Сокровище

— Ты же знаешь, что это необязательно? — говорит Роман, пока Ра’с завязывает ленту у него на глазах. — В смысле, я не против, если тебе нравится, как я в ней смотрюсь, но я же и так ничерта бы не запомнил. — Только глупец недооценивает опасность, — отзывается Ра’с в своей обычной тягучей манере, от которой в хорошие дни у Романа слабеют колени, а в плохие чешутся кулаки. Сегодня день определённо хороший, и… — Стоп, это ты меня сейчас опасным назвал? — Разве ты не являешься таковым? — усмехается Ра’с, опуская ладони Роману на талию, что определённо НЕ помогает стоять ровно, особенно сейчас, когда это прикосновение — один из немногих оставшихся у него ориентиров в пространстве. — Спасибо, что ли, — тем не менее, оставляет он за собой последнее слово, хотя внутри и раздувается от гордости, распознав в туманной реплике тщательно (как всегда) завуалированный комплимент. — И пошли уже, пока я не передумал! Ра’с тихо смеётся и перехватывает его одной рукой, чтобы вести. — Как скажешь, Сокровище. …естественно, Роман сбивается со счёта уже на пятом — или шестом? — повороте и дальше уже просто идёт куда ведут, наслаждаясь пустотой, которая всегда наступает в голове, когда Ра’с берёт контроль на себя, чем бы они при этом ни занимались. Не совсем сабспейс, но где-то на полпути к тому, когда ты ещё воспринимаешь мир в полной мере, но он уже тебя не касается. Время в этом состоянии тоже пролетает мимо, и, когда они останавливаются и Ра’с, мягко предупредив, снимает с него повязку, Роман понятия не имеет, насколько долгим был путь. Как бы то ни было, они стоят в темноте, едва разбавляемой факелами, перед огромными обитыми железом дверями, засов на которых выглядит как тяжесть, которую надо двигать вчетвером. Естественно, Ра’с справляется с ним один, хотя и задействовав обе руки. Всё равно — позёрище, о чём Роман и говорит, пока двери зловеще медленно открываются и сочащееся изнутри зеленоватое свечение делает их обоих призраками. — Удивительно, что об этом говоришь ты, — со смешком отзывается Ра’с и жестом приглашает Романа пройти вперёд. Видели бы его подчинённые, полдня бы ядом давились — ведь никто не смеет идти впереди Головы Демона… Ну а Роман гордо шагает в свет, хотя и старательно глядит под ноги — и не зря, потому что ровной поверхности за дверями оказывается не так много, а внизу… Внизу зелёная субстанция светится, бурлит и выглядит последним в мире, во что ты захочешь сунуть руку, даже если не страдаешь мизофобией. — Бррр, — Роман дёргает плечом и отступает подальше от края. — Значит, вот в это… — Да. — И как часто... — Не более двух раз в столетие, если не произошло ничего непредвиденного. В идеале — один. Роман запрокидывает голову, чтобы посмотреть Ра’су в глаза. — И сколько непредвиденного происходило в этом веке? — А ты хорошо научился читать между строк, — Ра’с обозначает ему щелчок по носу. — Три. — С тобой ещё не тому научишься… А сколько раз в этом был виноват наш общий ушастый знакомый? Ра’с медлит, прежде чем ответить. — …Два. — Значит, две пули, — констатирует Роман и ухмыляется на чужое удивление. — Что? Не всё ж тебе за меня морды бить. Ра’с наклоняет голову и смотрит на него очень долго. Наконец изрекает: — Ты полон сюрпризов, Роман. — За это ты меня и любишь? — рискует тот. — И за это тоже, — говорит Ра’с как нечто совершенно будничное и после паузы добавляет: — Будь добр, стреляй не насмерть. — Ничего не обещаю…