Сера

      Тема главы: At The Gates — Slaughter Of The Soul       Остров Хоккайдо. Япония       10 февраля 1995 года       Это был тот самый день, когда Артафиндэ начал вовсю постигать азы боевых искусств. Он познакомился через командующего базой, к которой Эрикссон был приписан, генерала Ли Андерсона, с живущим в одиночестве в старом храме неподалёку от города Титосе немолодым мастером, частично китайского происхождения, по имени Луис Одзава, в своё время тренировавшим агентов японской разведки. Андерсон поначалу пытался отговорить эльфа, но Финн всё же решил рискнуть.       Артафиндэ стоял у ступеней старого храма неподалёку от машины, на которой приехали он и Ли, который сейчас общался с Одзавой. Наконец он показался на лестнице, а на его лице красовалась довольно большая ссадина.       — Вы что-то не поделили? — спросил у Андерсона Финн.       — Да так. Дружеский поединок, — отмахнулся тот. — Он берёт тебя в ученики.       — Надо же, — Эрикссон удивился, ведь Ли говорил, что шансы у эльфа невелики. — Почему я?       — Луис уже не молод, — ответил Андерсон. — Людей вроде него в старости ждёт одиночество, что не улучшает их характер, но, по крайней мере, заставляет ценить дружбу. Плюс, у Луиса месяц назад обнаружили неоперабельный рак лёгких. Жить ему осталось в лучшем случае года полтора, так что лови момент.       Финн забрал из багажника «Крузера» свой рюкзак с немногочисленными пожитками и спальный мешок. Ли же взглянул на ступени и вздрогнул:       — Вид этих ступеней до сих пор вгоняет меня в дрожь. Столько вёдер с водой я перетаскал в своё время наверх.       — Ты там объяснишь комиссии, почему меня нет? — спросил у него Эрикссон.       — Ты же не пары в институте прогуливаешь, но да, что-нибудь придумаю, — заявил Андерсон. — И помни, ни сарказма, ни дерзости, хотя бы первые пару месяцев. Постарайся ему понравиться. Если хоть мельком окинешь его недовольным взглядом, он заметит, и тебе несдобровать. А если огрызнёшься, он тебе переломает и шею, и хребет, да так, что ни один травматолог не соберёт, так что на этом всё закончится. Он не очень-то жалует белых и особенно американцев. Да, знаю, ты швед, но гражданство у тебя американское, так что тебе будет нелегко. Впрочем, кто знает? Адиос.       Ли завёл машину и уехал, оставляя Финна одного. Взглянув на лестницу, эльф представил всё то, что ему придётся перетерпеть. Тяжело вздохнув и закинув рюкзак на плечо, он пошёл вверх по лестнице. Храм строили очень давно, и никаких эскалаторов и лифтов, естественно, не было. Такое даже глупо было предполагать, принимая во внимание в том числе и тот факт, что Япония в области технологий была впереди планеты всей.       Зайдя на территорию храма, Артафиндэ увидел самого Луиса Одзаву. Это был уже определённо немолодой седой мужчина с густой седой бородой и такими же длинными волосами, одетый в белое кимоно. Выглядел мастер при этом весьма и весьма бодро, несмотря на то, что был смертельно болен. Он сидел чуть дальше ступенек и медитировал. Эльф ни в коем случае не хотел его тревожить, а потому очень аккуратно положил свои вещи у большого камня. На улице было не очень-то тепло, но Финн оставался в лёгкой кофте, обычных джинсах и футболке с принтом группы «Paradise Lost». Не решаясь начать говорить, пока его не спросят, Эрикссон стоял где-то на расстоянии двадцати шагов от мастера Одзавы и ждал, пока тот к нему обратится. Когда тот открыл глаза, Финн в традиционном японском стиле поприветствовал его на своём ещё далеко не совершенном японском:       — Sensei.       Однако Луис приветствовать Артафиндэ не стал, а сразу принялся распекать его за слабое владение японским:       — Ana tano nihongo ha gen desu. Shi no mimi ha ko re tei masu. Katto oshiri no you ni kyou nde! Shi ga gen tte ru koto o rikai shite i masu ka?       — Hai, — ответил Финн.       — Ana ta ha gengogaku deha na ku, sentou no sukiru o gakubu tame niko ko ni i masu, — надавил на него Одзава. — Sore tomo, ana ta ha sore rano amerikajin no hitoride suka? Ana ta ha eiga ga ka ni tsui te saku ra re tei naika o shiru hitsuyou haa rima sen. Ana ta ga shi o rikai shite i nai nara, shi haana ta o inu no you ni atsukai, ana ta ni sakebi, meirei o atae, bou dea na ta o utsu hitsuyou ga ari masu. Lee Anderson ha kimi no bosu daro? Kare haana ta ga yoi heishi datta toa na ta ha tatakau koto ga de ki ru toitta. Ima, watashitachi ha sore o chekkuauto shima su. Sono rakku ni idou shi, ken o erabu.       Мастер Одзава указал на стоящую неподалёку стойку с катанами. Финн, подавляя в себе всякие эмоции, подошёл к стойке. Мечи в ней не были теми, которыми он пользовался в Арде, но чем-то подобным орудовать ему доводилось, так что опыт у эльфа имелся. Вытащив из зажимов ту катану, что визуально казалась ему привлекательной и достаточно удобной и надёжной, Эрикссон не стал ей махать, как самураи в фильмах Акиры Куросавы, а лишь встал в стойку, держа в правой руке клинок, а левую руку параллельно лезвию. Луис же ничего себе не взял, выходя против эльфа с голыми руками.       — Ana ta ga de ki ru koto o mi te mima shou, — заявил он. — Sukunakutomo ichigeki o utsu you nishite ku dasai. Sore kara shi haana tano maeni ojigi shi, ana ta o masuta to yobi masu.       Финн не мог дать заднюю. Однако при этом он понимал, что его умение обращаться с двуручными мечами здесь и даром не нужно. Против годами отработанной техники мастера Одзавы он вряд ли выстоит, но что-то показать ему надо было, и Эрикссон пошёл в атаку, делая серию скашивающих ударов, но Луис увернулся от лезвия, словно от палки, которой в него тыкает пятилетний мальчик. Быстро обойдя Артафиндэ, Одзава похлопал его по плечу, а тот даже со своей более развитой по сравнению с обычной человеческой реакцией его не заметил. Финн вновь попытался атаковать, но атака снова пошла прахом. Одзава просто остановил руку эльфа и опрокинул его, сделав сальто и приземлившись прямо перед Эрикссоном. Артафиндэ, оттолкнувшись спиной от земли, резко встал, делая колющий удар вперёд, но Луис, подпрыгнув, встал прямо на катану эльфа. Финн был готов держать пари, что выглядел в тот момент как Том из мультсериала «Том и Джерри». Его челюсть отвисла и, если бы могла упасть, то сделала бы это с грохотом.       — Shi no ashi ga yo ku mieru noka? — с издёвкой спросил мастер Одзава и, сделав сальто назад, зарядил Артафиндэ левой ногой прямо в лицо. Приземлившись идеально на ноги, он рассмеялся:       — Shi haana ta ga ken o hoji de ki ru koto ga waka rima suga, soreijou haa rima sen. Mouikkai.       Финн вновь предпринял атаку, нарастив скорость, но и в этот раз неудачно. Перехватив руку эльфа, Луис отобрал у него катану и ударил его локтем в грудь, и тот, не удержав равновесие, упал на растущие позади деревья.       — Soreha ta dano fumeiyo desu. Ninjutsu no sukiru ha mochi tte i nai, — вновь с издёвкой бросил мастер Одзава. Финн понял, что мастер явно пытается его спровоцировать, но не поддавался эмоциям, хотя характерная для нолдор горячность, оставшаяся в сердце, требовала обратного. Луиса это и забавляло, и радовало.       — Shi ga naoshi masu, sensei, — сказал Артафиндэ, отряхнув волосы от осыпавшейся на него грязи.       — Ii e, shi ha sore o shuusei shima su, — помотал головой Луис, бросив катану к стойке, и та попала идеально в своё место. — Asu kara toreningu o kaishi shima su.       Финн тяжело вздохнул и зарылся руками в волосы. Ближайшие полгода обещали быть очень тяжёлыми.

***

      Лос-Анджелес. Штат Калифорния       В этот же день       Артанис прибыла на стрельбище. Она регулярно его посещала, чтобы поддерживать навыки на высоком уровне и просто снять стресс после рабочей недели. Одета эльфийка была в уже ставший уже классическим для неё чёрный костюм-тройку. Нисса очень любила этот образ, а потому имела несколько комплектов такой одежды.       Подойдя к стойке и надев защитные наушники, она закрепила мишень на держателе лебёдки и выставила её на среднюю длину, после чего достала из кобуры пистолет, прицелилась и спустила курок. Прогремел выстрел, и пуля угодила точно в цель. Артанис продолжила стрелять, укладывая одну пулю за другой в районе головы нарисованного на листе для мишени человека. Выпустив всю обойму, эльфийка опустила пистолет.       — Кучно стреляешь, — послышался со стороны входа голос Роба Келлера, звучавший с лёгкой усмешкой.       — Это разве плохо? — наигранно удивилась Нисса. — Вроде кто-то говорил, что так и надо.       — Да я просто шуткую, — рассмеялся Роб. — Давай-ка я тоже проверюсь.       С этими словами Келлер также закрепил мишень и выставил её на тот же уровень, что и Артанис, после чего достал свой пистолет и пять раз выстрелил. Пули, как и у Эрикссон, попали в цель, однако разброс у них был больше, чем у эльфийки.       — Ну как? — спросил Роберт.       — Неплохо, — пожала плечами Нисса, не зная, что ответить.       — Неплохо? — с лёгкой обидой усмехнулся Келлер. — Да я о такой точности, когда сюда только пришёл, мог только мечтать.       — Обычно люди в таком возрасте мечтают о новой машине или новом доме, — решила поддеть его Артанис, меняя магазин в своём пистолете.       — Будь ты в том возрасте, в котором был я, когда пришёл в Щ.И.Т., ты бы могла правильно оценить, о чём мечтают люди? — поинтересовался Роб, убрав пистолет в кобуру.       — Когда я была в таком возрасте, люди об одном мечтали — научиться огонь добывать, — пошутила эльфийка. Она сообразила, что без самоиронии в этом мире не выжить, а потому оттачивала собственное остроумие, дабы в нужный момент умело посмеяться над собой и разрядить обстановку. И шутка сработала, ибо Келлер начал посмеиваться. Он был одним из немногих, кто знал об истинном происхождении Артанис, а потому шутка сработала.       Вдруг в сумке, которую Нисса оставила на столе позади, послышался звук звонящего телефона.       — Зов природы, — эльфийка развела руками и, подойдя к столу, вытащила телефон и ответила на звонок:       — Щ.И.Т. Агент Эрикссон слушает.       — «Здравствуйте, агент Эрикссон», — послышался с той стороны голос Артафиндэ.       — Торонья, ты что ли? — удивлённо-радостным голосом спросила его сестра.       — «А ты кого ждала? Санта-Клауса?» — ёрничал Финн. — «Ну как ты там? Чем занимаешься?»       — С тобой вот говорю, — ответила Артанис. — Если ты о веселье, то нет. Пока, на удивление, всё тихо. Сейчас в тире.       — «И как успехи?» — спросил Артафиндэ.       — Ты же знаешь, торонья. У меня глаз-алмаз, — рассмеялась Нисса. — И, предвосхищая твой вопрос, скажу: нет, с пистолетом под подушкой я не сплю. Он рядом на тумбочке лежит.       — «Да я же не пытаюсь выставить тебя параноиком», — оправдался эльф. — «Я бы даже советовал тебе с оружием не расставаться».       — А я и не расстаюсь, — ответила эльфийка. — Регламент не позволяет. Ты где сейчас?       — «Да где-то на Хоккайдо», — ответил Финн. — «Слушай, я долго говорить не могу. Зарядить телефон негде, так что я буду его отключать. Меня не теряй. Со мной всё хорошо».       — Ты хоть звони иногда, — попросила Нисса.       — «Обязательно», — сказал старший Эрикссон. — «И Клинту привет передавай».       — Конечно, торонья, — отозвалась младшая Эрикссон. — Не скучай там.       Финн повесил трубку, и Нисса убрала телефон в сумку.       — Всё хотел спросить, — обратился к ней Келлер. — Что значит это слово? «Торонья». Ты Финна постоянно им называешь.       — Это «брат» на нашем родном языке, — пояснила Артанис. — Привычка с детства.       Роб свёл губы в понимающем жесте и решил переключить разговор на демонстрацию:       — Смотри, что могу.       Эрикссон засмеялась.       — По статистике, пятьдесят процентов несчастных случаев происходят после фразы: «Смотри, как я могу», — сквозь смех пошутила она. — Остальные пятьдесят происходят после фразы: «Смотри, как надо».       — Не, это исключение из правил, — Келлер покачал головой, оценив шутку, и подошёл к стойке. — Сейчас реально крутую штуку покажу.       Он прицепил мишень к устройству и выставил её на дальность чуть выше среднего. Приготовившись, Роб резко выхватил из своей нательной кобуры пистолет и сделал одиночный выстрел. Артанис разглядела, что он попал точно в голову. Келлер запустил лебёдку, и мишень подтянулась к стойке. На месте лба красовалось одинокое пулевое отверстие.       — Неплохо, да? — довольно спросил Роберт. Однако Нисса на это лишь выдала тихий смешок и, запустив лебёдку, отвела мишень на самую дальнюю дистанцию из возможных. После этого эльфийка, встав на место Келлера, мгновенно извлекла из кобуры пистолет и открыла огонь. Сделав семь выстрелов, Артанис опустила оружие и включила лебёдку, притягивая мишень к стойке. На месте головы красовалось «нарисованное» выстрелами лицо, причём так, что попадание Келлера было носом, а отверстия, оставленные Эрикссон, были глазами и ртом, растянутым в улыбке. Роб с уязвлённым выражением лица взглянул на мишень и снял её с крепежей.       — День смеха, — убирая пистолет в кобуру и прикрывая её пиджаком, добила его Артанис окончательно и, поправив галстук, забрала свою сумку со стола, после чего направилась к выходу, оставляя Келлера наедине с мишенью, которую он всё ещё держал в руках.

***

      Остров Хоккайдо. Япония       11 февраля 1995 года       Как мастер Одзава и обещал, тренировки начались на следующий день. И сразу же начались занятия тамэсивари. На площадке были расставлены тренажёры в виде закреплённых на опорах деревянных пластин. Мастер Одзава подошёл к одному из таких и с ходу кулаком пробил деревянную доску насквозь. При этом его кожа на руке даже не ободралась.       — Раз ты теперь мой ученик, то твои руки должны быть сильными, — заявил Луис. — Ты сможешь это повторить?       — Один раз получилось, — ответил Финн. — Но я не уверен.       — Значит, не можешь! — резко бросил Одзава. — А если твой враг в нескольких сантиметрах от тебя? Что тогда сделаешь? Свернёшься в калачик или пробьёшь его насквозь?       Для пущей демонстрации он пробил кулаком ещё одну дыру в доске.       — Приступай! — приказал Артафиндэ Луис, и тот, за неимением альтернативы, поставил руку перпендикулярно доске, и принялся в неё бить.       И так пошёл день за днём, неделя за неделей. Финн бил в доски, таскал вёдра с водой, тягал железо, отжимался, подтягивался, тренировал растяжку, тренировался на палках, мечах и просто на руках. Мастер Одзава говорил, что Эрикссон должен уметь драться всем, что у него под рукой, даже если по факту у него ничего нет. Особенно упор он ставил на всё то же тамэсивари. Это так въелось Артафиндэ в голову, что дважды он просыпался от жуткой боли в обеих руках, ибо он во сне случайно бил в каменную стену.       — Не смотри на то, что ты делаешь, — сказал ему Луис в один из дней тренировок, когда учил Финна блокам и ведению рукопашной схватки. — Чувствуй.       Эльф даже прикрыл глаза, и Одзава отвесил ему оплеуху.       — Почувствовал, — не удержался от шутки Артафиндэ, но мастера это не тронуло.       — Ты должен научиться чувствовать врага, — добавил он. — Если он на большом расстоянии, ты должен приблизить его к себе. Если он слишком близко, ты должен отогнать его на расстояние.       — А если он и близко, и на расстоянии одновременно? — поинтересовался Эрикссон, сразу поняв, что задал глупый вопрос.       — Тогда закрой глаза, пошире открой рот и смотри не обосрись, — соответствующе ответил ему Луис, отвесив ему оплеуху, которую эльф снова пропустил.       — Я запомнил, — сказал он.       От постоянных ударов Финн к вечеру терял подвижность рук. В первый же день во время ужина он не мог взять рис палочками, так как руки постоянно тряслись. Рис сваливался, и эльф рисковал остаться голодным. Он уже было отчаялся и собирался взять рис руками, как вдруг мастер Одзава, абсолютно спокойно ужинавший, это заметил. Забрав у него тарелку и высыпав содержимое на пол, он заявил:       — Если собираешься есть по-собачьи, то жить и спать тоже будешь, как собака. А если хочешь жить по-человечески, то соизволь брать еду палочками.       Луис подвинул Артафиндэ тарелку, и тот дрожащими руками взял палочки. Спустя где-то пять минут попыток эльф наконец-то смог немного взять под контроль руки и зацепить горсть риса палочками. Чтобы осилить всю тарелку, ему потребовался целый час, но Одзава его не торопил. Он видел в глазах ученика упорство и целеустремлённость, которых от него и добивался, бесконечно муштруя Эрикссона.       Постепенно тело Финна становилось крепче, руки сильнее, ноги мощнее, а дух свирепее. Эльф и спал на гвоздях, и держал руки над огнём, и подолгу висел вниз головой. Луис не говорил об этом, но про себя он отмечал, что ему попался крайне способный ученик, схватывающий всё на лету и обучавшийся намного быстрее, чем он сам когда-то.       К середине лета Артафиндэ кулаком спокойно пробивал доски и даже кирпичи. Одзава мог без зазрения совести назвать его мастером, и как-то раз они оба сидели у костра, а Луис играл на фуэ, японской бамбуковой флейте. Закончив играть, он начал рассказывать историю:       — Когда-то давно в Китае, думаю, лет девятьсот назад, священник клана Белого Лотоса Пэй Мэй шёл по дороге, размышляя о том, о чём бы мог размышлять человек, одарённый такой безграничной силой, какой был одарён сам Пэй Мэй. Иными словами, бог знает, о чём он думал. А навстречу ему шёл монах из шаолиньского монастыря. И вот Пэй Мэй в порыве внезапно проявившегося в его душе великодушия кивком приветствовал монаха. Однако ответа он не получил. Быть может, монах просто не заметил его щедрого жеста или же проигнорировал его — по сей день неизвестно. Зато последствия вошли в историю. На следующий день Пэй Мэй пришёл в шаолиньский храм и потребовал голову настоятеля этого монастыря в качестве платы за нанесённое ему оскорбление. Аббат-настоятель пытался утешить Пэй Мэя, но, увы, он был безутешен. Тогда началась великая резня в храме, и все шестьдесят монахов пали от руки Белого Лотоса. Так родилась легенда о Смертельном ударе пятью пальцами, смертельном ударе Пэй Мэя, разрывающем сердце.       — Такой удар существует? — спросил внимательно слушавший его Артафиндэ, обхвативший колени руками.       — Нет, — покачал головой мастер Одзава. — Если верить легенде, Пэй Мэй ударяет тебя пальцами в пять разных точек твоего тела, а потом даёт тебе уйти. Но стоит тебе сделать пять шагов, как твоё сердце разрывается, и ты падаешь замертво. Опять же, если верить легенде.       — Чтобы сделать что-то особенное, нужно поверить, что это что-то особенное, — заявил Эрикссон. — Секрет в том, что его нет.       — А ты очень умён для американского военного, — оценил Луис.       — Я вам не говорил. Да, впрочем, вы и не спрашивали, — решил поведать о своей легенде, выписанной ему Щ.И.Т.ом, эльф. — Я родом из Швеции. Американец я лишь юридически. В действительности я скандинав.       — Вот как, — кивнул мастер Одзава. — Впрочем, это мало что меняет. Андерсон рассказал о твоей истории. Я никогда не сомневался в твоих намерениях, даже если тебе хотелось думать иначе. И я знаю, кто твой враг. Он зовёт себя ТиКей.       — Вы его знаете? — спросил Финн.       — Да, — кивнул Луис. — Он учился у меня. Пришёл ко мне так же, как и ты. Ваша с ним разница в том, что в тебе нет зла, хотя твоя душа темна не меньше.       — Разве тьма не есть зло? — поинтересовался эльф, которому было весьма интересно узнать какие-нибудь детали о ТиКее.       — Вовсе нет, — покачал головой Одзава. — Мы все подвержены тёмным чувствам: ненависти, зависти, злости. Вопрос лишь в том, насколько наше хождение по грани оправдано. В твоём случае, коли тебе улыбается удача в столь неприглядном деле, как возмездие, это не только говорит о том, что бог существует, но и о том, что ты исполняешь его волю.       — Думаете, я благословлён на своё дело? — уточнил у учителя Финн.       — Так и есть, иначе бы ты не попал ко мне, — подтвердил Луис. — ТиКей ведь далеко не всегда таким был. Его настоящее имя Юкихито Фукуда. Он наполовину японец, наполовину китаец. Родился на американской военной базе в Токио, как раз там, где приписан ты. Когда ему было девять, его родители перешли дорогу, пожалуй, самому жестокому боссу якудза — Тоши. Тогда же маленький Юкихито впервые познакомился со смертью, воочию наблюдая то, как подручные Тоши растерзали его отца и мать. Именно в тот момент он поклялся отомстить, и уже спустя два года он свершил свою месть. На счастье Юкихито, Тоши был педофилом и питал страсть к мальчикам его возраста, так что проникнуть к нему в апартаменты последнему из четы Фукуда труда не составило. Он убил Тоши его же мечом. Когда Юкихито исполнилось двадцать, он уже считался одним из лучших наёмных убийц в мире. Но ему было мало, и он пришёл ко мне. Где-то в то время Юкихито и заприметили Десять Колец.       — Почему вы ему не отказали? — спросил Эрикссон.       — На тот момент я об этом не знал, — покачал головой Одзава, опустив опечаленный взгляд. — Когда же узнал, от «Колец» явился их человек и сказал, что если я не закончу начатое, то они убьют всю мою семью. Я натренировал Юкихито.       — Но вашу семью они не отпустили, — догадался Финн. — Почему же вы ему не отомстили?       — Я очень старый человек, полковник Эрикссон, — ответил мастер. — И я умираю. Неоперабельный рак лёгких в последней стадии. Впрочем, ты и так это знаешь. Жить мне осталось немного, так что с семьёй я скоро увижусь. А ты молод, и ТиКей тебе тоже перешёл дорогу. Ты сможешь сделать то, что не удалось сделать мне. В жизни за всё приходится платить, и ты сможешь почувствовать себя жнецом. Призвать к ответу того, кто использовал всё, чему я его научил, во зло.       — Я закончу то, что вы начали, — решительно заявил Артафиндэ, по-настоящему проникнувшись историей и ситуацией учителя. — Я обещаю. ТиКей ответит за всё.