Опасное влечение

      Гермиона Грейнджер знала много. Даже слишком много для того, чтобы продолжать спокойно учиться и закончить последний курс Хогвартса, выпуститься и забыть о том ужасе, который переживала сейчас.               Каждый день казался пыткой, хуже той, которую ей устроила Беллатриса Лестрейндж, сумасшедшая чистокровная волшебница.       На обеде, на ужине и остальных мероприятиях, а также иногда в коридорах, она ловила на себе один и тот же взгляд. Взгляд серых, затуманенных очей. Она знала его прекрасно, чувствовала на себе всем своим существом. И мурашки покрывали её тело с ног до головы, обволакивали своим одеянием, стоило только Драко Малфою появиться на горизонте.       Он смотрел на неё, словно пытался просверлить в ней дыру. Взгляд прожигал её насквозь, отчего желудок Гермионы связывало тугим узлом, а горло саднило, будто она осушила целую бутылку огневиски одним глотком. Девушка готова была поклясться Горгоной, что Малфой странно себя ведёт, особенно в последнее время. То ли он сходил с ума, то ли хотел убить её своим откровенным вниманием.       Ей казалось, что он её преследует. Следит за ней на занятиях, в библиотеке и даже тогда, когда она ходит навестить Хагрида вместе с друзьями. Конечно, про слизеринца она молчала. Иначе, думала, её посчитали бы помешанной или, того хуже, накинулись бы на блондина. Конечно, девушка бы беспокоилась, будь он прежним. Только после тех событий, которые принесла им война, каждый изменился. Даже он.       Малфой, после казни своих родных, разговаривал только с Блейзом Забини, Теодором Ноттом и Пэнси Паркинсон. Он продолжал отпускать колкости, язвить и ухмыляться преподавателям и остальным ученикам, особенно улюлюкать над маглорождёнными, но Гермиона видела, что он стал взрослее.       В его глазах было нечто странное, похожее на страдание в перемешку со страхом. Только бояться ему было нечего. Министерство Магии в последний момент изменило решение в пользу Драко Малфоя и оставило его в живых, что обескуражило абсолютно весь Магический мир. Рита Скитер успела в тот же день выпустить новую серию «Ежедневного пророка», который, как очевидно, был самым обсуждаемым в течение аж четырёх месяцев. Гермиона специально пропустила тот выпуск мимо ушей, настолько ей было противно слышать о том, что её враг оказался спасён.       Противно от того, что теперь каждый день она может случайно на него наткнуться. Мерзко от одного его только вида. Единственное, что её действительно радовало - Малфой молчал. Молчал, когда видел её рядом. Ни сарказма, ни иронии, ни гадких шуточек в её сторону. Да, сначала было прекрасно наслаждаться его отсутствием, но стоило только ему посмотреть на Гермиону, как слизеринец сразу мрачнел и становился хуже Дементора.       Однако, возможно, ей только казалось. Гарри с Роном сначала тоже бурно переживали за встречи с Малфоем, но затем успокоились и приободрили её тем, что тот забыл о их существовании.       Если бы товарищи знали, насколько ей сложно даются данные встречи, она уверена, они бы заставили слизеринца подавиться собственным дерьмом.       И, чего она боялась, было хуже, чем увидеть Боггарта или оказаться за решёткой в Азкабане. Ей было ужасно страшно. Страшно только помыслить, что Малфой, спустя столько времени, осмелиться к ней поступиться. Гермиона была без понятия о том, как бы тогда себя повела, что сказала или, может, развернулась и ушла, только оказаться подальше от странного взгляда, точно пытающегося что-то в ней найти. Или увидеть.       Отвлекало её лишь представление о сдаче предстоящих экзаменов, ведь скоро конец обучения. Оставалось всего два месяца для подготовки, что означало только одно - пора браться за учебники и заканчивать с домашними заданиями. Она пообещала себе, что в последнем учебном семестре Гарри с Роном будут заниматься самостоятельно и, что их команда наконец-то отдохнёт от приключений, которые они постоянно находили.       Собрание профессоров единогласно решило, что отметить выпуск будет прекрасным завершением учебного года. И Гермиона их поддерживала. Можно было выдохнуть и дать всем надежду на светлое будущее, без опасностей и угроз.       Конечно, в их плане был огромный для неё изъян. Вечеринка должна пройти в гостиной Слизерина. В грёбаной гостиной Слизерина, где будет сидеть Малфой и буравить её затылок своим колким взглядом.       А она, как обычно, будет делать вид, что всё в полном порядке. Да, определённо.       И, дай Мерлин, скорый вечер закончится в её пользу. И палочки у каждого останутся при себе.