Клуб любителей маленьких лисиц pt.2

— Мой малыш так быстро вырос, — Джейк умилённо хлюпает носом и вытирает несуществующие слёзы, когда утром Ники приходит в комнату для танцевальной практики без своих круглых ушек пумы и пушистого ровного хвоста с чёрным наконечником, — кажется только вчера он называл меня мама-хен и просил взять его на ручки. Ники на очевидное издевательство только усмехается и закатывает глаза: — я никогда такого не говорил!.. — Я помню его первые неуверенные шаги, — подхватывает Джей, опуская конспект по теории права, который он учит с ночи для предстоящего теста. — Его милое «я сейчас блевану» после первой пьянки, — вступает с завидным актерским мастерством на грани слёз Хун, — дети так быстро растут. Ники страдальчески воет, а когда Джейк лезет обниматься, начинает брыкаться и бросаться на бег. Хотя бороться бесполезно, пустая трата времени, потому что эти люди никогда не пропустят что-то мимо себя. А особенно исчезновение ушей и хвоста. Дело в том, что такой атрибут как ушки и хвостик был только у девственников. Никем и ничем не опороченный человек с самого рождения и вплоть до потери девственности ходил с индивидуальным комплектом ушек и хвостика. Были абсолютно разные формы: у кого кота (большинство, возможно, отличались лишь видами), у кого енота, у кого собачки, у кого зайчика или мишки. А у кого и лисички… Самая красивая форма по мнению многих людей. Хисына, например. — Ну наконец-то, а то я начинал переживать за тебя. Весь первый семестр с этими ушами проходил, — высунулся Чонвон из-под своей худи, которой накрылся с головой, отдыхая на матрасе из-за невыносимой бессонной ночи зубрежки. Со стороны он похож на дремлющего мудрого дракона и пока все думают, что он спит, он мотает на ус каждое слово. Ники поморщился. — Да знаю я! Хватит уже. Пропали же, всё… Я просто не придавал этому значения. — Да ладно, Ники-я, не злись. Просто странно было видеть тебя с ушами. Ты вовсе не похож на такого человека. — Завалитесь уже… — с разочарованным вздохом. Честное слово, такое ощущение, что это он здесь хен для этих людей. — Не переживай, в любом случае это не рекорд, — всё-таки развивает тему Джей, чем вызывает реакцию от безучастного Ли. Он просто сидел на полу, разминаясь, и наблюдал за сценой с весельем в глазах, но как только Джей намекнул на то самое, потерял улыбку. — Да-ам, кое-кого даже на посвящение для первокурсников не трахнули, а он уже на втором курсе, — выдал Сонхун, чем превратил Хисына в один сплошной комок напряжения. Все потраченное время на растяжку насмарку, потому что он сейчас по ощущениям резиновый ластик. — Чем они вам так мешают? — вмешался Джейк из железной хватки которого Ники все ещё не мог выбраться, — это его жизнь и его осознанный выбор. — О да, с такой внешностью это может быть только осознанный выбор, — хрюкнул Пак Сонхун с замаскированным разочарованием в голосе. — Представьте только как ему тяжело их сохранить. Его же буквально половина университета хочет трах… — Достаточно! — Ли неожиданно зарычал, обрывая всех кто вообще хотел воспроизвести что-то, — просто закройте рты. Все. То, как напряглись чужие плечи и лица даже немного удовлетворяло эго старшего, но больше он, конечно же, просто злился. Они обсуждают это каждый раз. В основном это делают Джейк, Джей и Сонхун. Наличие у их общего младшего друга Сону лисьих ушек и хвостика каждый раз становится горячей темой, когда Ким находится не в поле видимости. Хисын знает, что они даже спорили кто же лишит Кима этих анималистических атрибутов, но в итоге крепость не пала, а Джейк затюканный совестью, которая была очень пристыженной, попросил закончить спор. В итоге иногда в «сезоне охоты» все ещё участвуют Сонхун и Джей. Хисын не знает зачем так сильно разводить шум вокруг этого, ведь если Сону, будучи на втором курсе, остаётся невинным, значит ему весьма комфортно в этом состоянии. И как правильно сказали, проблем у него с поклонниками никогда не было. — Хен, они не это… — пытается разбавить атмосферу Чонвон, приподнявшись на локти, но Ли только отмахивается, продолжая разминку с очень суровым лицом. Хисыну дико думать, что когда-то Ким Сону придёт к ним без своих очаровательных ушек и хвостика. Для Хисына Сону это что-то хрупкое. Из перьев. Или тончайшего фарфора. У Кима волосы под стать шерсти на ушах — рыжие. Глаза такие хитрые, вытянутые, а когда он улыбается лунные щелочки. Щеки мягкие и поднятые, как самый свежий и тёплый хлеб и, конечно же, красивейшие в жизни Хисына ушки, которые он обожает трогать. Сону хоть и не котёнок, но такие мяукающие и урчащие звуки издавал, когда его ушки трогали или гладили, что сразу теплело на душе. Эта часть тела обычно теплее, чем остальные, а шерсть пушистая и мягкая, поэтому кайф получают как владелец ушей, так и ласкающий их. Сону очень любил, когда трогали ушки, а вот к хвосту не подпускал никого. Хисын только один раз его трогал. Там одно неправильное движение и Ким уже шипел и дергался всем телом, показывая как ему неприятно. Самое смешное, что Хисын от своих «показателей» девственности избавился так быстро и давно, что даже уже и не помнит, что у него там было. То ли мишка, то ли хомяк. А Сону уже второй семестр на втором курсе и все ещё невинный. Это очаровательно. Хисын, если говорить честно, хотел бы, чтобы они были у Сону всегда, а если говорить откровенно — забрать их. Самолично. Стать причиной их исчезновения. Но это как бы больше из разряда смотрите во сне и оставьте фантастику книгам. Они как-то теперь неловко топчутся, разминаются или занимаются своими делами, ожидая время, когда вся группа соберётся и начнётся занятие. Ли старается ни на кого не смотреть, но так уж получается, что он всегда ловит хмурый и будто бы расстроенный взгляд Ники. Ах, Ники… точно, нужно будет подойти и поздравить его. Поддержать как-то. Пусть это и мелочь и Ли сам никогда не любил этой теме уделять много внимания, но он знает как для Ники было важно, чтобы это случилось с действительно важным и надёжным человеком. Хисын бросает свои дела и идёт к Ники со спины. Тот замечает его через зеркало уже когда Хисын почти хлопает его по плечу, и отпрыгивает с такой глубокой паникой и страхом от него, что можно подумать, будто бы он увидел приведение. — Воу, малой, — опешив, с зависшей в воздухе рукой, округлил глаза Ли. — Хен! Я- к-клянусь, это случайно получилось. Я н-не собирался. Мне жаль… — тараторит Ники с безумным ужасом в голосе, складывая руки вместе в мольбе и опуская голову. Прежде чем Ли успевает что-либо понять и охренеть от странного поведения младшего, дверь зала для танцев громко скрипит и в комнату заходит Сону. — Привет, ребята. Его милый Сону. Сону, в которого он бесповоротно влюблён. Сону с привычной ласковой улыбкой и сияющими глазами. Сону без ушек и хвостика. Вроде такой обычный и родной, а вроде совсем чужой. Все в зале молча переводят глаза с Сону на Ники. Тишина звенит прямо в мозжечке. Сложить два плюс два не сложно.