Проклятье Незачавшего

Вновь поле, вновь машина среди цветов… Надо собрать Кассандре букет. Почему я не додумался купить его в городе? Ах, точно, он все равно не выдержали бы поездку. Ступая в своих дорогих ботинках сквозь растения, выросших мне по колено, я искал то, что могло бы сойти за хорошую композицию, достойную быть подаренной даме. В меня врезался жук. На миг растерявшись, он потерял траекторию полета, но, быстро собравшись, вновь нашел равновесие и стремглав полетел дальше. Интересно, каковы мы, люди, в восприятии столь мелких созданий? Не страшно ли им лететь прямиком на встречу нам? Несмотря на то, что творит с миром человек, они продолжают свое существование естественным путем, конечно, в основном там, где осталась природа, не тронутая нами. Но каково было бы хомо сапиенсу, если бы были на свете существа, соразмерные человеку с точки зрения жука? Смогли бы мы продолжать свой род и отстраивать города, разрабатывать новые изобретения, жить спокойной жизнью, несмотря на их присутствие в нашем мире? Или, может быть, если Бог есть, то он и является тем большим, всемогущим существом, и мы – лишь колония, в роде разведенного улья? Мои размышления прервало осознание, что букет достаточно полон, чтобы двигаться дальше, по направлению к женщине, способной остановить бесконечный поток мыслей и отвлечь от действительности и головной боли, что вновь начинала воспаляться в моей черепной коробке и давить на нее изнутри, одновременно с этим сдавливая в тиски снаружи. Когда я добрался до дома Кассандры, она, как обычно, стояла на опушке в ожидании меня, словно знала, что я приду к ней. Она слабо улыбнулась мне и, опустив взгляд и заметив цветы, вдруг рассмеялась, так же звонко и игриво, как ей свойственно. Я неловко подошел к ней и вручил букет. - Дарить цветы травнице? Никогда не понимала людских обычаев, - сказала Кассандра с насмешкой, а после, вглядевшись в букет, вдруг нахмурилась, но через долю секунды на ее лице вновь заиграла улыбка, - Дельфиниум? Знаешь ли ты, что это ядовитый цветок? Я испуганно взглянул на нее, потом – на красивый цветок сиреневого цвета, играющий кульминационную роль в композиции букета, и открыл рот, не зная, что ответить. - Не переживай, - беззаботно сказала Кэс, - Он пригодится. А остальное можешь бросить. Зайдя в дом, Кассандра тут же начала обрывать лепестки цветка и складывать их в одну из деревянных менажниц с вырезанными на ней рисунками и знаками. - Дельфиниум, или же живокость, бывает очень полезен в небольших количествах в целебных отварах, - начала повествовать девушка с явным намерением продолжить. Раньше она ничего мне не рассказывала. Более того, она довольно скрытна, потому, воспользовавшись шансом, я подошел к ней и начал с интересом наблюдать, что она делает. - Но если хоть на грамм переборщить с данным растением, - Кэс положила еще один лепесток в кучку, что она успела собрать, как бы демонстрируя свои слова, и ехидно взглянула на меня, - То можно одурманить человека или, того более, отравить. Открывая баночки с другими растениями, она стала добавлять их в тару, продолжая: «Цветки календулы, листья землянки лесной, трава пустырника…». Я наблюдал, как методично она складывает лепестки и травинки, явно оценивая их размер, предполагаемый вес, а также отбрасывала мелких жучков, которых не должно оказаться в ее творении, а после растолкла сбор и залила горячей водой. Перемешав все, она добавила еще пару ингредиентов, на этот раз почему-то не назвав их, и вручила мне. - Пей, - сказала она. Я рассеянно посмотрел на чашу, что она мне протянула. - Зачем мне это? – недоуменно спросил я. - Я знаю, что тебя мучают мигрени. Неужели ты не хочешь, чтобы они прекратились? В еще большем удивлении я взял чашу из ее рук и отхлебнул. - Залпом, - приказала Кассандра. Выпив все разом, я подумал: «Как же она внимательна. Будто слышит и видит каждый мой шаг, будто знает меня лучше, чем я сам». Сложив остаток трав в мешочек, на котором были вышиты с первого взгляда несуразные, но, если приглядеться, явно осмысленные и гармоничные рисунки, она вручила его мне: «Пей каждый четверг с утра. Надеюсь, ты внимательно смотрел и запомнил, как я все делала». Пока она продолжала копаться в травах, я начал изучать содержимое ее полок. Нитки различных цветов и размеров; подушечка с иглами, на которых, если сильно приглядеться, очень мелко и аккуратно, явно сделанные руками мастера, были вырезаны слова; ножи, так же с необыкновенными гравировками; вот медальоны с разными камнями, просто деревянные, железные или же сплетенные из растений; а вот и мешочки, вроде тех, что дала мне Кэс. Я взял в руки один и стал разбираться, что же все-таки на нем нарисовано. Мне удалось распознать оленя, бегущего от волка, луну, которую окружало свечение разных цветов, деревья, что склонились над младенцем, лежавшим прямо в траве. Отложив этот мешочек, я взял в руки другой, с рисунками какими-то более неразборчивыми, вышитые строчки были острыми и небрежными. Я начал разбираться. Вот, судя по всему, солнце, земля и луна. Если я правильно понял, то в той точке земли, где мы находимся, должен быть закат. Планеты эти находились над головой, которую… пронзал меч? Человек, истекающий кровью, был с тремя глазами: тот, что на лбу отсутствовал, остальные, обычные, закрыты. На другой стороне мешочка был человек в плаще, из примечательного – в руках он держал глаз и куда-то шел. От мешочка пахло довольно необычно, и мне захотелось его раскрыть и посмотреть содержимое, но Кассандра резко одернула меня. - Не открывай, глупец, - процедила она, взглянув на меня яростным взглядом, в котором, казалось, не отражается свет. Взяв из моих рук мешочек, она задумчиво покрутила его, будто убеждаясь, что с ним все в порядке, а потом вдруг поднесла к моему лицу и с наставлением сказала, - Этот сбор, - она еще раз показательно тряхнула его, - Предназначен для тех, в чьем сознании я не хотела бы оставить следы своего присутствия, - затянув веревочки потуже, она убрала мешочек обратно на полку, - А ты, как ни странно, к этим людям не относишься. Так же быстро, как вспыхнула, Кассандра изменилась в настроении и вернулась в свое обыкновенное доброжелательное состояние, подошла ближе и уложила свои руки на мои плечи. - Милый Луис, - прошептал ее нежный голосок, - Ты еще нужен мне. Мы слились в поцелуе, и дурманящий запах ладана, который исходил от ее тела, уволок меня куда-то далеко.