Проблемный линчеватель

Как бы сильно не настаивал Сотриголова, а на домашнее обучение Мидория не перешёл. Потому что прекрасно понимал, что они вдвоем далеко не подготовкой занимались бы. Не сказать, что в его старой школе были рады его видеть. Особенно после такого уникального ареста. Но детектив Тсукаучи убедил школьную администрацию и учителей, что Изуку находился под наблюдением и что ему запрещено устраивать беспорядки. Мидория улучил момент и ввернул, что пока копы прибудут, он мог бы половину класса перебить. После этого детективу пришлось ещё полчаса убеждать всех, что Мидория ничего подобного не сделает, если его не трогать. С большим трудом, но он смог доучиться последние несколько месяцев в школе. В день рекомендательного экзамена Мидория был доставлен в UA с почестями на полицейской машине. Так уж вышло, что они со Стеркой немного заработались (заснули) на отчётах в участке и безбожно опаздывали. У Тсукаучи не осталось другого выбора, кроме как подвезти их. Изуку выскочил из машины, фыркнул на недоуменные взгляды других студентов и поспешил в здание академии. — Эй, не забудь сдать вооружение громкой блондинке! — напомнил ему Аизава. К счастью, Сущий Мик нашелся быстро, так что требования Сотриголовы он быстро выполнил. Студенты перешептывались о нём, но не в первый и не в последний раз. Так что Мидория их проигнорировал и целенаправленно высматривал конкретного ребенка. Как назло тот нашелся перед самим стартом. Поморщившись от досады, Изуку отложил разговор с Тодороки до конца экзамена. Рекомендательный экзамен, точнее практическая его часть, состояла из полосы препятствий. Разумеется, физические причуды доминировали и здесь, но даже так Мидория хорошо показал себя и пришел третьим. На финише он стал свидетелем неловкой агрессии между Тодороки и ещё одним гиперактивным парнем и вздохнул. Да, влияние Старателя очевидно. Пока не стало совсем плохо он подошёл ближе и хлопнул Тодороки по плечу. — Эй, Шото, твой старший брат передавал объятия. Он хочет убедиться, что ваш мудак-старик не угробил вас. — Но Натсуо живёт с нами, — недоуменно сказал тот. — Зачем ему? — Не знаю такого. Меня Тойя попросил, — пожал плечами Изуку. — Тойя-нии? Он жив? — Ага. Так что мне ему сказать? — Ну, все не слишком хорошо. Можно его увидеть? Мидория задумался. Даби не давал ему никаких распоряжений или запретов, так что… — Ты завтра свободен? — спросил Мидория, пока они шли в раздевалку. — Просто он живёт в не самом безопасном месте. Будет лучше, если я провожу тебя. — Хорошо. Они обменялись номерами телефонов и договорились на определенное время. Изуку также оповестил Аизаву и Тсукаучи, чтобы за ним потом не отправили машину с мигалками. Это было бы неловко. Встреча братьев прошла… Незабываемо. Мидория не удержался от подставы для Даби, поэтому не предупредил о своих планах. Так что его лицо, когда к нему в бар вечером заявился Изуку с Шото, за десять секунд сменило множество эмоций от шока до гнева и смущения. В конце концов, Даби швырнул в него пепельницу, наорал, что следовало предупредить, и послал всех ржущих завсегдатаев. А потом он прихватил Шото и ушел с ним в кабинет менеджера. Некоторое время оттуда слышались то крики, то приглушённые разговоры, иногда там явно вспыхивала причуда Даби. Интерес публики зашкаливал, но Мидория никого не подпускал ближе. Он сидел за барной стойкой и курил, когда двое братьев наконец вышли из кабинета. Оба целые, к счастью. Изуку усмехнулся, на что получил в ответ средний палец. — Закончили свое трогательное воссоединение? — спросил он. — Иди в жопу, Тень! — Как раз собирался. Сам своего мелкого домой отведешь, мне пора. А вы, засранцы, — он обернулся к полукриминальному контингенту. — Держите себя в руках. То, что я под надзором героев и буду учиться в чёртовой UA, никак не отменяет моих возможностей надрать вам зад. Лично или через Даби. Усекли? — Да ты чего, шеф, — заныли они. — Мы даже не думали! — Смотрите мне, а то шкуру спущу.

***

Мидория проснулся по будильнику Аизавы в несусветную рань. Сотриголова только что-то пробурчал и прижался к нему сильнее, явно не собираясь вставать в ближайшее время. И это лучший подпольный герой и ответственный преподаватель? Изуку закатил глаза и выбрался из объятий, проигнорировав все возражения. Он поставил завариваться кофе, быстро сходил в душ и начал готовить завтрак. На запах с кухни всё-таки заявился Аизава и первым делом затребовал свой утренний поцелуй. — И как ты раньше никуда не опаздывал? — ехидно спросил Мидория. — Спроси что-нибудь попроще, проблемный ребёнок, — ворчливо сказал Шота. Мидория вздохнул и впихнул Аизаве чашку кофе в руки. По его наблюдениям до первой порции кофеина очень сложно было даже пытаться чего-либо добиться от Сотриголовы. От завтрака Шота привычно пытался откосить, утверждая будто бы ему достаточно его пакетиков желе. Безуспешно, ведь Изуку с садистской ухмылкой покрутил на пальце свою удавку. Идеальное поведение Аизавы в течение следующих пары часов ему было обеспечено. В академию Шота должен был выдвинуться первым из-за небольшого утреннего собрания преподавателей. Мидория схватил его за оружие захвата, заставив нагнуться, и поцеловал. Аизава прижал его к себе плотнее за талию, но инициативу в поцелуе не пытался перехватить, зная, что Изуку это не нравится. Отпустив Аизаву, Мидория позволил тому наконец отправиться в академию, пока он сам продолжал лениво собирать рюкзак. Распределению в класс Сотриголовы Изуку не удивился. Им нужны были гарантии, что его кто-то мог контролировать, а способ не так и важен. Даже если между ними были запретные отношения, на взгляд общества. На что, разумеется, им обоим было плевать с самой Фудзиямы. Так что Мидория целенаправленно искал 1-А класс, надеясь не заблудиться в лабиринтах академии. К счастью, кабинет он нашёл быстро, как и быстро столкнулся со своим невезением. Почему именно с ним в классе должен был оказаться Бакуго? Как его вообще приняли? — Здравствуй! — к нему приближался энергичный одноклассник, делающий странные движения руками. — Моё имя Иида Тенья, я выпускник средней школы Соумей! Как тебя зовут? Не видел тебя на вступительном экзамене. — Мидория Изуку, — без энтузиазма ответил он. — Я поступил по рекомендации. Изуку уловил движение и, бросив взгляд вниз, заметил Аизаву в нелепом спальном мешке. Тот сделал ему знак не мешать, поэтому Мидория не стал акцентировать на этом внимание. К тому же, у него были более очевидные проблемы с Бакуго. — Деку! — привычно орал тот. — Какого чёрта ты здесь забыл?! — Не зови меня так, Бакуго, — вздохнул Мидория. — В следующий раз, когда ты посмеешь, я надеру тебе жопу. — А силенок хватит? Ты просто бесполезный беспричудный слабак! — Мне это никогда не мешало на моей работе, — злобно оскалился Изуку. — Ах да, — Бакуго вскочил со своего места и подошёл ближе. — Это ещё один интересный вопрос. Какого черта они вообще допустили преступника на курс героя? Тебя должны были посадить за линчевательство! — Что?! — послышались со всех сторон удивлённые крики. — Вот только я беспричудный, — рассмеялся Мидория. — А значит по закону я не считаюсь линчевателем, и они не могли выдвинуть обвинения. Мне не могут предъявить абсолютно ничего! — Что за чёрт?! — внезапно закричал парень позади. Как оказалось, он заметил Аизаву, и теперь все остальные обратили на него внимание. — Мидория получает дополнительный балл. Остальные, вам потребовалось восемь минут, чтобы заметить меня, — он поднялся и вытащил из своего спального мешка спортивную форму. — Это неприемлемо. Переоденьтесь в это и выходите на спортплощадку. Изуку только фыркнул и пошел в раздевалку, проигнорировав направленные на него взгляды. На площадке он был первым, ведь не был заинтересован в разных обсуждениях. Аизава уже ждал их, недовольно сверкая глазами из-под чёлки. Мидория усмехнулся и от скуки начал неторопливую разминку. Вряд ли они тут для развлечений. Весь остальной класс собрался в лучшем случае через пятнадцать минут, что Аизава также не оставил без комментария. Как не упустил возможности высказаться о всех возмущениях, что они пропускали церемонию поступления. Ещё большее веселье настало после того, как Шота вызвал Бакуго для демонстрации и объявления теста причуд. Глупые детишки думали, что это просто весёлый тест, но Мидория намного лучше знал своего бойфренда. И тот не разочаровал. Эта его ухмылка и заявление об исключении последнего ученика в списке результатов определённо возымела эффект. Какой-то смельчак заявил, что Аизава не мог этого сделать, и тут Изуку рассмеялся. — Это он-то не сможет? — сквозь смех сказал Изуку. — Вы хоть знаете, кто наш классный руководитель? Аизава Шота среди всех преподавателей геройских школ имеет наивысший процент исключений. В прошлом году он исключил целый класс! Разумеется, после этого атмосфера была весьма напряжённой. Все пытались изо всех сил, но Изуку был немного разочарован. Мало кто пытался изобретательно использовать свою причуду. А ведь он, всего лишь взглянув, уже мог назвать минимум один способ нестандартного использования причуд одноклассников. В таблице результатов он оказался на восьмом месте, ведь в некоторых тестах физические причуды откровенно доминировали. Рядом с ним невысокий парень всё ещё ныл из-за того, как Изуку прошел тест на прыжки в длину, воспользовавшись шарфом Аизавы. Как будто тот запрещал. На последнем месте оказалась девочка с причудой невидимости, а на предпоследнем тот самый коротышка. У него, к слову, оказалась нездоровая тяга к женщинам. — Хагакуре, Минета, — скучающим тоном протянул Аизава. — Вы исключены. Собирайте вещи и идите в приемную директора. — Что?! Почему я тоже? — завопил Минета. — Ты думаешь, что кому-то с твоими наклонностями позволили бы учиться на геройском курсе? — с издевательским смешком спросил Мидория. — Или ты настолько наивен, чтобы думать, будто профессиональный герой не заметил твоих взглядов на девочек и более шести попыток облапать их своими грязными руками? — Это… — Скажи спасибо, что тебя исключили, потому что я бы выбил из тебя все дерьмо. — Изуку, контролируй себя, будь добр, — устало вздохнул Аизава. — Вы можете идти в класс. Первым уроком история, следом английский, после геройская этика. Остальное расписание вам будет выдано в конце учебного дня на классном часу. Изуку, пока я занят, никого не убей. — Только ради тебя, Стерка.

***

Все За Одного был недоволен нынешним положением дел. Гиран был мертв, Изуку давно не жил по указанному в медицинских документах адресу, а Инко проживала в другом городе с каким-то новым ухажером. Она совершенно не интересовалась своим сыном, которого оставила на произвол судьбы, от нее не удалось получить какой-либо информации. В серой зоне никто не собирался сотрудничать с ним, презрительно усмехаясь на все предложения. Многих из его агентов уничтожили на месте, а те кому удавалось вернуться живыми, утверждали, что все на районе безоговорочно выполняли приказы Тени. Судя по всему, этот линчеватель работал не только на героев, но и со злодеями не гнушался контактировать. В некотором смысле Все За Одного гордился тем, что у его сына была подобная власть и репутация. Однако ему не нравилось, что Изуку смел столь нагло выступать против него. А ещё недавно он узнал, что тот учился в академии UA на геройском курсе. Все За Одного планировал вытащить оттуда своего ребенка и направить на правильный путь. — Курогири, все готово к нападению на UA? — спросил он у своего подчинённого. — Остались последние шаги, — ответил тот. — Шигараки Томура решит все в ближайшее время. — Прекрасно. Обязательно захватите Мидорию Изуку. Это даже более важно, чем убийство Всемогущего. Мой наследник должен вернуться ко мне и стать частью нашей организации. — Будет исполнено. К несчастью для него самого, Все За Одного не придал значения словам своего сына о том, что тот не потерпит его на своей территории. И он очень зря забыл о том, что Изуку не простил ему его уход из семьи. Все За Одного был слишком самоуверен из-за собственной силы.

***

На геройской этике Мидория не смог выспаться, в отличие от других уроков. И вовсе не потому, что Аизава преподавал. К сожалению, ему помешали не утихающие сообщения ото многих ребят из серой зоны. И ему не нравилось, что все они сообщали об агентах Все За Одного. Многих из них, разумеется, прикончили, с другими передали ответ Изуку своему придурочному отцу. Но подобная наглость выводила из себя, Мидория с трудом сдерживал злость. На очередном сообщении, на этот раз от Даби, он вздохнул. Внезапно Иида поднялся со своего места, проигнорировав вскинувшего бровь Аизаву. Он обернулся к нему и заявил: — Это неуважительно! Ты мешаешь учебному процессу! — Эй, Стерка, я тебе мешаю? — спросил Изуку у Сотриголовы. — Пока ты не бегаешь по стенам и потолку — делай, что хочешь. — Слышал, очкарик? Я не мешаю. — Но это против правил использовать мобильный телефон во время урока! — Угу, а если Стерке придет срочный вызов, тоже запретишь отвечать? — ехидно спросил Мидория. — Нет, он же герой! У него есть обязанности! — В точку! — Изуку указал на него пальцем на манер пистолета. — А я линчеватель. Мне приходится оперировать множеством информации, я получаю доносы целый день. Ты думаешь, что я собираюсь прекратить спасать людей и предотвращать преступления, потому что я студент? Будь добр, заткнись и не мешай мне работать! Иида в шоке опустился на свое место, а Аизава устало вздохнул. — Проблемный ребёнок, надеюсь, это не что-то настолько же масштабное, как твое последнее расследование? — По сравнению с этим работорговцы сосут. — Лексика, — сделал замечание Стерка. — Ах, прошу прощения. Я выйду, надо поговорить с Тсукаучи. — Тест по темам сдашь в конце недели со всеми. Мидория фыркнул и выскользнул из кабинета. Аизава невозмутимо продолжил вести урок, словно ничего не произошло. Во время дискуссии над одним моментом в геройской деятельности вернулся Мидория и влился в разговор, как будто ничего не пропустил. — Вы что, пошли на геройский курс только ради избиения злодеев причудой? — скептически спросил он, когда некоторые высказались за решение проблемы быстрым и эффективным применением силы. — А если виновник происшествия ребенок с внезапно пробудившейся разрушительной причудой? Его тоже изобьете? На моём районе я бы лично из таких героев дерьмо выбил. — Как со Всемогущего год назад? — со смешком уточнил Сотриголова. — Эй, не вводи их в заблуждение! Это была лишь словесная порка. — Конечно. Именно поэтому он всё ещё боится тебе в глаза посмотреть? — Пошел бы ты, Стерка. — Так я и пойду, — не остался в долгу тот. — Если опустить все грубые высказывания, — дипломатично перевела тему Яойорозу. — Героям нужно уметь быстро оценивать ситуацию. Есть много происшествий, где применение силы излишне. — Верно. Нас ждёт долгая практика в деэскалации длиной в три года. И целый ситуационный тест на третьем году обучения, верно? — Чёрт побери, не взламывай нашу систему, — закатил глаза Аизава. — Но это так. Однако пока вам задание на дом изучить закон о героизме. Мидория, специально для тебя реферат на тему образования этих законов. — Почему ему другое задание?! — возмутились некоторые ученики. — Потому что он знает большую часть законов наизусть и умеет использовать в свою пользу. — Брось, Стерка, ты же не злишься за то, что меня не смогли посадить? — Конечно. Я имел ввиду тот случай, когда ты нагло угрожал нашему подозреваемому. Дай припомнить, вроде как: «Ты знаешь, что если я буду выбивать из тебя показания без причуды, это не будет считаться нападением или превышением полномочий?». — Ах, этот случай. — Учитель, — снова вскочил Иида. — Но это совершенно незаконно! — Прости уж, Иида, — Аизава выглядел усталым. — Но в случае Изуку — законно. Никто не любит беспричудных, что позволяет им делать практически все. Если бы все они были такими же умными, то у нас было бы около пяти процентов от населения безнаказанных преступников. — Эй, не совсем! — вмешался Мидория. — За убийство нас все ещё сажают. Сотриголова только глаза закатил. Классный час посвятили организационным вопросам и представлению. Они получили полное расписание, выбрали старосту класса, которой стала Яойорозу. Хотя нужно было отдать должное Ииде, он действительно пытался. На этом первый день закончился, и все разошлись по домам. Мидория и Аизава ночевали у друг друга через день. Сразу съехаться было как-то слишком, а так была небольшая иллюзия личного пространства. Сегодня они сразу после академии пошли к Сотриголове. Перед визитом к Тсукаучи и вечерним патрулем они немного перекусили, Мидория быстро переоделся в своё снаряжение, и они помчались в участок. Ещё одна черта в Аизаве, которая нравилась Изуку, — тот не задавал лишних вопросов. Несмотря на то, что все эти сообщения посреди урока явно не были хорошим знаком, Сотриголова вполне мог дождаться подробного объяснения в участке. Рациональная экономия времени и нервов. Новости, которые Мидория им озвучил, не понравились ни Тсукаучи, ни Аизаве. Активность Все За Одного не предполагала ничего хорошего для них, да и для общества в целом. Вот только как этому помешать? Двухсотлетний злодей со множеством причуд, который в своё время дал прикурить Всемогущему? Каковы вообще их шансы? Изуку ничем подобным не заморачивался. Пока Тсукаучи пребывал в отчаянии, а Сотриголова задумчиво пил кофе, он составлял план расследования и ликвидации. Об аресте Мидория даже не думал. Все За Одного не только был его ненавистным отцом, но и злодеем мирового уровня. Если они думали, что Тартара будет достаточно для его задержания, то явно плохо знали Вселенское Зло. — Ты подозрительно молчалив сегодня, Тень, — заметил Тсукаучи. — Раздумываю, кто мне больше нужен для убийства старика: хороший снайпер или Шота, — отмахнулся от него Мидория. — Хотя сперва его нужно найти. — Мне нужно напоминать, что он имеет в запасе тысячи причуд и многолетний опыт? — И что? Я не собираюсь рефлексировать по этому поводу. При хорошей подготовке даже его можно убить. — Мы должны его арестовать. — Извини, Тсукаучи, но этого ублюдка Я предпочту грохнуть. Даже если мне за это срок дадут. Условный, ха. Сотриголова фыркнул и закатил глаза. Тсукаучи обречённо застонал, понимая, что его мнение Мидория не собирался учитывать ни при каких обстоятельствах. Что же, если он не мог ни остановить, ни возглавить это безумие, то лучше просто присоединиться к нему. Так он хотя бы мог отслеживать в каком направлении они двигались. Довольная улыбка Мидории говорила о том, что он прекрасно догадался о направлении его мыслей. Тсукаучи мысленно проклял всех известных ему богов и устало спросил: — Так с чего мы начнём, и какими статьями нам это грозит?