Чертов аристократ

- Профессор, я отказываюсь быть старостой, - Гермиона, казалось, уже целый час торчала в кабинете профессора МакГонагалл и твердила одну и ту же фразу. - Мисс Грейнджер, я вам еще раз повторяю, это решение профессора Дамблдора, я не вправе изменить его, - МакГонагалл строго посмотрела на гриффиндорку, - или еще раз повторить? Я надеюсь, вы, как уже староста со стажем, сможете донести до мистера Малфоя, что входит в ваши обязанности перед школой? Гермиона прикрыла глаза и уставилась на угол стола: - Постараюсь. Все тщетно. МакГонагалл не хочет понять ее. Хотя, возможно, судя по ее выражению лица, и понимает. Но она права - это решение Дамблдора. Пойти к нему? И что сказать? «Профессор Дамблдор, я отказываюсь быть старостой, потому что вы назначили Малфоя?» Глупо. Детский сад, ей-богу. - Ладно, профессор, я пойду. - Всего доброго, мисс Грейнджер, - МакГонагалл оторвалась от своих работ и кивнула Гермионе, едва заметно улыбнувшись. Идти никуда не хотелось. Делать ничего не хотелось. Похоже, это один из тех немногих случаев, когда Гермиона потерпела свое поражение. Что ж, придется смириться с такой ситуацией. Или нет? Она шла по коридору, углубившись в свои мысли, смотря себе куда-то под ноги и разглядывая каменный пол. - Совсем слепая, ты, дура? Черт. Подняла глаза. Ну конечно, надо же быть на самом деле такой дурой, сразу наткнулась на их шайку, чуть не врезалась в спину этому хорьку, который резко развернулся, отчего Гермиона отшатнулась на несколько метров. Губы слизеринца растянулись в его традиционной мерзкой ухмылке: - Она не дура, Блейз. Гораздо хуже. Что ты тут забыла, грязнокровка? – опять, опять эти серые глаза, прожигающие душу, но теперь они опасно близко, даже на таком неблизком расстоянии. - Я… я ничего не забыла, а шла мимо, - Гермиона старалась говорить четко и уверенно, чтобы скрыть… Что это? Волнение? Страх? Вероятно… Именно, она боялась его. Не было ее незаменимой поддержки рядом, не было Гарри и Рона, которые в любую секунду могли заступиться за нее и двинуть в челюсть или в нос обидчику. - Ну тогда проваливай отсюда, живо! – Забини скривил такую гримасу, будто в коридоре стояла дикая вонь. Она переборола себя и ничего не ответила. Прошла мимо, гордо вздернув голову. Правильно. Правильно поступила. Сказала – было бы в тысячу раз хуже. Ничего, она подождет его в гостиной старост, просто скажет то, что нужно делать, не обращая внимания на его реакцию, и со спокойной совестью отправится спать. Но прежде. Четвертый этаж. Конечно, библиотека. Она манила ее. Только здесь Гермиона чувствовала себя в своей тарелке. Да, уж кто-кто, а она бы здесь поселилась до конца своей жизни. Для нее именно здесь царили умиротворение и покой. Тишина, полумрак, старинные лампы… и тысячи, десятки, сотни тысяч книг. Мерлин, на любой вкус и цвет. Шелест страниц, запах старой бумаги, эта пыль на книгах и полках… Она могла сидеть здесь часами, а возможно, даже и сутками, с головой погружаясь в чтение и не замечая ничего вокруг. Вот именно, не замечая… Проторчала здесь почти три часа. Гермиона закрыла книгу, предварительно подложив закладку, и убрала ее к себе в сумку. Вот сейчас. Сейчас она зайдет, скажет ему и все. А что сказать? Как сказать? Гермиона шла в башню старост, стараясь чуть ли не наизусть выучить заранее заготовленные фразы. Вот уже знакомый портрет со средних лет женщиной в черном платье. - Прошу вас, пароль? – пропела она. - Magnus Vigus. Картина открылась, пропуская девушку в гостиную старост. Почему здесь так жарко? Просто страшная духота. Гостиная была небольшой, но весьма уютной. Естественно, никакие гостиные факультетов даже не шли в сравнение с этой. Аккуратно сложенный камин, спокойные бежевые тона только добавляли комфорта. Напротив камина – большой диван, «на котором можно развалиться и ни о чем не думать», как окрестил его Рон. По обе стороны от камина располагались спальни: слева старосты мальчиков, справа – старосты девочек. Множество картин на стенах, красивые шторы на окнах, фотографии старост… А из окна открывался потрясающий вид на школу и ее окрестности. Романтика да и только. Камин был основательно затоплен. Видимо, Дамблдор позаботился о своих старостах и приказал эльфам, чтобы мистер Малфой и мисс Грейнджер ни в коем случае не мерзли. Мистер Малфой… Черт его дери, где он? Где этот заносчивый придурок? ___________________ - Драко, перестань, - шепнула Пэнси, сидя на его коленях и зарываясь одной рукой в его шелковистые волосы, - имей совесть. Они сидели, как обычно, в гостиной Слизерина. Это уже несомненно стало традицией – собираться здесь по приезду вечером, чтобы отметить очередное начало учебного года за бутылочкой-другой огневиски. - Да, Драко, имей совесть, вы здесь не одни, - протянул Забини, пародируя Пэнси. - Заткнись, Блейз! - Драко отдернул руку от уже наполовину оголенного бедра Паркинсон, чтобы хлопнуть своего дружка по спине, и ухмыльнулся, - Не завидуй. - Я вообще даже не думал об этом! Давай-ка лучше принеси огневиски, а то спать уже скоро… Дамблдор – идиот. Надо же было додуматься поставить первым предметом зелья с этими придурками… - Блейз закатил глаза и поморщился. - Да-а, и не говори, - Малфой аккуратно подхватил Пэнси под колени и посадил на диван, - что может быть хуже… - он встал и подошел к сумке с огневиски в углу гостиной, - меня только при одном виде этой золотой троицы уже блевать тянет. Давай не будем сейчас об этом. Вскоре к ним присоединились Гойл и Нотт, которые притащили еще несколько бутылок. У Пэнси округлились глаза: - Парни, вам плохо не станет? - Нет, Пэнси, ты что, это же всего лишь огневиски! – заржал Блейз. - Да уж не скажи, всего лишь, - вклинился Гойл, - Драко, ты должен помнить, как тогда нажрался Крэбб, в прошлом году, чуть ли не до чертиков. Три дня потом на занятиях не было, в больничном крыле валялся. Драко лишь фыркнул. Да, конечно, он отлично помнил. Сначала был Рождественский бал, потом они как обычно, Драко с Пэнси, Блейз, Нотт и Крэбб с Гойлом, завалились в гостиную своего факультета с целью продолжить банкет. Вот тогда Крэбб был в ударе. Алкоголь даже в небольшом количестве делает его неуправляемым и не отвечающим за свои поступки. И что-то они тогда обсуждали… Ах, да. Конечно. У Крэбба появилась новая девушка. Если ее вообще можно было назвать девушкой… На полголовы выше него, полная, старше его на два года, правда, внешне они были очень и очень похожи, будто специально созданы друг для друга. Вот тогда Малфой неудачно пошутил в отношении нее, а Крэбб, который был уже явно не в себе, раскачиваясь в разные стороны, как хрупкое деревце во время шторма, двинулся с кулаками на Малфоя. И зря. Очень даже зря. ___________________ Где этот ублюдок? Гермиона оторвалась от книги и взглянула на большие маятниковые часы рядом с камином. Мерлинова борода! Первый час ночи! Ради него она сейчас сидит в гостиной и ждет его, как дура? Нет, конечно, она ведь опять зачиталась, книга интересная… Малфой… Может, он уже на радостях забыл, что он староста и сидит там у себя. Ах, да, конечно, наверняка отмечают его назначение, как она сразу не догадалась… Лишь бы им найти повод выпить. Гермиона хлопнула себя по лбу. Хорошо, она поговорит с ним завтра. Благо только с завтрашнего дня начнется и ежедневное патрулирование, и вся прочая дребедень. Завтра. Захлопнула книгу и положила на стол. Пора расслабиться и принять ванну, выкинуть из головы все произошедшее за сегодня. А день ведь на самом деле был переполнен событиями: ранним утром всех разбудил ор миссис Уизли: «Рональд, а я думала, ты еще с вечера все сложил! Сейчас же поднимайся и собирайся немедленно!». После была истерика а-ля «Вы не успеете на поезд», за двадцать с хвостом минут они домчались до вокзала, а потом неслись, как ненормальные, по платформе, и чуть ли уже не на ходу запрыгивая в Экспресс. Но все эти события в сумме даже не шли ни в какое сравнение с самым главным в этот день и наверно самым тупым событием в ее жизни: мало того, что МакГонагалл так и не нашла ей замену, хотя Гермиона и очень просила ее об этом, это еще полбеды. Но как она умудрилась воткнуть самого Драко Малфоя на место старосты школы – вот это просто никак не укладывалось в ее голове, логика в этом отсутствовала напрочь. А еще и эти мерзкие глаза, в которых можно утонуть, захлебнуться, умереть… Они сжигали, морозили, манили, но только для того, чтобы убить… Жестоко и беспощадно. Гермиона вновь и вновь перематывала все эти моменты, уже лежа в теплой кровати. Клонило в сон. Черт с ним. Будет новый день, наполненный новыми событиями. А сейчас расслабься и спи. Она почти задремала, когда услышала тяжелые шаги в гостиной, щелчок двери, видимо, его спальни – и тишина. Пришел. За стенкой. Она перевернулась на другой бок, пряча лицо в подушку и укрывая голову одеялом. Чертов аристократ.