Желанный приз

Выбравшись из машины, Порш медленно пошёл вслед за Кинном в дом, почти не слыша собственных шагов и шагов Кинна, не слыша, как барабанит по листьям деревьев недавно начавшийся дождь. Все звуки тонули в его хриплом дыхании и стуке сердца. Порш никак не мог вернуть себе самообладание. Хорошо, что Кинн ничего не замечал. Иначе бросил бы на него один из своих слишком понимающих взглядов. Внезапно Кинн резко остановился, и Порш наткнулся на его спину. Вокруг них стояли телохранители с хмурыми лицами, а Танкхун гневно выкрикивал обвинения и ругательства; даже в сумерках было отчётливо видно его угрожающе перекошенное лицо. Порш напрягся. - Отойдите, - приказал Кинн. Тут вперёд вышел Чан: он, как и все остальные, выглядел измождённым. - Господин Кинн, как вы понимаете, в наших рядах возникло некоторое непонимание ситуации, - ровно сказал Чан. Танкхун, удерживаемый с двух сторон бледными Армом и Полом, выбежал вперёд и, указывая дрожащим пальцем на Порша, в ярости выкрикнул: - Кинн, это его рук дело! Ты прекрасно это знаешь и даже не смей защищать его! Да как ты только посмел, Порш?! Принимаешь человека в семью, оказываешь ему уважение, и вот так он благодарит за хорошее отношение! Сделав паузу, Танкхун отдышался и переждал вновь нахлынувший на него приступ головной боли. Затем продолжил, опять срываясь на крик: - Разве мы все не были добры к тебе, Порш?! Восхуительно просто! Порш, чувствуя вину, опустил взгляд. А Танкхун, между тем, и не думал заканчивать свою драматично обвинительную речь: - Все мы приняли тебя в нашу семью, а ты в это время строил против нас коварные козни! Кинн резко поднял руку. - Кхун, успокойся, - сказал он. - Порш сожалеет. - Сожалеет?! Да неужели, блять! - Танкхун не мог так просто угомониться. - Кхун... - снова начал было Кинн. - Нет, дай ему сказать, Кинн, - перебил его Порш. Танкхун громко фыркнул, испепеляя его взглядом. - Вот что, Кинн, после такого я вправе требовать, чтобы Порш был наказан за свой тупой поступок! - Танкхун перевёл угрюмый взгляд с Порша на Кинна. - Какое бы наказание ты уже ни применил к нему, когда нашёл, мне и всем остальным этого мало! Порш сдержал истерический смешок. Вряд ли Кинн наказывал его, когда целовал в баре. Кинн нахмурился. - Порш никого не убил, и я не дам согласия на его избиение. Танкхун приложил руку к горлу, стараясь побороть ещё и приступ тошноты, и хрипло проговорил: - Я требую не избиения. Неожиданно вперёд вышел Ким и встал рядом с Танкхуном; от слабости он едва держался на ногах. - Пока мы стояли здесь битый час и ждали вас, у нас было достаточно времени всё хорошо обдумать, - серьёзно произнёс Ким. - Да, и мы приняли решение, Кинн, - вызывающе подтвердил Танкхун. - Три дня и три ночи за решёткой в подвале! Толпа телохранителей одобрительно загудела, поддерживая подобное наказание для Порша. - Три дня и три ночи? - усмехнулся Кинн. - Не забывайте, что Порш у нас новенький. Он пока не знает всех наших правил. - Я согласен с приговором, - вдруг твёрдо заявил Порш и вышел вперёд. - Три дня и три ночи в подвале – это самое меньшее, что я заслужил. - Порш... - Кинн растерялся, не зная, как поступить. - Не пытайся меня отговорить, Кинн, - Порш с тревогой вглядывался в лица стоявших вокруг него телохранителей. - Пусть это будет не только наказание, но и... в общем, я прошу вас всех принять это в качестве моего предложения о мире. Со смиренным видом подойдя к Чану, Порш вытянул вперёд руки и позволил символически надеть на себя наручники. Весь гнев Танкхуна и всё недовольство Кима мгновенно испарились. Они и все прочие удивлённо смотрели на Порша и на его скованные руки, пребывая в полном замешательстве. - Что вы смотрите, он согласился! Разве вы не этого хотели? - Кинн избегал смотреть Поршу в глаза. Биг неуверенно взял Порша за плечо и повёл к входу в дом. Остальные последовали за ними. Оказавшись в доме, толпа остановилась, а Биг, Кинн и Порш спустились по ступеням в подвальные помещения, на стенах которых тускло горели светильники. - Сюда, - Биг потянул Порша к небольшой камере. Войдя в мрачную камеру, Порша сразу же невольно пробрала дрожь. Биг, тем временем, осторожно затворил за ним дверь. Лязгнул металлический замок, в замке провернулся ключ. Затем послышался звук удаляющихся шагов, и Биг ушёл. Порш сел на пол, гадая о том, где Кинн. Неужели тот успел уйти так неслышно, что он этого не заметил? И тут Порш догадался, что Кинн продолжает оставаться там, в коридоре. Порш даже услышал, как Кинн вздохнул. - Кинн, - Порш поднялся с пола и подошёл к решётке. Кинн, в самом деле, стоял возле его камеры. Лицо Кинна скрывала темнота. - Зачем ты согласился на их условия, Порш? - раздражённо спросил он. - Я ведь мог всех уговорить. Да приказать, в конце концов! - Нет, - Порш покачал головой. - Сомневаешься во мне? - уточнил Кинн. - Здесь дело вовсе не в моих сомнениях: дело, как я понимаю, идёт о порядках в мафиозной семье, - озвучил Порш свои мысли. - Чёрт, да ты и сам это понимаешь, Кинн, признай! Сегодня я совершил ошибку, а значит, должен понести наказание за свой поступок, если хочу и дальше рассчитывать на защиту всей твоей охраны. А я всё-таки этого хочу. Как представлю, что в следующий раз твои враги могут похитить не меня, а Че... и дурно становится. - Порш... - Кинн снова вздохнул. - Не хмурься, Кинн! - Порш усмехнулся с наигранной бодростью. - Не успеешь оглянуться, как три дня и три ночи пройдут, и я снова буду бесить тебя. Внезапно Кинн просунул руку через щель в решётке камеры и, обхватив голову Порша, приблизил его лицо к себе, а затем поцеловал в губы пылко и страстно. После этого Кинн покинул подвал быстрой решительной походкой. Прислонившись спиной к стене, Порш медленно сполз вниз. Любовь всё же крепче любого алкоголя. Опьянение выветривалось под утро – любовь не отпускала куда дольше. А уж под её воздействием такого можно наворотить, что, придя в себя, замучаешься расхлёбывать последствия. Судя по всему, Поршу именно это и предстояло.

ღღღ

- Что, Кинн, не спится? - Ким подошёл к брату, который неподвижно сидел на стуле возле стены рядом с входом в подвалы. - Порш находится там, - просто сказал Кинн. Ким прислонился плечом к стене рядом с ним. - У меня тоже сна ни в одном глазу, - усмехнулся Ким. - Надеюсь, приступы тошноты и головокружения прошли? - спросил Кинн, быстро оглядев его. - Да. И ярость тоже как рукой сняло, - Ким хитро прищурился, а в глазах у него затанцевали дьявольские искорки. - Я пораскинул мозгами и пришёл к выводу, что это тебя нужно винить в том, что произошло сегодня. Кинн удивлённо поднял на него взгляд. - Меня? И как это понимать? - Если бы ты признался Поршу в своих чувствах, ничего бы не случилось, - убеждённо ответил Ким. Он улыбнулся, а потом, помолчав немного, добавил: - Тебе вообще уже давно надо было так поступить. Подозреваю, что Порш с самого начала завладел твоим сердцем, телом и разумом. Кинн неохотно кивнул, поскольку отрицать очевидное не имело смысла. - Только в обратном порядке, - хмыкнув, поправил он. - Это урок для всех нас, - задумчиво протянул Ким. - Что касается Порша... мы тут посовещались, и все согласились, что одной ночи, проведённой в подвале, с него вполне достаточно. У Кинна словно камень с души свалился. - Вы все так думаете? - спросил он. - Нет, не совсем, - ухмыльнулся Ким. - Но Порче неожиданно проявил такой характер, чуть ли не приперев меня к стенке с просьбой не наказывать сурово его брата... Он не на шутку рассердился. Со мной никто не осмеливался так говорить, Кинн. Кажется, я даже слегка влюбился. И, учитывая, что своя рубашка ближе к телу, я из своих корыстных побуждений уговорил Кхуна проявить к Поршу снисходительность. Кинн не мог поверить своим ушам. Ким всегда одинаково ровно относился ко всем своим фанатам, особо не выделяя никого из них. - Вот как, значит? - в голосе Кинна прозвучало нескрываемое изумление. - С Поршем и Порче определённо нескучно, согласись, - тихо рассмеялся Ким. Кинн мгновенно почувствовал, что дело было не только в том, что в ответ на его откровенность Ким открыл ему свою душу. Он осознал, что произошло что-то важное и значительное. Это было словно прощание с прошлым и в то же самое время – будто новый поворот на жизненном пути. Теперь перед ними обоими открывался новый, более дружественный мир. - Вот и ступай к Порче, - усмехнулся Кинн в ответ, взглянув на брата. - Что ты стоишь тут со мной, не понимаю. - А ты не забудь освободить своего взбалмошного кота из клетки, - с весельем отозвался Ким, уходя.

ღღღ

Порша разбудил чей-то голос, и, открыв глаза, он увидел над собой улыбающееся лицо Пита. - Просыпайся, у нас мало времени, - сообщил телохранитель. - Мало времени? - озадаченно переспросил Порш. Несколько часов он провёл в подвале, и сон, в конце концов, одолел его. Но как теперь мог он проснуться в мягкой постели? - Как это я очутился в своей спальне? - задал Порш закономерный вопрос. - Тебя принёс сюда господин Кинн, - охотно ответил Пит. - Не может быть! - Порш недовольно подскочил на кровати и нахмурился. - Мы же с ним договорились, что я проведу в подвале полный срок наказания, и я думал, что Кинн понял меня. Зря он смягчил наказание, которое я заслужил. - Ты не прав. Это результат достигнутой договорённости... - туманно высказался Пит, всем своим видом давая понять, что в его словах заключён какой-то скрытый смысл. - Договорённости? Но какой и с кем? - не понимал Порш. Пит отмахнулся от его вопросов. - Ну же, поторопись, - проворчал телохранитель. - Господин Кинн приказал разбудить тебя перед тем, как он уедет. - Уедет? Куда? - снова забросал его вопросами Порш. - По делам, - Пит пожал плечами.

ღღღ

Когда Порш нашёл Кинна, тот был не один. Рядом с ним на белоснежном диване сидел какой-то парнишка. Кинн, просматривая что-то с экрана планшета, изредка поглядывал на него и скупо поддерживал разговор. Заметив Порша, Кинн представил ему парня. Оказалось, что это Макао – его кузен, на некоторое время приехавший в семейную резиденцию из частной школы. - А где вы познакомились? - уже спустя несколько минут бесцеремонно спросил Макао у Порша. - На благотворительном аукционе, - коротко ответил Порш, остановившись у окна и небрежно засунув руки в карманы брюк. - Ха-ха, так это правда? - пронзительно рассмеялся Макао. - А я сначала не поверил, когда услышал эту историю от кого-то из охраны. Купить бармена, надо же... И цену заплатить достаточную, а? Поршу дико хотелось огрызнуться на злобно-насмешливые подколки этого мальчишки, но усилием воли он себя сдержал. Главным образом потому, что ещё на праздновании дня рождения Танкхуна узнал от Пита, какой ужас пережил Макао. За одну ночь тот потерял и отца, и брата. По сути, за исключением Макао, побочная семья была вся перебита основной семьёй. Вендетта. Порш не знал всех подробностей, но и этого было достаточно. - А что потом? - продолжил ехидно допытываться Макао. Порш искоса взглянул на Кинна. Тот, казалось, ничего не слышал. - Он купил меня на выходные, - напустив на себя равнодушный вид, ответил Порш. - А потом я выиграл его на выходные. - А что, был ещё один аукцион? - удивился Макао. - Не было. Мы заключили пари и сами договорились друг с другом, - наконец, вмешался Кинн. - И теперь, когда я нашёл такого интересного парня, я никогда его от себя не отпущу. Порш задохнулся от... возмущения? Радости? Непонимания? За одно лишь мгновение он испытал целый спектр разнообразных эмоций. - Да, я ведь такой занятный трофей, - с сарказмом проговорил Порш, намеренно не глядя на Кинна. Вскоре, после ещё парочки неприятных инсинуаций, Макао ушёл – сытый, довольный, словно энергетический вампир, который получил даже больше, чем рассчитывал. - Ну? Пит сказал, что ты сегодня уезжаешь по делам, - как можно более безразличным тоном начал Порш, по-прежнему не глядя на Кинна. - И мне вот интересно, что будет со мной, когда ты уедешь? Запрёшь меня в комнате и приставишь охрану? - А это необходимо? - в свою очередь, поинтересовался Кинн. - Не знаю, - Порш пожал плечами. Кинн оценил его уловку. - Ты можешь выходить из дома, но только с телохранителями, - спокойно объявил он. - Они отвечают за тебя. Я приказал всей охране не останавливать тебя, если ты выйдешь за порог дома с Питом и ещё, как минимум, с тремя телохранителями. - Пф-ф! - Порш фыркнул и посмотрел на него из-под полуопущенных ресниц. Он услышал в словах Кинна невысказанный намёк на то, что пока самое безопасное решение – всё-таки постоянно находиться в доме. До каких пор? Непонятно. Кинн ведь намеренно ничего не объяснял. - Порш, - Кинн явно остался недоволен его беспечной реакцией. - Да, мой господин и повелитель? - с издёвкой отозвался Порш. Кинн отложил планшет в сторону, поднялся с дивана и подошёл к нему. - Бедный котик, - глаза Кинна смеялись. - Об кого же ты будешь точить коготки, пока я буду в отъезде? Может, даже заскучаешь без меня? Порш с силой сжал кулаки в карманах своих брюк. Кинн, похоже, являлся настоящим мастером выискивать слабые места у противника. Вероятно, в этом крылся один из секретов его успеха в бизнесе. Молодой парень, стоящий во главе мафии, должен быть динамичным, проницательным и безжалостным – если хотел выжить в жестоком мире преступности. Кинн обладал всеми этими качествами, а в придачу к ним – умом и силой воли. “А теперь он использует всё это против меня”, - раздражённо подумал Порш. - Не беспокойся, я найду, с кем поразвлечься, - едко парировал он в ответ. - В твоём доме столько привлекательных парней... Глаза разбегаются. Взгляд Кинна потемнел. - Порш, поверь, если придётся выбирать между чужим любовником и жизнью, любой из парней в этом доме выберет жизнь, - отчеканил он. - Какая досада. Ну, остаётся же ещё бомбическая Эрика! - с напускной жизнерадостностью заявил Порш. Кинн какое-то время просто смотрел на него, опешив, а потом рассмеялся. - По-твоему, это смешно – то, что ты считаешь меня своим, хотя это не так? - мгновенно возмутился Порш и толкнул его ладонью в грудь. - Я больше не твой любовник, Кинн! Ты сам всё между нами закончил! - Разве ты уже не понял, что я сожалею об этом? - отсмеявшись, со вздохом спросил Кинн. - И рассчитываешь, что я вот так запросто соглашусь снова спать с тобой? - разозлился Порш. - Спать? Хорошая идея. Это ведь совершенно нормальная вещь, которой занимаются после кувырканий в постели, - невозмутимо произнёс Кинн. - А мы обязательно скоро покувыркаемся. - Нет, ты что, в самом деле, думаешь, что я захочу заниматься с тобой сексом, когда ты буквально взял под контроль всю мою жизнь? - разъярённо высказался Порш. - Если хочешь, можем заключить новое пари, - предложил Кинн. - И это пари не будет включать секс! - в совершеннейшей ярости заявил Порш. - Уверен, что устоишь перед искушением? - с улыбкой уточнил Кинн. - Ты ведь очень страстный, Порш. И хочешь меня с той же силой, с какой хотел раньше. Порш открыл рот. И закрыл его снова. Ему захотелось ударить Кинна. Ударить хотя бы за то, что из-за него Порш теперь вёл ежедневную борьбу с самим собой, пытаясь сохранить чувство обиды. - Или, может, ты подумал, что я предлагаю тебе спать со мной в качестве оплаты за защиту? - вдруг спросил Кинн. Порш растерянно нахмурился. Что у Кинна за привычка сбивать его с ног, меняя настроение по мановению руки! Порш подозревал, что тот специально манипулирует им – разрушает защитную стену, неожиданно меняя тактику. - Нет, я так не думал. Но мне, в любом случае, не нравится, как обстоит дело. Ты же практически подминаешь меня под свою волю, - с горечью обвинил Порш. - И ты полный еблан, Кинн, если не понимаешь, как я себя чувствую в подобных обстоятельствах. - Как я могу это понять, когда ты весь будто оброс шипами? - не оставшись в долгу, обвинил Кинн. - Однако ты не хуже меня знаешь, что мы не можем вечно сражаться с неизбежным. “Как он уверен... и не без оснований”, - мысленно вздохнул Порш. Он знал, что постоянно выдаёт себя, что его страсть к Кинну очевидна всем. И самому Кинну, разумеется, тоже. Но желание капитулировать заставляло Порша быть ещё более осторожным. Ему ведь теперь будет недостаточно одного лишь секса, а Кинн предлагал только секс. Ни обещаний, ни будущего, ни намёка на любовь и верность. - Я не отвечаю за твои поступки, - пробормотал Порш, - только за свои. Кинн улыбнулся, но улыбка не затронула его глаз. - Так последи за собой, потому что ты ведёшь себя вызывающе, напрашиваешься на реакцию, которой якобы не хочешь. Порш вцепился ногтями в ладони и всеми силами старался сдержать злость. - Будь спокоен, Кинн, - ему удалось придать своему голосу бесстрастность, - если я захочу предложить тебе себя, то скажу об этом словами, так что ты не ошибёшься. - Каким же ты стал колючим, - Кинн покачал головой. - Я хочу защитить тебя – тебе не нравится. Хочу снова сблизиться с тобой – тебе не нравится. Подарок от меня тебе тоже не понравится? Он вдруг полез в боковой карман своего пиджака и достал браслет – широкая с искусным орнаментом полоска золота. Порш иронически приподнял бровь. - С каких пор я принимаю от тебя подарки? - С этих пор, - просто ответил Кинн. Порш присмотрелся к браслету. Это было великолепное ювелирное изделие с гравировкой имени Кинна. Две переплетённые верёвки на браслете обозначали переплетение двух жизней. Поняв это, Порш испытал странное чувство. Какое-то оцепенение – и в то же время это было не оцепенение. Скорее это напоминало состояние, когда онемела нога, а теперь чувствительность возвращалась, от нерва к нерву, и становилось всё больнее. Но это была не нога, а всё тело Порша. Его мозг. Его сердце. От всплеска эмоций и возникшего подозрения он чуть не задохнулся. Затем пришла уверенность. Порш чувствовал, что словно примёрз к полу, врос в него. “Браслет похож на наручник, - отстранённо подумал он. - Очередные оковы, чтобы ещё сильнее связать меня с ним”. Застегнув на его запястье этот браслет, Кинн как будто наложил на него печать владельца. - Теперь, даже если тебя опять похитят, они дважды подумают, прежде чем причинить тебе вред, - сказал Кинн. - В конце концов, слухи о расправе после твоего похищения, уже разнеслись. Я не прощаю таких оскорблений. Порш в тот же миг возненавидел браслет. Браслет стал символом его положения, наглядным доказательством того, что он является собственностью Кинна, и частью его аксессуаров, вроде запонок или часов. Порш почувствовал себя так, как если бы Кинн ударил его. - Ты понимаешь, что я не трофей? - Порш даже не злился больше, а искренне попытался достучаться до Кинна. - Порш, этот браслет символизирует наш союз, - серьёзно произнёс Кинн. - Я хочу, чтобы ты его не снимал. Порш снова взглянул на роскошный браслет, сверкавший на запястье, и собственная рука показалась ему чужой. “Союз, как же... Союз хозяина и раба, быть может”, - подумал он с безысходностью. - Порш? - голос Кинна донёсся до него словно издалека. - Не снимай его, договорились? Моя поездка, возможно, затянется на неделю. Мне будет спокойнее, если я буду знать, что ты носишь этот браслет. Кинн говорил мягко, но стальной блеск, появившийся в его глазах, предупредил Порша, что лучше с ним согласиться. - Почему ты молчишь? - нетерпеливо спросил Кинн. - А что ты хочешь, чтобы я сказал? - Порш всё ещё ощущал странное оцепенение. - Скажи, по крайней мере, что понимаешь, чем является эта вещица, - Кинн указал взглядом на браслет. - Это – символ моего отношения к тебе. “А какое оно – твоё отношение ко мне?” - мысленно усмехнулся Порш. Отчасти он понимал, что данный подарок – это просто ещё один поступок Кинна в стремлении защитить. Но стремление защитить – не любовь. Порш знал, что ему надо быть очень, очень осторожным, чтобы не мотивировать поступки Кинна чувствами, которых тот не испытывает. Иначе это приведёт к таким ошибкам, за которые придётся расплачиваться не только Поршу. - Мне всё равно, - глухо выдавил он. Кинн безрадостно улыбнулся. - Раз всё равно, значит, будешь носить браслет, - констатировал он. - Мне этого достаточно. Рад, что ты честен. Но Порш солгал. Ему совсем не всё равно. И, глядя, как Кинн направляется к двери, Порш вдруг подумал, не солгал ли и тот тоже.

ღღღ

Кен небрежно прислонился к капоту машины и посмотрел в ту же сторону, что и Биг. Тот часто заморгал и отвёл взгляд от босса, оставлявшего какие-то указания Чану. В глазах Кена, подсвеченных отражённым от окон машины солнечным светом, сквозило недовольство. - Босс влюбляется в бармена, если уже давно не влюбился, - со вздохом буркнул он. - Заткнись, - тихо рявкнул Биг. - Босс даже приказал не воспринимать больше Порша как простого бармена в этом доме, - возмущённо продолжил Кен. - А кем тогда воспринимать? Парнем босса? Так ведь не правда это, раз они спят отдельно. Хотя босс явно считает иначе. - Так оно и есть. А теперь заткнись ты, чёрт тебя подери, - опять шикнул на него Биг. - Посмотри, какой защитой босс его окружил, даже подарил браслет с устройством слежения, - не унимался Кен. - Он точно попался. - Да, и они будут вместе, - низким, пугающим голосом произнёс Биг. - Господин Кинн рискнул жизнью, чтобы спасти этого парня. Ради него босс сунулся в самое пекло. Перетряс даже тех, кто хоть и мешал бизнесу, но к кому было не подкопаться. Ты болел в те дни и не видел, как сильно босс позлил все группировки города, все банды, всех своих конкурентов в поисках простого бармена. Против некоторых даже господин Корн никогда не шёл – слишком сложно и опасно. Господин Кинн почти обезумел, когда понял, что потерял Порша. Или осознал, что не сможет отыскать. И всё же он собрался и смог уничтожить почти всех, кого заподозрил. Уж ты поверь мне, Кен. Весь подпольный Бангкок прочувствовал помешательство босса. И вот – те, кто выжили, остались теперь ни с чем. Но, знаешь, что? У них был такой вид, что мне сразу стало ясно – им и не захочется больше ничего после того дерьма, через которое господин Кинн их протащил. - Тогда с кем мы сейчас едем разбираться? - нахмурившись, спросил Кен. - Я сказал, что босс смог уничтожить почти всех, кого заподозрил, - со значением подчеркнул Биг. - Мы едем показать, что любой, кто проявит внимание к Поршу, понесёт наказание. - Тогда... после того, как всё, наконец, успокоится, бармен сможет вернуться к себе домой. Но разве босс этого хочет? - с сомнением протянул Кен. - Не хочет, - подтвердил Биг. - Вот только босс мало чего с ним добьётся, удерживая рядом с собой насильно, пусть и в целях его защиты. Господин Кинн ведь не дурак и понимает это. - Хн, - Кен глубокомысленно замолчал, а спустя минуту услужливо открыл дверцу машины перед Кинном.