Рациональные люди

      Ген стоял чуть в стороне, наблюдая, как команда Сенку оживленно обсуждает странное послание. Обычное молчание радиоволны было нарушено лишь одним повторяющимся словом: "Почему". На первый взгляд, ничего особенного — просто короткий сигнал, но Ген будто чувствовал, что за ним скрывается нечто большее. Взгляд его метался от одного лица к другому, но никто, кроме него, не казался встревоженным.       Сенку, как обычно, был полон энергии и любопытства, его глаза горели, словно перед ним открывалась новая загадка, которую только ему и предстояло разгадать. Он набрасывал идеи на ходу, играя с разными гипотезами, будто это была просто очередная задача по химии или физике. Хром и Рюсуй задавали вопросы, поддерживая эту атмосферу научного азарта, но Ген чувствовал, что это "Почему" было не просто вопросом — это было что-то большее, что-то, чего наука не могла объяснить так просто. Наконец, не выдержав, он сделал шаг вперёд:       — Слушайте, а вам не кажется, что это "Почему" звучит как-то... жутковато? — Ген подался вперед, понизив голос. — Как будто кто-то там, наверху, посмотрел на нас и разочаровался.       — О, начинается, — Сенку закатил глаза. — Сейчас Ген расскажет нам про высшие силы и божественное возмездие.       — Смейся-смейся, — Ген хитро прищурился. — Но что, если окаменение — это действительно наказание? За всё, что человечество натворило?       — Ага, и конечно, тебя это особенно беспокоит, — Сенку усмехнулся. — Знаешь, это типичные мысли тех, кто боится отвечать за свои собственные поступки. Обычно самые ярые грешники боятся бога больше всех. Неужели совесть замучила?       — Я просто рассматриваю все варианты. В отличие от некоторых, кто видит только формулы и реакции.       — Потому что формулы работают, — Сенку постучал пальцем по виску. — А твои теории о высшем суде больше похожи на попытку переложить ответственность.       — Ладно-ладно, — Ген примирительно поднял руки. — Но согласись, что "Почему" — это не просто вопрос. Это... претензия.       — Единственная претензия здесь - к твоей паранойе, — фыркнул Сенку. — Давай лучше займемся делом, пока ты не начал искать знамения в расположении звёзд.       — Ну хорошо, гений, — Ген развел руками. — Тогда объясни мне, как твоя наука ответит на этот вопрос? Почему именно "Почему"?       — Десять миллиардов процентов, нужно доверять фактам, — Сенку скрестил руки на груди. — И первым фактом будет то, что кто-то на другом конце провода задал вопрос. Значит, у нас есть шанс получить ответы. И знаешь что? Это "Почему" — единственный вопрос, который имеет смысл.       — Что ты имеешь в виду? — Ген подался вперёд, уловив перемену в его тоне.       — Подумай сам, — Сенку прищурился. — Мы очнулись в мире, где всё человечество превратилось в камень. Первая реакция — "как это произошло?", "кто это сделал?". Но это вопросы выживших. А "Почему" — это вопрос того, кто уже знает ответы на них.       — И что нас ждет в будущем... — тихо добавил Ген, впервые за разговор становясь действительно серьезным.       — Именно, — Сенку кивнул. — Кто бы ни был на том конце провода, он не спрашивает "как". Он спрашивает "почему". И это...       — Пугает больше любых моих теорий о высшем суде. Или, — Ген вдруг оживился, — они наблюдают за нами с самого начала. Следят, как мы развиваемся, на что способны...       — Опять ты за своё, — Сенку закатил глаза. — Следят за нами? Серьёзно?       — А что? Может, это эксперимент!       Социальный! — Ген явно увлекся собственной теорией. — Представь: кто-то хочет посмотреть, как человечество будет развиваться с нуля...       — То есть теперь мы уже не божий суд, а подопытные крысы? — Сенку усмехнулся. — Ты определись уже.       — Ну извини, что пытаюсь мыслить шире твоих пробирок.       — Шире не значит бредовее, — парировал Сенку. — У нас есть факты, давай от них и...              Рюсуй, наблюдавший за спором, наконец вмешался, хлопнув в ладоши:       — Так-так, парни, давайте успокоимся! — он широко улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку. — Может, отложим теории заговора?       Хром, стоявший рядом, рассмеялся:       — Не обращайте внимания, это нормально. Сейчас поспорят и что-нибудь придумают.       — О да, — Рюсуй подмигнул. — Сенку, спасибо за мозговой штурм, это было... познавательно. А тебе, Ген, — он поклонился, — отдельное спасибо за то, что теперь никто из нас не сможет уснуть. Я уже представляю, как буду всю ночь вздрагивать от каждого шороха.       Ген улыбнулся.       — Раз уж не спать, то всем вместе.       Рюсуй кивнул и вернулся к своему капитанскому тону:       — Ладно, шутки в сторону. У нас есть план, и надо двигаться дальше. Юкио?       Юкио, молча наблюдавший за всем этим представлением, просто кивнул:       — Согласен.       Сенку бросил быстрый взгляд на Гена, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение:       — Что ж, продолжаем.       Команда вернулась к работе, хотя каждый из них знал - этот странный сигнал и его "Почему" еще долго будут преследовать их в мыслях.

***

      Ген сидел на ящиках, погруженный в свои мысли о странном сигнале, когда заметил Рин. Она таскала коробки с чем-то, то и дело спотыкаясь под их тяжестью.       — Эй, ты чего там надрываешься? — окликнул он её. — Брось, сядь. Тут такое творится, а ты коробки таскаешь. Какой теперь смысл в этих коробках.       — А что такого творится? — Рин опустила очередной ящик и вопросительно посмотрела на Гена. — Подумаешь, сигнал.       — Конец света близится, — протянул Ген драматично, — Таинственные послания из ниоткуда! Может, это пришельцы? Или древнее проклятие? Или...       Рин рассмеялась, наконец оставив свои коробки:       — Сенку также себя ведёт сейчас?       — Не сравнивай меня с ним! — Ген отмахнулся. — Я гораздо изобретательнее в своих теориях.       Рин хмыкнула и присела рядом.       — "Подумаешь, сигнал"? — передразнил Ген уже серьёзнее. — Хром вон до сих пор в шоке, Рюсуй третий час твердит про инопланетян, а ты такая спокойная.       Рин пожала плечами, пытаясь устроить неудобную коробку поудобнее:       — Ну, пока же только один сигнал, да и морзянка простая... не о чем волноваться.       Она осеклась на полуслове, вдруг осознав, что сказала. Коробка в её руках опасно накренилась.       — Морзянка? — Ген медленно повернул голову. — А откуда ты знаешь, что это морзянка?       — Я... — Рин поспешно опустила коробку. — Сенку говорил...       — Нет, — Ген покачал головой. — Сенку не говорил. Он вообще не упоминал азбуку Морзе при тебе.       Рин одернула рукав:       — Значит, кто-то другой сказал.       — Значит, кто-то другой, — эхом отозвался Ген. Он уже улыбался во все зубы. — Ох, Рин, Рин... И откуда столько познаний? И я даже не про Морзе.       — Да ничего особенного, — она небрежно пожала плечами. — Просто наслушалась всех этих разговоров.       — Наслушалась? — Ген чуть склонил голову набок, продолжая улыбаться.       "Интересно," — подумал он, — "либо она очень умело врёт, либо... либо что-то гораздо сложнее."       — Ген, — Рин вдруг рассмеялась, — ты так смотришь, будто я только что призналась в краже.       — Разве? — он изобразил невинное удивление. — Просто пытаюсь понять, почему ты...       — Почему я что? — она подхватила коробку. — Знаю какие-то слова? Или почему не падаю в обморок от каждого нового изобретения Сенку?       "А она хороша," — отметил Ген. — "Переводит разговор, обесценивает подозрения..."       — Ладно, мне пора, — Рин направилась к выходу. — Дела не ждут.       — Конечно-конечно, — протянул Ген ей вслед.       Он смотрел, как она уходит — слишком ровная спина, слишком четкие шаги. Нет, определенно что-то здесь не так.