Рациональные люди

      Сенку шагал по тропинке к лаборатории, позвякивая склянками в одной руке и придерживая мешок с материалами в другой. С каждым шагом он ловил себя на мысли, что заранее знает: через минуту-другую он встретит Рин. Как и вчера, и позавчера, и, кажется, бесконечное количество дней до этого. Он не планировал этого, но эта встреча каким-то образом превратилась в константу его дня – нечто столь же неизбежное, как рассвет, и столь же необходимое, как... он не задумываться.       Тропа вилась через поле, где послеполуденное солнце золотило верхушки трав. Приближаясь к привычному месту встречи, Сенку поймал себя на том, что его дыхание стало глубже, а шаг – чуть медленнее. Увидев знакомый силуэт впереди – девушку с сумкой через плечо и волосами, рассыпавшимися по спине, – он почувствовал, как уголки губ сами собой приподнимаются в улыбке.       Рин, заметив его, слегка замедлила шаг. Солнечные лучи искрились в её волосах, а ветер играл с непослушными прядями. Когда они поравнялись, Сенку, не меняя темпа, произнес с деланной небрежностью:       — Если ты продолжишь так регулярно попадаться мне на пути, я начну подозревать некий заговор.       Рин усмехнулась, качнув головой:       — Забавно слышать это от человека, который каждый день выбирает именно эту тропу, — парировала она. — Кто из нас за кем на самом деле следит?       Сенку приподнял бровь, изучая её с притворной подозрительностью:       — Чистое совпадение, — заявил он, перехватывая склянки поудобнее. — Просто твой график подозрительно точно совпадает с моим.       Они пошли рядом, подстраиваясь под шаг друг друга так естественно, словно годами практиковались в этом танце. Рин чувствовала, как что-то теплое разливается внутри – ничего общего с послеполуденным солнцем – и незаметно растягивала слова, словно пытаясь удержать момент подольше.       — Как продвигается работа? — спросила она, надеясь услышать больше, чем обычные два слова.       — Как и всегда – слишком много идей, слишком мало времени, — он пожал плечами, но его тон стал чуть мягче. — Новые конструкции, старые проблемы...       Рин кивнула, затем неожиданно произнесла:       — Лучше поторопиться с работами. Через пару дней пойдет снег.       Сенку недоверчиво прищурился:       — Снег? Сейчас? Рановато.       Рин указала на горизонт:       — Видишь, как закат становится матовым к горизонту, почти бледно-розовым? И эти дымчатые полосы вдали? — Она говорила с тихой уверенностью человека, читающего книгу, которую другие даже не замечают. — Когда яркие краски тускнеют раньше времени, это всегда к похолоданию.       — Неужели? — Сенку усмехнулся, но без насмешки. — Наш метеоролог-любитель решил меня напугать зимой?       Рин только фыркнула в ответ, но продолжила:       — И ветер изменился – стал холоднее, хотя солнце по-прежнему теплое. Даже волны звучат иначе – тише, с шипением, будто что-то давит на них сверху.       Сенку поднял взгляд на небо, задумчиво изучая описанные ею признаки. После паузы он наклонился чуть ближе:       — Знаешь, ты можешь быть права. Бледнеющий закат и эти полосы действительно указывают на растущую влажность в атмосфере – больше частиц, рассеивающих свет под иным углом. А смена ветра... — он кивнул собственным мыслям, — говорит о смещении давления. Похоже, холодный фронт действительно приближается.       Он повернулся к ней с искренним восхищением:       — Это почти научный подход.       Рин смущенно улыбнулась, отводя взгляд.       — Когда живёшь здесь всю жизнь, поневоле начинаешь замечать мелочи, — она прикусила губу. — Или я просто слишком много думаю о всяком...       Сенку смотрел на неё с новым интересом, словно открывая неожиданную грань:       — Это не "просто мысли", — произнес он с неожиданной теплотой. — У тебя отличная наблюдательность.       Тропинка вывела их к развилке, где им предстояло разойтись. Сумерки уже окутывали лес, наполняя воздух вечерней прохладой. Сенку остановился и, с шутливой серьезностью, произнес:       — Если завтра снова встречу тебя на том же месте, придется брать с собой охрану, — он слегка наклонил голову. — Слишком много совпадений для одной тропинки.       Рин ответила лукавой улыбкой:       — Учту предупреждение, — она помедлила, словно хотела добавить что-то, но передумала и просто махнула рукой.       — До завтра, — бросил Сенку через плечо, уходя по своей тропе, позволив себе лишь один короткий взгляд назад.       Рин стояла, провожая его глазами, пока не затихли шаги. В груди теплилось тихое ожидание завтрашней встречи.

***

      Снег обрушился на лагерь внезапно и беспощадно. Ранним утром небо затянуло серой пеленой, а вскоре первые робкие снежинки превратились в настоящий белый шторм. За час земля скрылась под толстым слоем снега, а ветер завывал, словно празднуя свою победу над летом.       Лагерь превратился в муравейник: люди укрепляли палатки, спасали инструменты, прокладывали тропинки в растущих сугробах. Сенку, подняв воротник до ушей, пробирался через снежную пелену к знакомой фигуре. Холодные хлопья атаковали его лицо, но он упрямо шёл вперёд, пока не оказался рядом с Рин.       — И это ты называла "пойдёт снег"? — он обвёл рукой пространство вокруг, где белая масса уже достигала колен. — Да это полномасштабное вторжение.       Рин рассмеялась, стряхивая белые шапки с плеч:       — Я предсказала снег, а не его количество, — она подтянула шарф выше. — Признаю, природа решила превзойти мои ожидания.       Сенку смахнул снег с волос, щурясь от белизны вокруг:       — Что ж, теперь мы точно знаем, что твой "холодный фронт" оказался ледяным, — он оглядел засыпанный лагерь. — Придётся перекроить весь план: укрытия для инструментов, обогрев для палаток, защита корабля...       Рин легонько хлопнула его по плечу:       — Ничего, как-нибудь справишься.       — Спасибо за бесценную поддержку, — фыркнул Сенку.       День, начавшийся с паники, постепенно превратился в нечто неожиданное. Снегопад, нарушивший все планы, принёс с собой странную лёгкость. Работа стала игрой: люди смеялись, расчищая сугробы, перебрасывались шутками и снежками. Дети визжали от восторга, устраивая снежные бои, а взрослые, поддавшись общему настроению, делились историями о зимах из прошлой жизни.       Внезапно Сенку замер посреди всеобщей суеты, словно его поразила молния. Глаза расширились, и он, развернувшись на месте, бросился к Рюсую, едва не поскользнувшись на утоптанном снегу.       — Рюсуй! — его голос прорезал снежную тишину. — Мне срочно нужна слюда! Нужно идти в горы.       Рюсуй обернулся с таким выражением, которое могло бы заставить снежинки развернуться и улететь обратно в небо. Он тяжело вздохнул:       — Сенку, ты издеваешься? Весь лагерь погребён под снегом, а тебе вдруг понадобилась слюда?       — Гениальная идея не выбирает время, — Сенку виновато развёл руками. — И, признаться, я не ожидал, что наш метеоролог окажется настолько прав.       — Ради всего святого, — Рюсуй закатил глаза. — Сначала мы спасём то, что уже имеем, а потом будем искать твою слюду. Договорились?       — По рукам, — кивнул Сенку.       — Ладно, — Рюсуй усмехнулся, оглядывая белое царство вокруг, — если бы не твои безумные идеи, жизнь была бы скучнее.       — Ни продохнуть, ни передохнуть, — согласился Сенку, стряхивая снег с волос.       Возвращаясь к спасению оборудования, Сенку мельком глянул в сторону другой части лагеря и тут же пожалел об этом. Рин стояла там, смеясь с Минами, и почему-то эта обычная сцена остановила его.       "Катастрофа," — подумал Сенку, ощущая странное тепло где-то в районе грудной клетки, совершенно не соответствующее окружающей температуре.       "Или всё-таки простуда?" — попытался он убедить себя, но даже для гения самообман был слишком очевидным. Простуда не заставляет человека выстраивать свой маршрут так, чтобы "случайно" столкнуться с определённым человеком каждый день в одно и то же время.       Сенку качнул головой, непрошеные мысли из головы. Он вернулся к работе, старательно игнорируя тот факт, что замечает, как она тоже подстраивает эти встречи.       "Да, определённо катастрофа," — заключил он с неожиданной для себя улыбкой.