Да какая к чёрту прошлая жизнь?!

– Даочжан, мне приснился ужасный сон. Я делал ужасные вещи. Убил кучу людей и тебя убил. Точнее ты убил себя сам, но в этом была только моя вина… Таких атак как в кабинете Вэй Усяня с ним больше не случалось, а вот сны – хоть их и стало меньше – до конца не исчезли. Каждый раз, просыпаясь в темноте, он будто снова был там: в похоронном доме, обнимая безжизненное тело. Несколько секунд ужаса до того, как реальность вернётся. Нет, он в квартире Синчэня, сам он горячий и живой. Сюэ Ян часто плачет в такие ночи. Тихо, стараясь не разбудить. – А-Ян, Сюэ Ян, успокойся, всё хорошо, – перебил его Синчэнь. Голос Сюэ Яна дрожал всё больше с каждым сказанным словом. Кажется, он задыхается в своей вине. Слышать своё имя из уст этого человека было до сих пор невозможно тяжело. Сегодня была особенно тяжёлая ночь. – Ты же понимаешь, что не делал ничего из этого. Ты замечательный, и я люблю тебя. А ты меня. И ничего это не изменит, – мягко уговаривал Синчэнь. Замечательный… Сюэ Ян сам не понимал, зачем он говорит всё это. Снова ищет прощения и отпущения грехов? Хотел услышать как Сяо Синчэнь сам скажет, что всё в прошлом. Что он не держит зла. Что настоящий Сюэ Ян – это не Сюэ Чэнмэй из прошлого… – Расскажешь про сон? Рассказать... Как же давно хочется просто рассказать. В их жизни всё наконец спокойно и мирно. Они впервые по-честному вместе и счастливы. Почти по-честному. – Я попробую, – он немного успокаивается. Синчэнь ложится обратно, устраивает Сюэ Яна на своей тёплой груди, укрывая сверху одеялом. Гладит по голове и спине, помогая расслабиться. Сюэ Ян выдохнул, слушая размеренный стук сердца под собой, закрыл глаза и начал историю, длиною в жизнь: – Ты спустился с безымянной горы, когда тебе было семнадцать…