Клуб любителей маленьких лисиц pt.2

Сону девственник. Ему двадцать один и, забегая наперёд, он вовсе не стыдится того, что ему уже двадцать один год, а он все ещё невинный в таких делах. Он не скрывает, не придумывает несуществующих побед и открыто об этом говорит, если спросят. Для Сону секс это волшебное тайное действие между людьми, которые доверяют друг другу. Он правда верит во всю эту романтику, любовь, трепет и мечтает провести этот момент с человеком, которому будет всецело доверять, с тем кто позаботится о нем и не станет смеяться из-за неопытности и его повышенного смущения, терпеливо доводя до райского наслаждения. Сону знает чего он хочет и как он этого хочет. Он достаточно много начитался в блогах о не самом позитивном опыте других людей и все они как один писали стандартные ошибки, одной из которых являлась: не тот партнёр. Да, Сону этого тоже боялся, а поэтому и подбирал себе ухажёров и претендентов тщательно, отсеивая всё, что только не так на него смотрит. А кандидатов было много, но Сону практически с первого взгляда мог понять, что это не его остановка. Каким должен быть его первый раз? Это должно быть нежно и ничего другого. Это должно быть с прелюдией, разговорами и только после полного согласия, никакие бэд бои и альфа-самцы без предварительной проверки на адекватность не прокатят. Секс должен быть такой, чтобы его и сексом назвать нельзя было, чистая любовь и безграничная ласка. Нормальный, без грязи и кинков разных, ему для своего первого раза и миссионерской позы хватит, лишь бы к нему как к самой хрупкой снежинке относились. Да, запрос охренеть большой, но и он не фигня какая-то с бантиком. Может себе позволить. Короче, терять девственность он будет ещё не скоро с такими запросами, как сказал ему Ники. Ну, во-первых, это не правда, а во-вторых, что значит терять?!.. Для Сону это слово такое странное, как это можно потерять девственность, это типа шёл себе, шёл, а потом такой бах и, а где девственность, девственность мою не видели, агх, потерял! Реально смешно. Терять Сону точно ничего не собирается, он её отдавать будет. Тоже так себе слово, но это хотя бы действие, он его обдумал и принял самостоятельно, а не случайность какая-то, которую никто и не ждал. Сону, если честно, вообще приверженец мысли, что мужская девственность она бывает только с психологической точки зрения. Ну как так, он живет и вот в один момент не девственник, если у девушек все понятно в этом плане, то с парнями не очень. Вот, чисто теоретически, засунет он свой член в мякоть апельсина — девственник он все ещё или нет? В общем, это странно и непонятно, но Сону так-то немного другую девственность хранит. Анальную. Вот так всё уже немного попонятнее (и нет, уберите туалетный юмор, речь о реальном анальном ПА. Не то чтобы у него хоть какой-то был, но). Всё тот же неугомонный Ники никогда эту тему стороной не обходит, а шуточки про торги у него самые любимые и, это же ты такой невъебенно красивый и не выебанный. Хен, да ты можешь столько денег получить, если свою жопу продашь. Для Сону это только и воспринимается как шутка, ну серьёзно, когда Ники говори «продать», он почему-то пусанский рынок представляет, на который он в детстве с бабушкой ходил. Вокруг взрослые аджумы рыбу и морепродукты продают и тут он появляется в варежках, меховой шапке и такой на всю округу «анальная девственность, подходим, не стесняемся, анальная девственность самая свежая и невредимая. За ласку и приятное общение под французское вино — скидка двадцать процентов». Смех, да и только. Сону свою девственность продавать не будет. Он её хранит тому единственному, который просто сердце его покорит и вот, это он, хочу его. Как он и мечтает самый нежный, сладкий и трепетный секс. — Ну понятно почему тебе уже двадцать с хвостом и до сих пор секса не было, — небрежно так комментирует Чонвон, листая журнал быстро, незаинтересованно глазами по страницам бегая. — И чего это? — щетинится Сону, дергая того за прядку волос сильнее. Опрометчиво что-то вякать на человека, который тебе на голове уже третий десяток афрокос плетёт. — Да потому, что ты себе не секс, а сказку какую-то придумал, не бывает так! — Вклинивается Джей, продолжая скрупулёзно натирать и так чистое окно, потому что у него сегодня суббота и, всё, тише, у меня генеральная. А то, что квартира даже не его, а Хисына, так это ничего страшного. Ну, Ли точно на руку, если он быстренько словил волну и оснастил Пака всеми необходимыми щётками, вёдрами и средствами. — Но почему? — Хнычет Сону, надувая губы до двух сочных вареников, — неужели так сложно просто быть внимательным и ласковым? Я же не прошу какой-то невозможный секс на растяжке. — Точно так не будет, — гаденько поддакивает Чонсону Хун, — лучше не мучай себя горестным томлением, моя невинная Рапунцель, и заезжай на рамен ко мне в гости, обещаю так оттрахать, что аж до космоса. Сону морщится на похабную улыбку этого дурака и качает головой устало. Нет, «трах» это совсем не то, что он хочет. — Если бы ты выбрал себе в партнёры девушку, то у вас мог бы получиться самый сопливой в мире секс со всеми этими бесконечными поцелуями и прелюдией на два часа, но ты же с парнем хочешь, а это, — Чонвон поджимает губы, качая обречённо головой. — Да что с парнями то не так?! — Вспыхивает Сону, шлёпая себя по бёдрам в досаде. Нет, ну честное слово, почему они снова обсуждают его личную жизнь. И ничего, что ты сам первый начал эту тему, обвиняюще думал Сону на себя. — А то, мой милый друг, — Чонсон скрипнул стулом, передвигая его к другой части панорамного окна, снова взбираясь на него ловко, — что девяносто пять процентов мужчин заинтересованы только в том, что идёт после прелюдии. Простыми словами сунул-высунул, а в этом романтики не шибко много. — Но неужели все преследуют лишь цель, ну… это? Вы вот со своими девушками тоже такие бесстыжие мужланы, которые думают только о том, чтобы вставить поскорее, — в итоге спрашивает Ким напрямую, совсем не ожидая, что в комнате станет подозрительно тихо. Эти твари глаза опустили и молчат, а у Сону по спине даже холодок пробежался, никак иначе пора закрывать форточку на кухне. Проветрилось уже, и, видимо, вместе с застоявшимся воздухом и совесть этих альфа-самцов бессовестных испарилась. — Чонвона? — Дрожащим голосом позвал Сону притихшего друга, который не горел желанием оборачиваться к парню и смотреть на него. — Ум? — По глазам видно этой гадины, что ему неловко и стыдно. — Ты же не девственник? — Глупо было спрашивать, но Сону всегда любил поэпичнее. — Нет, конечно, уже давно. — Тогда скажи-ка мне, сколько времени ты уделяешь прелюдии? Если Чонвон скажет меньше, чем хотя бы полчаса, то у других и спрашивать не стоит, там вообще всё запущено. — Ну… минут десять? — Трёт он шею, бегая глазами по ошарашенному лицу Сону, — если не спешим, а если… О нет, всё-всё, берегите психику Сону от этих ужасных слов. Нет, то есть, десять минут для взглядов томных, поцелуев, ласки поверхностной, объятий, шёпота нежного, для первых расстегнутых пуговиц на рубашке и нежных поцелуев в шею. Десять, блять, минут?! А почему не сразу с ходу нагибайся, я тебя за волосы подержу — считай ласка. Ну, пиздец. У Сону глаза круглые и рот приоткрытый в осуждении, пока Джей не бурчит себе под нос: — А что, я вот, если с парнями, то вообще не церемонюсь: раз, два и кончил. Нет-нет-нет, Боже, Сону не хочет этого слышать. — В смысле с парнями не церемонюсь?! — Кричит Ким на ультразвуке, поворачивая голову к Чонсону так резко, что аж шея хрустит, — то есть, это нормально, что, допустим, ко мне какой-то придурок придёт и такой давай на колени, зубки прячем и рот пошире, мы сегодня не церемонимся. У Сону шок полнейший, осуждение в глазах и он элементарно не верит в то, что его друзья такие мужланы, которые заботятся только про свое удовольствие. — Ну, нет, Сону, я не это имел в виду, — ныл чуть позже Пак, понимая, что действительно задел друга. — С парнями тоже нужна прелюдия, просто не так много, как с девушками, мы же мужики все понимаем, что хотим и долго не тянем кота за яйца. На эти плаксивые оправдания у Сону односложный ответ «пошли все на хуй». Ладно, может не односложно, но весьма понятно и информативно. Вывод сделан, Сону, похоже, умрёт девственником. Он обижается немного за то, что мужскую девственность и секс между мужчинами, как явление, его же друзья и принизили до уровня обычного сношения у приматов, и мастерски игнорирует всех присутствующих в комнате в тот день. Хисына и Джейка не было в момент того разговора, но Сону их просто так за компанию игнорит. Ну, поигнорил недельку, а потом и перестал, снова в пятничный вечер протирал задницей любимое кресло в гостиной Хисына, когда его все дружно набухаться зовут. Сону приходит, ведь набухаться это то, что ему сейчас нужно, ну и соскучился он за этими придурками немного, хоть и обижается все ещё. Вино, которое Чонсон специально для него купил, идёт хорошо и сразу дает в голову легонько и по щекам тусклым румянцем расползается. Сону уже вроде и не обижается, ровно до того момента, пока они снова в пошлые темы не вдаются. Сону особо не участвует, думая о своем, в основном о том, что пока в одиночестве куковал, успел перебрать всех своих друзей на предмет секс симпатии. И… а дал бы я ему? Сону действительно задумался об этом, даже кое-какие пометки сделал. Он начал с самых младших, Ники и Чонвон на самом деле привлекали его внимание меньше всех, ведь были младше, а, соответственно, уже теряли очки. Ну опытного Сону хочет, ответственного, серьёзного, взрослого парня. Точно не Ники, который все ещё иногда тырит телефон Джея и переводит часы вперед, потому что при-ко-л. И не Чонвон, особенно после его этих «десять минут». Сону за десять минут даже не поймёт, что они собираются делать, сексом заниматься или позу во время сна поменяют, а он уже в кульминации. Нет-нет, они точно нет и не рассматривается больше. А вот хены… Хисын хен ему кажется неплохим вариантом, ну, он вероятно очень страстный, если наблюдать за ним и его редкими недолгими отношениями. Но у Сону о нем складывается впечатление, что он в постели сосредоточен больше на своем удовольствии, чем на партнёре. И это неплохо, но что-то его смущает. Это, конечно, только его догадки и в реальности всё может быть не так, но пока что Хисын хен, сорри, но тебе пасс. Сону даже НЕ думает о Сонхуне, как о секс партнёре. Ему от взгляда на него в голову просто один красный флаг приходит. Потому что он определённо точно извращенец и садист. Все эти шутки пошлые, кляпы и наручники в его полке, ухмылка абсолютного ублюдка и «я хотел бы ей кончить на лицо…» когда-то его губами произнесенное. Бррр. Просто ужас. Сону плохо от одного представления, что ему кончают на лицо, а уж в реальности. Нет-нет, Сонхун точно нет, категорически (хоть и выглядит, как греческий бог). Просто минус сто и печать «отклонено» на его воображаемой карточке возможного кандидата на девственность Ким Сону. Потом Джей хен и вот за него обидно очень, потому что он казался Сону хорошим вариантом, которому можно доверить свой ass и душу, но после этого «с парнями не церемонюсь»… Да-да, он ему это ещё долго будет вспоминать. Вот, например, позвонит хен ему со своим дружеским весёлым «эй, Сону-я, я тут возле универа на машине, давай тебя до дома подкину», а Сону ему такой «да что ты, хен, не церемонься, зачем эти подачки». Да не важно, при любой фигне будет припоминать. «Ну, Сону, я просто не так выразился, вообще, если бы это с тобой было, я бы очень церемонился» — канючил потом Чонсон, когда на его очередной мем в их лс, Сону даже эмодзи не ответил. А так ему и надо, пусть думает сначала, что говорит, дурак. И вот так вот плавно мы подобрались к человеку, на котором Сону неплохо так застопорился. Потому, что… Джейк хен очень был похож на того, кого рядом с собой видел Сону. Нет, Ким и раньше замечал, что его хен очень галантный и внимательный ко всем партнёршам, которые у него были, да и не так уж и много их было, потому что Джейк встречался только из-за взаимных чувств, а не потому, что присунуть пора. Красивый, внимательный, покорный, несомненно нежный, ну не был он похож на человека, который может плёткой по лицу шмякнуть. Такой прямо… ну такой! И это его «не бабы, а дамы, ребят, ну реально». Боже, Сону тает как кусочек сыра в микроволновке и булькает опасно, когда первую бутылку вина заканчивает и за своим невероятно красивым хеном наблюдает. Думает, что руки эти с голубыми венами на его бёдрах слишком охуенно смотрелись бы. Ребята вокруг смеются, а Сону их будто через слой воды слышит. Отгоняя наваждение, Ким обратно в происходящее возвращается, улавливая смешливые слова Хуна. — А у кого какой первый раз был? — Мычит он с коварной улыбкой, поглядывая на Сону. Дразниться дурак. — А тебе оно зачем? Статистику какую-то завёл? — Спрашивает Хисын по новой разливая алкоголь в опустевшие ёмкости. Сону, как только ему пополняют вино, его к носу подносит, болтая в высоком бокале перед рецепторами. — Та нет, интересно просто, ну вот у Сону даже можно и не спрашивать, там как штиль был, так и есть, — гиенит он, тиская надутого Сону за талию. — А у тебя-то как было? — Включается Чонвон и Сонхун, будто того и ждал, в подробностях и чуть ли не в картинках рассказывает о своем первом опыте. Как Сону и думал: пошло, быстро и рано, но ребята каким-то образом подхватывают эту тему и вино в его бокале начинает исчезать ещё быстрее, потому что, что?!.. У половины из них первый раз был в пятнадцать лет, серьёзно? А у Ники вообще, когда он ещё в Японии жил. Сону напрягает свой мозг, вспоминая, что он в Корею в четырнадцать переехал и нижняя челюсть просто падает на ковёр. Чем же там трахаться можно было в тринадцать-четырнадцать лет. Кошмар. И о какой романтике можно говорить, если у них с детства искажённое понятие секса и удовольствия. В этот момент Сону ещё сильнее уважает себя и свою невинность, которую не отдал в импульсивном порыве первому лучшему однокласснику. Сону в основном морщится и фырчит, когда ребята о своих этих первых сексуальных моментах рассказывают, а когда все глаза на Джейка падают, неожиданно таким серьёзным и молчаливым становится, поглядывая на рядом сидящего хена. Между ними только подлокотники от мебели и лёгкая пелена от того алкоголя, что Сону уже в себя влил. — Я не хочу рассказывать, — поджимает губы Шим, складывая руки на груди, — по-моему это слишком интимная тема для обсуждения. Ох, вот Сону тает и явно не от жары и алкоголя. Потому что не бабы, а дамы, не трах, а любовь, не охерительная история его первого раза, а «простите ребята, это личное и я не хочу обсуждать эту девушку с кем-то». Боже, ты ли это? Парни допытываются хотя бы во сколько это было и Шим, смерившись, выдыхает «в семнадцать», добавляя «мы с ней встречались на тот момент три месяца». И да, да, Сону наконец-то сложил целостный портрет того, с кем он хотел провести этот волшебный момент в своей жизни. Пока все смеются и улюлюкают с того какой Джейк стеснительный щенок и вообще «эй, мы братаны», Сону абсолютно уверенно ставит бокал на столик и, наклонившись через подлокотник, двигает свое лицо к лицу друга, громко так, почти трезво выпаливая: — Джейк хен, а будь моим первым. В комнате минутное молчание и полнейший ступор, который помогает мозгу Сону догнать те произнёсенные его ртом слова. И становится так невыносимо жарко и душно, когда они с Джейком неотрывно в глаза друг друга смотрят. У всех шок даже покруче, чем у Джейка, а у Сонхуна так вообще на лице какой-то эпилептический приступ и: — Эй, Сону-я, если ты хочешь наконец-то расстаться со своей целкой, то вот тебе я, — верещит Хун, но Сону на него как-то фиолетово сейчас. Он плещется в горячем виски, горьком таком, терпком, завораживающем, пока его лицо медленно краснеет ещё сильнее и пытается уловить хоть какую-то эмоцию на лице хена. Когда уже становится неловко очень, Сону обратно плюхается задницей на свое кресло и машет ладошкой в лицо, а Хисын неожиданно супергерой вечера со своим этим «а давайте читать наши истории поиска в гугле», чтобы обстановку разрядить. Историю поиска они всё-таки читали и там нет миллиона запросов о порнушке только из-за скрытого режима, когда они доходят до его истории поиска, Джейк тихо говорит «извините, я отойду» и выходит из комнаты под звенящую тишину, в которой лишь Чонвон рядом сидящему Чонсону шепчет «он лыбиться пошёл, сто процентов, я видел как его дёргало». Сону этого не слышит, у него кровь в ушах бьёт и спать неожиданно хочется. А утром он себя находит в кровати Хисына, рядом сопит Чонвон, а в ногах запутался Ники и вроде всё нормально, но Сону вспоминает эти свои слова абсолютно пьяные и реакцию хена и… блять. Жизнь херня, когда ты маленький алкоголик без знания своего предела. Вторая бутылка вина вообще была лишней. И всё хорошо. Всё, как всегда.Сонхун и Джей собачатся, Ники и Хисын в приставку рубятся, Чонвон где-то пропадает, потому что «у меня дела в отличие от вас, бездельников, есть», а Сону читает свой твиттер и много думает. И да, вполне всё как всегда. Но Джейк на него смотрит, так прямо смотрит… не как обычно, а смотрит. Сону замечает это и сам смотрит… и. Да, всё нормально, когда Джейк его на выходные к себе зовёт в фифу поиграть. Всё хорошо, кроме того, что Сону вообще не умеет в фифу играть и старший это знает, и… Боже, отдать свою девственность Джейк хену на его кровати в ласку, заботу и прелюдию на сто минут было лучшим решением в жизни Сону, о котором он никогда не пожалеет. Самый лучший, нежный и волшебный первый раз. Ну вот, а говорили, что он умрёт девственником. Ха-ха, выкусите, бесчувственные мужланы.