щиты, оружие, оковы и смертоносные волны. Морфикс меняет форму в одно мгновение: капля — и перед тобой меч, всплеск — и ты уже в ловушке. Её магия — танец волны: свободный, мощный и невозможно остановить. Текна, фея технологий — точной, логичной, выверенной до последнего бита. Её сила — в цифрах, алгоритмах и потоках информации, невидимых для обычного глаза. Она читает мир, как код: каждое движение, каждый сигнал — часть сложной системы, подвластной её воле. С помощью магии Текна создаёт силовые поля, энергетические конструкции, голограммы и цифровые ловушки. Её разум — как суперкомпьютер: молниеносный анализ, идеальное решение, мгновенное воплощение в реальность. Она способна проникать в электронные системы, блокировать устройства, управлять машинами одним касанием. Её магия — это чистый разум, воплощённый в свет и форму. Там, где другие полагаются на интуицию, Текна полагается на расчёт и никогда не ошибается. В мире хаоса она — порядок. В шуме — сигнал. В тишине — код. Муза — фея гармонии и звука. Её магия рождается из вибрации: каждый шорох, каждый аккорд — это оружие, щит, или заклинание. Она чувствует музыку во всём: в биении сердца, в шелесте листвы, в дыхании тишины, в людских сердцах. Её сила способна создавать волны звука, разрушающие преграды, заглушающие мысли или исцеляющие душу. Муза управляет ритмом боя как дирижёр — оркестром: может обрушить на врага грохот бури или окутать союзников мелодией защиты. Её голос — инструмент, её тело — танец, её магия — песня. Для неё звук — не просто энергия. Это чувство, эмоция, правда, которой не нужны слова. Там, где мир рушится в какофонии, Муза возвращает гармонию. Флора — фея природы, и её магия растёт из самого дыхания земли. Она чувствует каждое семя, каждый лепесток, каждую нить жизни, спрятанную в корнях. Стоит ей протянуть руку, и ростки прорываются сквозь камень, цветы распускаются в пыльце заклинаний, лианы извиваются по её воле. Она повелевает растениями: создаёт из них защиту, ловушки, ядовитые плети или исцеляющие настои. Магия Флоры нежна, но в ней сокрыта сила леса — упорная, древняя, неукротимая. Её сила — не разрушение, а восстановление. Там, где всё погибло, она может заставить жизнь расцвести вновь. Она не сражается — она прорастает. И, если Вы думаете, что сможете вырвать корень, помните: у природы всегда больше корней, чем Вы видите.  Несколько недель раньше, их было больше. Это была команда, которая неоднократно одерживала победу над злодеями Волшебного Измерения и даже победила Тёмного Феникса, поддерживала друг друга, имела удивительную сплоченность и готовность верно служить своему делу, ведь Winx - это не просто слово, это право быть собой среди вечной борьбы света и тьмы, магию, что вспыхивает там, где сердце сильнее страха, внутреннюю силу, рожденную из борьбы и веры. Но последние события перечеркнули всё.  Юные Феи не могли ожидать настолько психологического насилия, которое переломило исход судьбы. Девушкам за столь малый срок, пришлось пережить не мало невзгод: Обман и бесчеловечное нападение профессора Авалона на одну из Фей, безжалостное убийство невиновного специалиста, и сражение со своим коллегой - Паллидумом. И это малая часть бед. Одной из более значимых проблем для Измерения стало неожиданно возвращение последней Хранительницы Огня Дракона, а после - кража четырех кодексов. Никто не нашел ответов, зачем они понадобились девушке. Но своим действием, подписала смертный приговор, ведь королевства Магического Измерения отреагировали не молчанием — а громом. Фею сочли опасной для общества, непредсказуемость в её действиях вызывало всеобщее опасения. Однажды Блум уже попала под влияние Лорда Даркара, не смогла ему противостоять и хоть что-то противопоставить. Безвольная марионетка, выполняющая приказы.  И всё же, Короли и Королевы не могли простить повторения грубой ошибки, и пропустить сквозь себя. Недалеко за горизонтом разгоралась война, не несущая ничего кроме погибели. А Блум, как последняя хранительница огня, может помочь не той стороне. Её действия сильно усугубили внутриполитическую ситуацию, когда та, что некогда звалась хранительницей света и надеждой Алфеи, предала доверие четырёх школ магического измерения, украв все части древнего Кодекса, порядок, веками поддерживавший хрупкое равновесие между магическими институтами, рухнул, как карточный дом. И пусть зал Реликса был разрушен, его всегда можно воссоздать и сделать это можно лишь в одном месте.. С момента исчезновения последнего фрагмента Кодекса, украденного рукой самой Блум, та, что некогда звалась «феей надежды», — дипломатические отношения между королевскими дворами сотрясались, словно их основания подточило землетрясение. И дело было не только в предательстве. Дело было в страхе. Глубоком, цепенеющем, первородном страхе перед тем, что даже носитель Пламени Дракона оказался подвержен тьме.

Эраклион, известие.

Когда в тронный зал Эраклиона вбежал советник с вестью, Эрендор даже не сразу понял, что услышал. Но стоило ему повторить — «Кодекс похищен. Четыре части. Блум. Блум виновна» — как пространство вокруг короля будто стянуло стальной петлёй. Он встал из-за трона медленно, как поднимается шторм над горизонтом, и тишина, нависшая над залом, стала тяжелее воздуха. — Ты повторишь это вслух, перед всей знатью, или у меня сейчас начнутся галлюцинации? — проговорил Эрендор ледяным голосом, в котором не осталось ни крупицы прежнего добродушия. — Фея, которую мой сын привёл ко двору? Та, чью силу считали божественным даром? Она украла Кодекс? Вновь? Советник кивнул, не поднимая глаз. Он знал: это мгновение запомнится на века. Эрендор развернулся к собравшимся лордам и членам Высшего Совета: — Мы приютили её. Оказали доверие. Наши ресурсы защищали Алфею во времена кризиса. И что мы получили взамен? Позор. Унижение. Государственное преступление от имени той, кто называла себя союзницей. — Его голос дрожал не от слабости — от ярости, которую он едва сдерживал. — Блум больше не желанный гость в Эраклионе. Она — враг. Её имя будет вычеркнуто из всех королевских списков. Её союз со Скаем объявляется недействительным. Любой, кто вступит с ней в контакт, будет расценён как соучастник кражи, угрожающей целостности всего измерения. Он шагнул к огромной карте Магического Измерения и ударил жезлом по центру, где золотым светом пульсировала отметка Алфеи: — Если эта девочка думает, что мы позволим правосудию пройти мимо — она плохо знает королей. Пусть скрывается. Пусть прячется за своей магией. Но она уже перешла черту. И пусть Пламя Дракона горит у неё в груди — отныне для нас она лишь обугленная тень того, кем могла бы быть. Тишина длилась ещё долго. Потом прозвучал глухой стук: Эрендор сорвал с шеи медальон, когда-то подаренный Блум как знак доверия, и бросил его на пол. Словно сбросил с себя часть проклятия. А затем прозвучал последний приказ: — Созвать совет всех королевств. Я хочу, чтобы мир знал: Эраклион не прощает предательства. Эраклион закрыл границы. Совет Старейшин немедленно лишил Ская статуса наследника и вызвал послов из Алфеи на жёсткие допросы. Объявления о розыске Блум висели даже на колоннах в королевских садах. Для народа она теперь была бывшей невестой Ская, обратившейся в беглую преступницу. Враги королевства — внешние и внутренние — начали поднимать головы, видя в хаосе шанс на восстание.  Предстоял и разговор с собственным сыном, который когда-то привел предательницу ко двору.

Эраклион. Несколько часами позже.

Канделябры горели тускло, будто сам воздух боялся стать слишком ярким. Зал, где когда-то проходили праздники и торжества, сегодня казался местом приговора. Скай стоял посреди зала: спина прямая, взгляд — ровный. На его мантии — герб Эраклиона и Солярии, скреплённый союзом с Диаспорой. Но сегодня этот союз не спасал его от отцовского холода. Король Эрендор — высокий, седой, с каменным лицом — стоял у огромной карты Магического Измерения. На ней были пометки. Отчёты. Символы хаоса. Он даже не обернулся, когда заговорил: — Четыре части Кодекса. Все украдены. Охранные барьеры обойдены, архивы уничтожены, хранители сбиты с толку. И всё это — в руках одной феи. Бывшей студентки Алфеи. Бывшей союзницы. Бывшей… — он резко повернулся, — и твоей бывшей невесты. Скай сдержал дыхание. — Да. Это Блум. И я не стану отрицать её участие. Но мы не знаем, зачем она это сделала. — Не знаем? — Эрендор вскинул бровь. — Когда кто-то крадёт инструмент, способный переписать структуру реальности — не нужно ждать, пока он объяснит. Нужно остановить. Сейчас. Скай подошёл ближе. Говорил спокойно, но в голосе звучало не подчинение, а разум. — Я не защищаю её, — Скай говорил твёрдо. — Я защищаю здравый смысл. Даже если он сейчас непопулярен. Но если мы сейчас сделаем её символом зла — без фактов, без объяснений — мы не просто казним фею. Мы уничтожим шанс понять, что происходит на самом деле. Король медленно развернулся. Его лицо было похоже на камень — выточенное годами власти, тяжестью решений и страхом утраты. — Когда ты защищаешь ту, кто вырвал сердце из самой магии, ты больше не принц. Ты соучастник. — Блум не моя жена. Не моя союзница. Мы расстались. Это — давно позади. Я давно с Диаспорой. Но Блум была и остаётся частью этой истории. И если весь мир решит забыть, кем она была — я напомню. — Она предала нас всех. Ты называешь это историей, а я называю это крахом. Крахом доверия. Крахом порядка. Ты был её опорой. А теперь ты хочешь стать её щитом? — Я не щит, — Скай подошёл ближе. — Я просто человек, который помнит. А ты стал королём, который боится собственной тени. — Тогда ты сделал выбор.