Он и Она

Молодые люди говорят уже более двух часов. После литературной паузы беседа, удачно закрутившись, не прекращалась. Набережная наполнилась звонким девичьим и приглушённым мужским смехом. Юнги всё ещё не знал имени своей спутницы, как и она его. Но это не мешало им общаться так, словно они знакомы кучу лет. Они обсудили литературу, музыку, историю и даже политику. Говорить с ней было легко, молчать — комфортно, смеяться — приятно. При этом, Юнги почти ничего не узнал о ней самой, кроме национальности. Возраст он прикинул навскидку. Выглядит она лет так на десять младше него, да и сама обмолвилась, что учится в университете. В российском или парижском — неизвестно. Знакомые незнакомцы всё говорили и говорили, а минуты всё бежали и бежали. И настойчиво приближалась ночь. Как бы Юнги не хотел, но их время подходит к концу, уступая место разлуке. — Ну что ж, время позднее. Наверное, ты уже хочешь домой. — проговорил Юнги, неловко хлопая ладонями по карманам джинсов. — Да, ты прав. Я бы уже вернулась. — Где ты живёшь? Я вызову такси. — он уже разблокировал телефон, чтобы открыть нужное приложение, но она ответила: — Не стоит. Я остановилась в отеле. Недалеко отсюда. Юнги внутренне обрадовался представшей возможности побыть с брюнеткой ещё немного. В последний раз у него такое чувство было… Да хрен знает, когда. Обычно это его пытаются задержать подольше, а не наоборот. — Тогда, позволь, я провожу тебя. Девушкам не стоит гулять по ночам в одиночку. Она не ответила. Лишь обхватила ладонью его локоть и направилась в нужную сторону. Мин слегка улыбнулся, чтобы она не заметила. Ему понравился её жест. Брюнетка сама по себе была достаточно высокой, а каблуки прибавляли её росту сантиметров семь, не меньше. Из-за чего сейчас она была наравне с мужчиной, если не выше. — Ты давно в Париже? — спросил он после недолгого молчания. — Неделю. Скоро вернусь в Москву. — Скучаешь по дому? — Невероятно. — искренне ответила брюнетка. — Я ведь очень люблю Россию. Такой, какая она есть: тусклой, холодной и суровой. Это ведь необъятная страна. Не просто большая — огромная. И такая…родная. Немногим дано познать её красоту. — Понимаю, — улыбнулся Юнги. — Я тоже люблю Корею. Особенно Тэгу. Это мой родной город. — Тэгу, — тягуче повторила девица, будто пробуя это слово на вкус. — Никогда не слышала об этом городе. — Советую тебе однажды побывать в моей стране. — А тебе — в России. — Я был там однажды, — выпалил Мин, не подумав, и мысленно врезал себе по лицу. Ну и как он теперь объяснит ей цель своего визита в Москву? Скажет ей: «Просто я мембер известной на весь мир корейской группы, и в Москву приезжал с концертом»? Идиот. Девушка удивлённо округлила глаза а-ля «был в России и молчал всё это время?!»: — Шутишь?! Мужчина замялся. Уже хотел было ляпнуть неуверенное «да» и перевести всё в шутку. Но понял, что она бы сразу раскусила его на лжи. Юнги не хотел ей врать, это было бы слишком невежливо. Тем более, он сам виноват в том, что не удержал язык за зубами. Но и правду сказать тоже не мог. «Безвыходных ситуаций не существует!» — говорили они… Мин нервно выдохнул и ответил: — Да, в Москве. Приезжал туда…с семьёй. Я был очень молод, но я запомнил, как красиво было на Красной площади. Молодец какой. Хорошо выкрутился — и не соврал, и лишнего не сболтнул. Всё-таки формула «недоговорить≠обмануть» работает безотказно. Юнги перевёл взгляд на спутницу. Девушка смотрела на него пристально, словно заподозрила что-то неладное. Нервничая, он уже приготовился к расспросам, но брюнетка лишь улыбнулась и произнесла: — Здорово. Тогда я обязательно слетаю в твой Тэгу. Пронесло. Это даже удивительно. Она какая-то подозрительно понимающая и ненавязчивая. Но всё-таки Мин заметно расслабился и облегчённо улыбнулся. Затем оглянулся, увидел свой отель и произнёс: — О, мы дошли до моего отеля. А ты где остановилась? — Ты про этот говоришь? — она пальчиком указала на здание. И мужчина кивнул в подтверждение. — Ха, это и мой отель. Они оба застыли в приятном удивлении и рассмеялись. Да нет, этого не может быть. Судьба не может посылать такие совпадения. В конце концов, Мин не такой уж и везунчик по жизни. — Это… офигеть — истерично хохотнул Юнги. — Так и знала, что ты следил за мной, — пошутила девушка и улыбнулась. — Ну что? Пригласишь к себе? Надеюсь, у тебя люкс.

___

Номер у Юнги и правда был люксовым. Брюнетка ахнула от восхищения, когда оказалась в просторной светлой комнате с панорамными окнами и невероятно огромной кроватью. — Выпьем чего-нибудь? — поинтересовался мужчина, заставив оторваться от разглядывания интерьера. — Я бы не отказалась от мартини. — ответила девушка и, заметив дверь, ведущую в лоджию, добавила, — Хочу на балконе. Тёплый ветер приятно щекотал ноги и играл с волосами. Юнги разлил алкоголь по бокалам, ей — мартини, а себе — виски. На столике лежали нарезанные фрукты и закуски, любезно предоставленные девушкой-официантом. — За знаком… — начал Мин, поднимая бокал, но вспомнил, что они так и не познакомились, поэтому исправился, — За встречу. — За встречу, — вторила ему девушка и легонько стукнула своим бокалом о его. Напиток обжёг горло, и она поспешила заесть его кусочком банана. Брюнетка вообще-то легко пьянела. Ей достаточно пару бокальчиков, чтобы градус ударил в голову. К тому же, спиртное она уже давно не пила. Юнги о чём-то увлечённо говорил. Кажется, рассказывал какой-то смешной случай, что приключился с ним пару лет назад. Но девушка не вникала. Она вслушивалась лишь его низкий, глубокий голос и любовалась красивым профилем, позволяя своим глазам впервые посмотреть на него с восхищением, а губам — грустно улыбаться. Мужчина выглядит молодо, но едва заметные морщинки выдают его возраст. Он старше её лет на десять. Хотя это даже не чувствуется. Она всегда любила мужчин постарше. Девичья фантазия разыгрывается всё больше с каждым его смешком или облизыванием губ. А его пальцы — длинные и худые — красиво и изящно обхватывают бокал, иногда поглаживая стеклянные стенки. Девушке часто моргает, пытаясь согнать внезапно появившееся возбуждение. Она встаёт со стула и подходит к ограждению, глубоко вдыхая свежий ночной воздух. Мин поднимается следом. Она разворачивается лицом к мужчине, опираясь руками на перила позади. А Юнги становится рядом. — Знаешь, я…очень испугалась того мужчину у кафе. — зачем-то вспомнила брюнетка. — Прежде со мной такого не случалась, и я правда думала, что всё плохо закончится. — И всё-таки ты нашла в себе силы прогнать этого придурка. Даже мне было страшно от твоего тона, — усмехнулся Юнги, и девушка улыбнулась тоже. Лишь на секунду уголки губ дёрнулись вверх и ту же опустились, а глаза глядели со смущённым желанием. Она увела взгляд вниз, обнаружив, как близко они стоят друг к другу, но быстро вернула его обратно. Её сердце забилось часто, а дыхание стало неровным. Ей так захотелось сейчас произнести его имя. Но он не называл своего имени. Поэтому она беспомощно смотрела в его глаза и тяжело дышала. А Юнги словно понял без слов. Легко прикоснулся к обнажённому женскому плечу, проведя пальцем дорожку до ключицы. И не заметив сопротивления, поцеловал. Они целовались так, словно это был не первый их поцелуй — спокойно, мягко, не настойчиво. Так обычно целуются люди, которые уже длительное время состоят в отношениях. Терпкий вкус алкоголя смешался на языках, что играючи переплетались между собой. Девушка убрала руки с перил, потянувшись ими к мужской шее, когда Мин отстранился, прерывая поцелуй. — Я прошу прощения за… — Замолчи-и… — она всё-таки исполнила желаемое, вновь притягивая мужчину к себе. Юнги, не отрываясь от женских губ, аккуратно разворачивается и медленно подталкивает девушку ко входу в комнату. Когда она ягодицами чувствует край стола, Мин подхватывает её и усаживает на стол, оказываясь между её бёдер. С растрепавшимися волосами, опухшими губами, сбитым дыханием и разведёнными ногами, она выглядит как падший ангел. И всё равно прекрасный. Мин мягко целует тонкую шею, параллельно опуская лямки платья, чтобы обнажить небольшую аккуратную грудь. Губами спускается к розовым соскам, чмокая, а рукой ведёт по женской ноге, приближаясь к промежности. Ласкает через ткань кружевного белья, освобождая мелодичный стон из её груди. Наигравшись с грудью, мужчина отстраняется, и девушка, наконец, снимает с него футболку. Проводит рукой по белоснежному телу и, подавшись вперёд, оставляет короткие поцелуи на крепкой груди. Её сердце стучит так бешено, но, к счастью, Юнги не слышит этого. Мин опускает её на пол и разворачивает к себе спиной. Он задирает платье и стягивает вниз намокшие трусики. Расстёгивает ширинку своих широких джинсов, высвобождая до невозможности твёрдый член. На мгновение брюнетке кажется, что выглядит это так, словно мужчина готовится поиметь дешёвую проститутку. Но все мысли исчезают из головы, когда она чувствует нежный поцелуй на плече и плавный толчок. Она точно не знает, но вряд ли с проститутками так любезничают. Юнги двигается осторожно, неторопливо иногда сжимая грудь ладонью или целуя изящную спину. Она опирается локтями о столешницу, красиво стонет, лаская мужской слух, и умоляет ускориться. Но он не хочет сегодня быть грубым. Она для него — ангел, с которым нужно обращаться бережно. Мин, отстранившись, ведёт девушку к кровати. Платье, наконец, соскальзывает со стройного тела. И мужчина полностью освобождает себя от одежды. Брюнетка целует его первая, обнимая за талию. Так нереально приятно соприкасаться обнажёнными телами. Она ладошкой обхватывает его возбуждение и водит по нему рукой. Видит на лице Юнги нескрываемое удовольствие, и внутри просыпается чувство удовлетворения — ей радостно, что он такой из-за неё. А он подхватывает её под ягодицы, обвивая свой пояс женскими ногами. Мужчина смотрит своими тёмными глазами в её большие зелёные, обрамлённые длинными ресницами, оставляет лёгкий укус на ключице и вставляет член в узкое лоно. Она крепко держится за мужские плечи, тяжело выдыхая в чужие губы. А Юнги, придерживая её за молочные бёдра, небыстро приподнимает и опускает. Девушке кажется, что всё сейчас происходит в темпе «слоу-мо» под романтичную музыку. Она прикрывает глаза на секунду и вновь распахивает, желая увидеть и запомнить каждый момент физической любви их тел. Каким бы выносливым Мин не был, он всё-таки устаёт. Поэтому нагибается и укладывает красавицу на кровать. Она ловко переворачивает его на спину и седлает худые бёдра. Не скачет, как сумасшедшая, но двигается плавно вперёд и назад, создавая приятное для себя трение. Юнги мягко оглаживает её ноги, талию и ягодицы, чувствуя ладонями нежность женской кожи. Затем приподнимается, прижимается к девушке и лицом зарывается в её грудь. Выцеловывает каждый сантиметр, лижет и кусает соски и коротко постанывает от того, как кайфово внутри неё. Он точно соврёт, если скажет, что эта ночь не была лучшей в его жизни. Они ещё даже не закончили, но Юнги уже скучает по ней. Он замечает, как она двигается всё быстрее, и понимает, что ей уже немного осталось. Он начинает толкаться навстречу и снова берёт её губы в плен своих. Чувствует, как она дрожит от настигшего удовольствия и сжимает его в себе. Юнги едва сдерживается, чтобы не кончить прямо сейчас. Дожидается, пока сладкая судорога прекратится, выходит и изливается, пачкая её плоский животик. Мужчина не помнит, когда в последний раз он любил женское тело по-особенному ласково и нежно. Они не торопятся отстраниться друг от друга. Переводят дыхание, оставляя лёгкие поцелуи на губах, щеках, носу и везде, где достают. Мин тянется за салфетками и стирает ими сперму с её тела. Сейчас Юнги очень устал. И она тоже. Он без лишних слов откидывает край одеяла, ложится на спину и тянет девушку на себя. А она кладёт свою голову на его плечо, ладошкой прижимаясь к крепкой груди. — Спокойной ночи, моя Москва. — шепчет в полудрёме Юнги, и она отвечает: — Спокойной ночи, мой Тэгу.

___

Солнечные лучи светят прямо в лицо мужчине, который только что перевернулся на другой бок. Из-за этого он невольно щурится и приоткрывает один глаз. Кажется, сейчас раннее утро. Чёрт, вчера совсем забылось зашторить окна. Но вспоминая причину, Юнги улыбается. Эта девушка — первая, кто осталась в его постели ночью. Первая, с кем он спал, в прямом смысле этого слова. И это, оказывается, классное чувство. Мужчина потирает лицо руками и полностью открывает глаза, надеясь застать её сладкий сон, но на месте брюнетки обнаруживает лишь неприятную пустоту. Мин, приподнимаясь, оглядывается и видит её. Она уже одетая и собранная, обувает босоножки, вероятно, намереваясь уйти. — Уже уходишь? — грустно спрашивает он. Брюнетка вздрагивает, оборачивается к нему и, глядя в глаза, ровным голосом говорит: — Я знаю, кто Вы, — отвечает она, почему-то снова переходя на «вы», — Мин Юнги. Юнги сводит брови. Его собственное имя сейчас показалось ему каким-то чужим и совершенно неправильно прозвучало из её уст. Она произнесла его совсем не так, как хотел бы того он. Сердце гулко забилось в груди, наполняя мужское тело страхом, печалью и разочарованием. — Знала с самого начала, — продолжает она, — с того самого момента, когда увидела, как Вы входите в то кафе. Я хотела признаться в этом вчера. Правда. Но не смогла. И за это я прошу прощения. — она говорит, мысленно умоляя голос не дрожать, а слёзы — не стекать по щекам, — Я ничуть не жалею о времени, проведённом с Вами, и эту ночь никогда не забуду. Я обещаю никому не рассказывать и никогда Вас не искать. И Вы тоже меня не ищите. Внезапно она поклонилась и вновь произнесла: — Спасибо Вам за Ваше творчество. Будьте счастливы и… Прощайте.

___

— А потом она ушла, Чим. — рассказывает Юнги Чимину, находясь в одном из сеульских баров. — Ушла, оставив меня наедине с ноющим чувством где-то здесь, — он прижимает ладонь к сердцу. Пак слушал весь рассказ внимательно, не перебивая и периодически подливая соджу в рюмки. — Сказала не искать её, — усмехнулся Мин, прикрывая лицо руками. — Я же даже имени её не знаю. Она знает обо мне всё. А я — ни-че-го. — он обречённо качает головой. — Это так дерьмово, брат, — отвечает Чимин, подавая другу рюмку. — Чёрт. Я в полном шоке. Даже не знаю, что сам бы сделал. Уверен, ты навсегда запомнишь её. — и опустошив рюмку, добавил, — К чёрту всё. Давай напьёмся. Юнги смотрит на Пака по-доброму, верит в его искренность. И мысленно соглашается с его словами. Он запомнит её навсегда. Вечно будет хранить в сердце её светлый, ангельский образ. То, что произошло с ним, случается раз в хрен-знает-сколько лет. И Мин даже не знает, входит он в число счастливчиков или несчастных. Он абсолютно точно полетит в Россию. Не для того, чтобы найти знакомую незнакомку, но чтобы найти успокоение. А ещё он напишет песню. Пока не решил о чём: о неуловимой любви, о хорошем сексе или о коварных женщинах. Но эта песня станет музыкой его души, которую заполнила и забрала себе Она.