Странная у вас дружба

— А потом мы вернулись в деревню. — закончив очередной отчёт Тоновари, Нетейам устало выдохнул. — Хорошо, на сегодня можешь идти — Одобрительно кивнул Меткаийнец и направился в глубь палатки, где сидел Аонунг, которого шипя, лечила мать. Рифовый На'Ви сидел смирно, хотя и без вооружённого глаза, можно было понять, как нелегко это ему приходится. Но в любой попытке, хоть как ссутулить спину, сразу получал ударом по ней хвостом. Нетейам кивнул сначала Ронал, а потом другу, задержав взгляд на его синих глазах, всего на секунду дольше положенного. И, вышел из палатки, направляясь к себе домой.

***

— Не смей меня больше так пугать! — возмутилась Цирея, когда Ронал наконец отпустила сына. — Говоришь прям как он — пробубнил себе под нос, старший брат. — Чего-чего? — не расслышав, наклонила голову девушка. — Говорю, раз так переживала. Чего не сидела со мной, пока я дохлой рыбешкой валялся? — шутливо спросил Аонунг, трепля волосы сестры. — Ты ещё спрашиваешь? — Тоже шутливо возмутилась Цирея. — Иди попробуй поспорь с Нетейамом, когда он уже что-то решил. — девушка закатила глаза и упала на свою постель. — В смысле? — не понимающе уставился на неё брат. — В самом прямом — Цирея дунула на выбивающуюся из волос прядку. — Он же вцепился в тебя, как Илу в рыбу и сказал, что не отпустит, пока ты не очнешься. — Погоди, так он меня один до берега дотащил? — искренне удивился Аонунг. — Нет, что ты, это я тебя тащила на своей спине. А он так, рядом шёл. — Язвила сестра. — Конечно он, кто ещё-то? И сидел всё рядом с тобой, даже когда я сказала, что с тобой всё в порядке будет. — Цирея устало зевнула. Для неё этот день, тоже был трудным— «Я за него в ответе» — пародировала Нетейама девушка. — «Я никуда не уйду» — и засмеялась. А вот Аонунгу было не до смеха. Почему-то эта открывшаяся правда разлила тепло где-то в области груди. Тот факт, что о нём заботится кто-то, кроме его семьи... Это так странно. Но и приятно. И при этом... Неловко.

***

Вообще, когда Аонунг предлагал эту затею Нетейаму, он не думал, что тот всерьез согласится. И дело не в запретах плавать, нет. Это как раз-таки, со скрипящими зубами, Ронал разрешила. Каким-то чудом, видимо. Просто это далеко. Да и муторно это дело. Но к удивлению морского На'Ви, Нетейам не просто согласился. Его глаза зажглись искренним интересом. Что, конечно, не могло не оставить свой отпечаток в душе Аонунга. Когда Нетейам призывал своего Илу, Аонунг отметил, что получается это у него, весьма не дурно. Тренировки таки не прошли даром, что не могло не радовать. Когда оба всадника были на «своих» Илу(Илу Аонунга всё ещё возилась с малышами, хоть прошёл уже почти месяц), они не сговариваясь нырнули одновременно. Солёная вода привычно обтекла всё тело, давая привычную прохладу. Как же он скучал по таким заплывам. Ощущение свободы и тягучести, что давал океан, не сравнить было не с чем. Разные кораллы и водоросли приветствовали Аонунга в тихом молчании. «Я наконец-то на своём месте» — подумалось ему.

***

Аонунг отметил, что плавать Нетейам стал в разы лучше. Да и воздух за всё это время ему не понадобился. Чему, рифовый На'Ви был безумно рад. Не нужно было останавливаться подолгу, как раньше, чтобы подождать, пока его друг восстановит дыхание. Всё шло своим чередом и выглядело так, как будто так и должно было быть. По этому к месту они добрались даже быстрее, чем планировалось. «Западная бухта» — так называлось это место. Считалось, что здесь и только здесь обитают моллюски с самыми красивыми и крупными, розовыми жемчужинами. Конечно, желающих найти такое сокровище, было не мало. Но сейчас все готовились к «Празднику Первой Волны», да и всё же, пусть это была красивая легенда. Она на то и была просто легендой. Хотя, Аонунг никогда не терял надежду. Ведь даже в его деревне были девушки с такими жемчужинами. Но, по закону обряда, им запрещалось говорить кто их подарил. А юношам строго на строго запрещалось говорить откуда они их взяли. Но, как сказала однажды бабушка Аонунгу: «Если они и существуют, то только в этой бухте» По этому оба На'Ви принялись искать. Сначала было интересно. Искать моллюсков, вскрывать им раковины. Но уже спустя пару часов, это наскучило. Учитывая то, что моллюски попадались редко. А с пригодными жемчужинами(Аонунг умел определять по одному только виду устрицы, какой у неё жемчуг) и то реже. Но, спустя четыре часа поисков, На'Ви нашли на двоих пять штук. Не плохой улов, если так подумать. Учитывая то, что Нетейам обошёл друга в целую жемчужину, на что получил короткое «дуракам всегда везёт», он всё равно гордился собой. Когда плыли обратно, Нетейам к своему удивлению понял, что совершенно не голоден, хоть не ел с утра. Видимо, Аонунг то же: «Заплывём в одно место» — жестами показал он «веди» коротко отжестикулировал На'Ви В душе Аонунга потеплело. Ему безумно нравилось в характере Нетейама именно его покладистость. Кому-то может показаться, что он просто бесхребетный. Но это было далеко не так. В лесном На'Ви сочитались глубокое терпение и холодная твёрдость. В случаи чего, он непременно покажет кто чего стоит. В первые Аонунг это хорошо прочувствовал во время того, как Нетейам встал на защиту сестры. Голос Тейама в тот момент не вызывал ничего кроме желания подчиниться. Такая уверенность удивила Аонунга. А потом ещё и эта драка... Словом, после того случая рифовый На'Ви его правда зауважал. Но по своему. Без едких комментариев Аонунг не был бы Аонунгом. Они снова оказались в каком-то заливе. Только этот был меньше и со всех сторон окружён скалами. По лицу Нетейама, Аонунг понял, что тот недоумевает. Но вслух тот ничего не сказал, спасибо ему за это. Аонунг слез с Илу, отпуская того поплавать. Лесной На'Ви последовал его примеру. И в нетерпении махнул хвостом. Рифовый На'Ви вышел на берег, треся головой, чтобы смахнуть лишнюю воду. Спустя пару минут они оказались в пещере. Аонунг любил это место за его скрытность. Пещера была не видна с любой части залива(нужно было хорошо знать где она, что бы увидеть её среди этих скал), зато из самой пещеры залив был как на ладони. Удобно же. Ты видишь всё и при этом никто не видит тебя. — Часто здесь бываешь? — эхом повторила пещера. — Иногда — пожал плечами Аонунг, ища что-то в песке. — Ага, вот оно! — юноша радостно вильнул хвостом, вытаскивая из песка какую-то плетеную корзину. Нетейам прижал уши, пытаясь скрыть свой интерес. Но тут и без слов было всё понятно. — Я боялся, что с ними что-нибудь случится. — Аонунг протянул корзину другу, давая ему увидеть её содержимое: разные ракушки, пара жемчужин, клыки, обломки раковин. Словом, разные красивые безделушки. И пара верёвок. — Я собирал их на протяжении всего года по такому случаю — хвалебно сказал он. — Будешь делать ожерелье? — неожиданно спросил юноша, смотря на потерянного Нетейама. Праздник Первой Волны — священный день, для рифового племени. В нём участвовали ВСЕ без исключения. Даже самые маленькие дети. Каждый год, в этот день рифовые На'Ви достигшие определённого возраста пробуют оседать Скимвинга, пытаясь стать полноправным воином. Девушки и юноши постарше признаются в любви путём обмены ожерельев. Но и другие На'Ви обмениваются ими в знак дружбы или родства. Танцы и посиделки у костра всю ночь. Потому что в этот момент, эта ночь считается сакральной и священной. А так же заплывы на Илу. Кидание копья. И много других развлечений, что отличают этот день от остальных. Это самый важный праздник в жизни каждого рифового На'Ви. И Нетейам искренне разделял радость своих соплеменников. Он готовился к этому дню и был в предвкушении его. Ему безумно хотелось, чтобы этот день поскорее наступил. И сейчас, сидя с Аонунгом спиной к спине, в этой пещере и плетя ожерелье, он как никогда понимает, как же это волшебно. Пусть у него получается не так хорошо, и рифовый На'Ви то и дело шипит и заставляет переплетать некоторые части. Все это блекло на фоне той радости, что приносил ему этот день. За работой, оба разговорились. «Ты знаешь, я никому никогда не говорил. Но я очень скучаю по дому. Только не обижайся» Болтали о всяком. «Вот еще. Буду я обижаться. Я бы сам, наверное не смог расстаться с океаном» Аонунг уже привык к разговорам с Тейамом. Но всё ещё иногда дивился их непредсказуемости. Как сейчас, например. Нетейам вдруг ни с того ни с сего заявил: — Да ладно тебе, не преувеличивай. Если бы я умер, ты наверное, даже не плакал бы? —Его плечи тряслись с беззвучном смехе. Конечно его друг шутил. Но Аонунг почему то в серьёз напрягся. Он представил. Не просто представил. Он подумал о том, что было бы, если бы Нетейам взаправду умер. Мёртвое тело друга на руках. Без дыхания. Не будет больше его заразительного смеха. Глупых шуток. Сияющих янтарных глаз. И косичек не будет, что так и норовят попасть в глаза. И его тёплых рук не будет. Голос растворится в вечности. И затихнет навсегда. Нетейама больше не будет. Он умер. И такой яркой стала эта картина перед глазами Аонунга. Словно он правда видел смерть своего друга, только не здесь. А где-то в другой жизни. Но ведь это не возможно? Как Нетейам может быть мертв? Кому вообще могло взбрести в голову подобное? Нетейам ведь такой... Такой... Такой живой. Он просто не может быть мёртвым. И с осознанием этого, в душе Аонунга что-то расцвело. Вернее, сначало это нечто упало откуда-то сверху и больно так ударило под дых. И на секунду стало действительно страшно. Но после страха пришла и радость. Радость от того, что в миг всё тут же стало понятно. Правда страх, как оказалось не ушёл. А сменился леденящим ужасом. И всё это произошло буквально за считанные секунды, пока Нетейам ждал ответа. Времени обдумать это всё не было. — Если бы ты тонул — слова родились вперёд мыслей. Аонунг уже не думал. Он просто по привычке продолжал плести ожерелье. И внешне оставался спокойным. — Я бы отдал тебе свои лёгкие, чтобы ты мог дышать — Рифовый На'Ви развернулся, чтобы взглянуть на своего друга, понимая что он только что сказал. Но наткнулся лишь на недоумевающий янтарный взор. Тишина. Секунда. Вторая. Кажется, в это мгновение должно было решиться все. Черты лица Нетейама стали мягче. А уголки губ медленно поползли вверх. Аонунг и не заметил, как сделал тоже самое. Не заметил и то, как они оба одновременно рассмеялись, падая на твёрдую поверхность пещеры. Аонунг никогда не замечал, какая эта пещера сверху. Иногда сменить угол обзора бывает полезным. — Но давай всё же никто из нас не будет умирать? — Донеслось до ушей рифового На'Ви. Чисто интуитивно он почувствовал, как пара янтарных глаз уставились на него в немом вопросе. Но на этот раз, он не ответил на их отклик, всё продолжая смотреть в потолок. — Никто из нас никогда не умрет. — едва слышно сказал Аонунг, блаженно закрывая глаза.

***

И пусть явились они в деревню поздно вечером. Оба были довольные. Сидели у костра тоже вместе. Ая снова уломала Аонунга рассказать легенды малышам. Он конечно поломался для вида. Но все знали, что на самом деле, все эти рассказы он любил. Позже к ним присоединилась ещё и Цирея. С красивым венком в волосах. Старший брат подивился, кто и где, нашёл эти цветы в такое то время? Но самое удивительное было то. Что на браслете Циреи красовался маленький цветочек Футаки Нуктоса. И ведь этот кто-то сплавал за ним в такую даль? Зная, что завтра же он завянет и по сути все это бесполезно? На роль этого «кого-то» в голове рождался лишь один претендент. И точно, Ло'ак подсевший к брату, красовался новый ожерельем с перьями. С перьями, которые очень любила Цирея. Аонунг переглянулся с Нетейамом. Оба поняли всё без слов. Рифовый На'Ви даже удивился своей реакции. Злиться на этого лесного На'Ви не хотелось. Раз уж его выбрала его сестра... То так и быть. До первой ошибки. Конечно же. А потом прибежала Тук. Оглянулась. Нетейам помахал ей рукой. Но к всеобщему удивлению, малышка подбежала не к нему. И встала на ципочки, шепча что-то Аонунгу. Тот сначала внимательно слушал. Потом кивнул. Встал. И оба ушли, как ни в чем не бывало. Сказать что оба брата Салли офигели, ничего не сказать. Но прежде чем кто-либо из них двоих успел сказать что-то вслух, Тук снова прибежала к этой компании(дети до сих пор сидели вокруг старших и слушали игру Аи) и с разбегу обняла сначала Ло'ака и вручила ему браслет. А потом и Нетейама и протянула ему ожерелье. — Я сделала это для вас! — Радостно захлопала в ладоши малышка, видя как братья с интересом изучают подарки. — Аонунг мне совсем немного помогал! — Она посмотрела на подходящего к ней рифового На'Ви. — Это правда, я только объяснил принцип — Трепая волосы девочке, смущённо сказал он. На что получил шуточное шипение от малютки и попытку укусить за руку. — Ракушки подбирала она сама. — малышка гордо закивала. — Ну всё, мне ещё нужно найти Кири! — помахала она рукой братьям. — Ещё увидимся! — Уже на бегу крикнула Тук. Всё это время Нетейам разглядывал подарок. И какой же он был... Чудесный. Сразу чувствовался характер Тук. Красивые ракушки разного размера, изредка прерываемые жемчугом и перышками. Ну просто каша из всего того, что удалось найти. Но почему-то это смотрелось так правильно. Словно всё было на своих местах. Но больше всего Нетейам подивился не этому. На середине ожерелья, там, где голубое и синее перо пересекались и создавали крест, висела маленькая...Розовая жемчужина. Сначала Нетейам подумал, что ему показалось. По этому он долго вглядывался в эту диковинку. А когда пришло осознание...Он с горящими глазами взглянул на Аонунга, который всё это время, как будто ждал его взора. И улыбнулся. Смущённо так. Неуверенно. И друг в свою очередь как будто отзеркалил его улыбку. И оба не знали что сказать. По крайней мере, в голову Нетейама ничего не шло. А как только мысль вот вот должна была родиться, её спугнул басистый голос: — Аонунг, Нетейам. Идите сюда — Тоновари стоял не подолёку в компании Ронал, Джейка и Нейтири и мягко смотрел в сторону ребят. Оба На'Ви инстинктивно подняли уши вверх и тут же направились в сторону вождя. Однако Аонунг все же кивнул сестре и Ае, намекая на то, что он не на долго. Те понимающе кивнули в ответ. — Рад, что смог наконец-то застать вас. — Тоновари искренне улыбнулся. Ронал тоже выглядела расслабленной, насколько это положено беременной На'Ви. Нейтири, стоявшая рядом с ней, мягко кивнула сыну. Старший же Салли остался неизменным. — Спешу сообщить вам новость. — втыкая копьё в песок и операясь на него, сказал вождь. — Прошёл ровно месяц. Ваше наказание больше не имеет силу. — торжественно сказал он. — Вы свободны.