Свет из глубин Бездны.

*** — Это кто у нас тут такой красивый? — прелестная девочка приподнимает уголок жалкой тряпки, под которой он прятался. Продрогший до костей, худющий от голода, обессиленный и... — Ну ты и чумазый! — смеется нежданная гостья. — Как звать-то тебя, прекрасный незнакомец со свалки? Мальчик вздрагивает и неловко бормочет: — Джек... Она, вся такая сияющая... В белоснежном платье. С темно-кедровыми волосами. С глазами цвета алой зари. И с такой необыкновенной улыбкой... Словно это дитя видело всю жестокость и несоответствие этого мира, но умела смотреть сквозь них... — Какое простенькое имечко! — хохочет она. — Ладно, сойдет! Мне нравится. А вот я — Лейси. Лейси Баскервилль! — Лейси... — повторяет новый знакомый все еще как-то ошеломленно. — Что занесло тебя в наши края, Лейси?.. — Пффф! Я сбежала. Поссорилась со своим братом. И теперь никуда не вернусь, пока он передо мной не извинится! А ты? — Ммм... А я здесь живу... — тянет как-то стесненно, опуская глаза вниз. Оборванец. Жалкое посмешище на обочине жизни. Брошенный. Обреченный на смерть. Грязный, замерзший и никому не нужный... Золотистые волосы давно спутались и безнадежно испачкались. Когда-то ясные изумрудные глаза теперь были мутными, покрасневшими. Под ними — темные круги вперемешку с царапинами и синяками. Все черты болезненно обострены, из-за чего любая одежка свободно болтается на нем как на кукле. — Бедненький ты. — хмыкает девочка, однако в глазах ее вместо привычной жалости что-то другое. Что-то куда более решительное. — Совсем не знаешь этот мир. Думаешь, ты должен продолжать сидеть здесь, только потому что кто-то тебя здесь оставил? М? Пошли-ка со мной. Я тебя научу! — с готовностью протягивает руку своему новому другу. — Если ты хочешь есть, но карманы пусты — укради и ешь сколько влезет! Если ты хорош собой — улыбайся, миленьким больше дадут! Используй все, что у тебя есть! Вгрызись в эту жизнь и не отпускай ее! Понял?! Ну, ты идешь?! Джек с изумлением слушает такую простую истину, которая в то же время кажется такой немыслимой. "Укради? Улыбайся? Вгрызись?" Это все точно адресовано сейчас ему? Жалкому существу, умирающему в трущобах без крыши над головой? — Ну так что, ты идешь?! — повторяет девочка еще громче, требовательно потрясая рукой в воздухе. Джек сглатывает. Это почти ощутимо больно, так давно горло не смачивалось водой... — Ты хочешь жить? Видеть этот прекрасный мир? Или хочешь стать его жертвой, а? Мальчишка, наконец, не в силах больше сдерживаться от такого очевидного, такого внезапно предложенного ему спасения. Руки соединяются. Теплота, мягкость, уверенность словно передается ему от девчонки через это прикосновение с каждой секундой... И, вот, она уже куда-то тащит его. В мир, выглядящий теперь совсем другим. Мир, в котором есть надежда... *** Чуть позже, когда эти двое остались наедине, девушка нарочито недовольно стучит веером по голове рыжеволосого паренька. — Ты что несёшь, Ру? Какая война? Совсем одурел?! Возмутитель спокойствия оборачивается. — Ах, не война?! А кто каждый раз?!.. — немая пауза, за время которой на лице проносится гамма самых разных эмоций. — А кто взял и, без малейшего предупреждения..?! Стрелой в сердце! — Ты все насчет моего замужества? — она неловко смеется. — Уж прости, дорогой. Но кто постоянно на меня дулся? — Дулся, говоришь?! — Ходил с кислой миной! — Пффф! — Спорил с каждым словом! — А кто постоянно, постоянно так и норовил нарушить мои стройные рассуждения?! Кто постоянно вмешивался в мои дела?! Лез под руку?! Чтобы в конечном счете взять и... — Ну, знаешь, ты же говорил всегда: "Ненавижу эту девчонку!". — гордо задрав нос, привычным жестом обмахивается веером. Парень рычит как раненый зверь и в бессилии опускает руки: — Да черт побери! Ты же прекрасно знаешь, ЧТО я хотел сказать! Она лишь пожимает плечами: — Что хотел ты уже сказал. Кто мешал тебе сказать "свое самое сокровенное" на несколько месяцев раньше? На несколько дней? Но, нет, ты абсолютный трус, когда надо действовать напрямую... — в чрезвычайно спокойном голосе все же проскальзывают нотки обиды. — Не смотри на меня так! — приглушенно добавляет, понуро отводя глаза. — Вдобавок, теперь все будут думать, что мы враждуем. — А разве тебе есть дело до того, что они будут думать?! Пусть думают, что хотят! Ты же знаешь... — берет её руку и прижимает к своей груди. — Это — твоё. — Что ты несёшь... — девчонка вздыхает, но руку и не думает убирать. — Ру... Какой же ты все-таки неисправимый идиот... — Я бы в любом случае зашёл. — ухмыляется он, бережно сжав ее запястье в своих ладонях. — Уж, прости, лучшего повода не придумалось. Мальчишки, они такие. Пока вы, девчонки, играете в куклы, мы играем в войну... — Но я-то не хочу играть с тобой в войну... — А ты не бойся. Это будет самая прелестная война, какую мир только видывал! И... Шерил. Плевать я хотел на твое замужество. Ты моя и только моя! – в глазах такой знакомый огонь упрямства. Вот уж кто точно не сдастся никогда. — Поостерегся бы... А то лишние уши у стен вырастают иногда, знаешь... — Плевать! Я докажу это тебе в нашей пламенной войне! И я не отступлюсь! Девушка, как-то даже умиляясь, трепет своего пылкого приятеля по волосам: — Какой же ты... — Именно такой! *** — Уже уходишь? — Джек растерянно рассматривает богатых господ в красных плащах, обступивших его новую знакомую. — Ага. — вздыхает девчонка, разводя руками. — Меня нашли. К тому же братик передал свои извинения... — делает паузу, в глазах едва ощутимая тоска — Боишься остаться один?.. Мальчик молчит, не в силах ответить. Так и хочется протянуть руку да ухватить ее за край платья. "Не исчезай... Не исчезай, пожалуйста! Ты ведь спасла меня! Дала мне смысл! Как теперь я буду без тебя..." Девчонка, недолго думая, снимает со своего уха сережку и протягивает ему. — Держи. Эта вещица дорого стоит. Можешь продать ее — тогда еды тебе хватит на всю зиму. — бережно вкладывает свой презент в его руку. — Ну, а можешь по ней найти меня! — подмигивает и указывает пальцем на точно такую же сережку в своем ухе. — Выберешь сам, что с ней делать. Это мой прощальный тебе подарок! Прекрасная новая знакомая уже собирается уходить, когда Джек бросается за ней следом: — Лейси! Лейси Баскервилль! Я обязательно тебя найду! Чего бы мне это не стоило! — эти слова звучат так отчаянно. Так искренне он прижимает руку к груди, словно клянется ей здесь и сейчас своим собственным сердцем, своей жизнью и всем, что у него есть. Девочка чувствует эту великую решимость в мальчишеском хрупком голосе. До чего же потешно! Хочется засмеяться, но сердце почему-то сжимается, пропуская удар. Неужели действительно найдет? Он, единственный, это чумазое недоразумение, прорвется из сияющего внешнего мира к ней, во тьму Баскервилльского замка? Лейси прикусывает губу и машет ему в ответ: — Обязательно найди меня, Джек! "Слышишь?! Джек! Обязательно спаси меня!" Его глаза сияют самой беззаветной искренностью: — Найду! Во что бы то ни стало! Даже если это будет невозможно!