Желанный приз

Кинн включил воду и встал под душ, смывая с себя пыль и пепел, а потом ещё долго наслаждался тёплым потоком воды. Вода помогла его ноющим мышцам немного расслабиться, но всё равно завтра у него наверняка будет болеть всё тело. К тому же, несмотря на защиту телохранителей, на его коже всё же осталось несколько ожогов от искр пожара. После душа Кинн накинул на себя белый махровый халат, высушил волосы феном, и хотел было уже пойти спать, как в дверь его спальни постучали. В коридоре стоял Порш – босой, в джинсах и в чёрной футболке. Он окинул Кинна изучающим взглядом и только потом спросил: - Как ты? - Глаза покраснели, горло дерёт, как будто я наглотался наждачной бумаги, а в остальном всё в порядке, - Кинн зевнул, хотя и понимал, что это самый примитивный способ избавиться от пристального взгляда Порша. В действительности в крови Кинна всё ещё бурлил адреналин после того, как его чуть не сожгли заживо на складе за городом, и ни о какой сонливости не могло быть и речи. Напротив, сейчас он пытался совладать с реакцией своего тела на запах Порша, на само присутствие Порша. Тот, между тем, прищурился. - У тебя ожоги, Кинн. Он осторожно коснулся пальцем красного пятна у Кинна на скуле, потом другого, между плечом и шеей. Каждая клетка Кинна с готовностью откликнулась на прикосновения Порша. - Ерунда, всего несколько искр попало, - Кинн улыбнулся, заметив его беспокойство. - Я уже остудил эти места под холодной водой. - Вот так и знал, что ты даже не обратишься к домашнему доктору. Поэтому я принёс специальную мазь, - Порш помахал в воздухе каким-то тюбиком. - Нужно смазать покрасневшие места, чтобы не было пузырей. Помимо мази, он принёс с собой ещё и стакан с каким-то напитком. - Лимонный сок с мёдом, - тут же пояснил Порш в ответ на вопросительный взгляд Кинна. - Выпей, чтобы смягчить горло. А потом я смажу те места, до которых тебе самому не дотянуться. Кинн кивнул, дошёл в странной заторможенности до своей кровати и выпил кисло-сладкую жидкость, оставив лишь совсем немного на дне стакана. Порш, сев у Кинна за спиной, начал смазывать следы искр у него на плече. Когда Кинн поёжился, Порш усмехнулся: - Мазь холодит, да? Значит, отлично поможет от ожогов. “Если бы можно было так же легко избавиться от ожогов, оставленных прошлым...” - с горечью подумал Кинн. Но ничего, он переживёт, как пережил всё остальное. Справится и с волнением, которое охватывало его, угрожая перерасти в огонь, даже в более опасный, чем тот, что поглотил склад за городом. Волнением по поводу того, готов ли Порш жить в его опасном мире, готов ли остаться с ним навсегда. Не тщетно ли всё это – страсть, любовь? - Хэй, допей! - вдруг приказал Порш, увидев, что Кинн не допил сок. - Я расспросил твоих телохранителей, Кинн, и точно знаю, что произошло. Ты надышался дыма и отстреливался, как одержимый. Допей. Кинн хмыкнул, но покорно допил сок и поставил пустой стакан на столик у кровати. Сразу после этого Порш занялся покраснением на его скуле, осторожно смазывая отметину. Наблюдая за ним, Кинн вновь улыбнулся. Порш, заметив это, втянул воздух в слабеющие лёгкие. Сердце его забилось громче, на миг он даже замер, опасаясь, что Кинн услышит этот учащённый стук. - Теперь наклонись немного и приспусти халат, я посмотрю на спине, - собственный голос показался Поршу каким-то странным, слабым. Кинн неожиданно замялся – Поршу с трудом верилось, что тот колеблется раздеться, – однако потом Кинн всё-таки оголил спину и... Порш крепко стиснул зубы при виде двух красных отметин, более ярких и глубоких, которые, в отличие от остальных, точно не исчезнут бесследно. - Ну... шрамы украшают, - прошептал он, осторожно смазав ожоги. - Рано или поздно что-то такое должно было случиться, - Кинн пожал плечами. - Такова моя жизнь. Затем он выпрямился, взял у Порша из рук тюбик с мазью и положил его на столик. Глаза Кинна потемнели, когда он настойчиво поймал взгляд Порша. - Что такое, Кинн? - усмехнулся тот. - Хочешь утешиться со мной после опасного происшествия? - Ты совсем не годишься на роль утешителя, - вкрадчиво проговорил Кинн. - Рядом с тобой я не успокаиваюсь, а совсем наоборот. Теперь его глаза сверкнули огнём из-под прищуренных век. Он схватил Порша за руку, повернул и прижался губами к ладони, после чего слегка куснул кожу. Сердце Порша билось уже так сильно, что стало трудно дышать. От ладони словно пробежал разряд тока, ощущения распространились по всему телу. - Кинн, может, ты всё-таки попытаешься свыкнуться с мыслью, что в кои-то веки ты не можешь заставить кого-то подчиниться тебе? - тяжело сглотнув, высказался он и высвободил свою руку из хватки Кинна. - Но, Порш, - на губах Кинна заиграла загадочная улыбка, - мы оба знаем, что я-то как раз могу заставить тебя делать то, что мне нужно. Порш вызывающе вздёрнул подбородок. - Если ты думаешь, что достаточно нескольких поцелуев и я... - Я думаю, что ты ведёшь себя как задиристый подросток, Порш, - перебил его Кинн. - И я спрашиваю себя: почему? Уже далеко не впервые он задумался о том, почему Порш отвергает его после того, как месяц назад чуть ли не таял в его руках. Кинн надеялся добиться от Порша ответных чувств с течением времени, когда они снова сблизятся, занимаясь сексом, однако тот ведь совсем к себе не подпускал. И Кинн страшился того, что... что причина заключалась в неприязни Порша ко всему тому, что Кинн собой представлял. Возможно, за тот месяц, что они не виделись, Порш в полной мере осознал, с кем проводил время, и больше его подобная затея не прельщала, несмотря на физическое влечение. - Почему? - раздражённо переспросил Порш, поднявшись с кровати и скрестив руки на груди. - А на какое отношение ты рассчитываешь после того, как отшвырнул меня тогда, в переулке? Или после того, как взял под свою защиту, потребовав беспрекословного подчинения? Или после того, как подарил браслет, который иначе, кроме как клеймом собственника, не назовёшь? Кинн, ты хоть понимаешь, как сильно унизил меня всем этим? Кинн посмотрел на него в замешательстве. - Ты действительно воспринимаешь всё это лишь в негативном свете? Порш, месяц назад я порвал с тобой не для забавы. Порш безрадостно задумался о том, намеренно ли Кинн никак не прокомментировал прочие претензии. Впрочем, уже в следующий момент решил пока не заострять на этом внимания. В конце концов, подобные нападки не помогут добиться от Кинна чего-то большего, более глубокого и в то же время более тонкого. Поршу хотелось пробиться сквозь мощную броню Кинна и увидеть его таким же обнажённым, беззащитным и жаждущим, как Порш сам себя чувствовал. Ему хотелось стать для Кинна таким же опасным, каким тот стал для него. - Значит, нам обоим было не до смеха, - сказал он в ответ. - Я долго отказывался думать о причине твоего поступка. Наверное... я не хотел обнаружить в себе то, что ты нашёл настолько... неприемлемым, что решил полностью исключить меня из своей жизни. Я знаю, ты считал меня излишне самоуверенным и наглым. Но, Кинн... если я и обладал этими качествами, ты выбил из меня всю уверенность, оставив в том переулке. Как объяснить Кинну ощущение пустоты в душе? Порш совершенно не представлял, как это сделать. Будь он для Кинна кем-то большим, чем бывший партнёр по сексу, пусть даже самому восхитительному, то, может, и попытался бы... - Пойми и ты меня, Порш, - Кинн вздохнул. - Ты разбил все мои планы на будущее – и это тогда, когда я наконец-то собрал себя воедино после предательства бывшего. Я был в растерянности. - Подробнее о своём бывшем ты, конечно, не расскажешь, - Порш вновь сел на кровать рядом с ним и тоже вздохнул. - Возможно, однажды расскажу, - тихо пробормотал Кинн. - В любом случае... знаю, тебя нельзя было винить, но моё внутреннее равновесие из-за нашего знакомства сильно пошатнулось. - Моё – тоже, - не стал скрывать Порш. - Только когда тебя похитили, до меня дошло, что я должен или заполучить тебя снова, или умереть, - напряжённо произнёс Кинн. - Я уже не надеюсь, что наваждение закончится, и ты больше не будешь иметь надо мной власть. - Я не хочу иметь власть над тобой! - Порш вскочил с кровати и возмущённо посмотрел ему в глаза. - Хочешь или нет, но ты имеешь власть надо мной, Порш, - в голосе Кинна звучали непривычно смиренные нотки. “Власть превратить меня в божество или в пыль”, - мысленно добавил он. - И если ты, в самом деле, чувствуешь себя униженным... можешь воспользоваться своей властью надо мной, - сказал Кинн вслух. Порш прищурился. - Допустим, я хочу вернуться с братом домой... - протянул он. - Что ты на это скажешь? - Скажу, что ты можешь это сделать, - скрепя сердце, ответил Кинн. - Я устранил опасность. Никто больше не осмелится напасть на тебя. Порш поражённо уставился на него. - Я, правда, могу покинуть твой дом хоть завтра? - С одним условием, - в последний момент Кинн всё же решил не сдаваться так легко. - И что это за условие? - закатив глаза, уточнил Порш. Мелодия вызова на телефоне Кинна помешала их разговору. - Завтра узнаешь, - загадочно произнёс Кинн, прежде чем ответить на звонок. Покидая его спальню, Порш не знал, что и думать.

ღღღ

Порш ещё раз пробежал взглядом текст записки, переданной ему Питом от Кинна. Вечер на частном песчаном пляже... море, луна и звёзды... - Уединённый пляж? Только Кинн и я? - Порш был одновременно обрадован и ждал какого-то подвоха. - Господин Кинн просил передать, что это является его условием. Собирайся, я отвезу тебя, - Пит довольно улыбался. В очередной раз перечитав записку, Порш нервно повёл плечами. Каждый поступок Кинна всё сильнее связывал их. Именно это и заставляло Порша нервничать. Чем больше он нуждался в Кинне, тем болезненнее будет новый разрыв, если тот вдруг снова решит вышвырнуть его из своей жизни.

ღღღ

Поздним вечером, когда уже почти стемнело, Порш ехал в машине с Питом и ещё парой телохранителей далеко за пределы Бангкока. Порша по-прежнему переполняло нервное возбуждение. Наконец, они подъехали к месту парковки уединённого пляжа. Неподалёку был припаркован другой автомобиль Кинна, а Биг и Кен подпирали капот. “Значит, Кинн уже приехал и ждёт меня на пляже”, - понял Порш. Вечерний пляж освещало неяркое терракотовое солнце. Порш снял обувь и направился босиком по белому песку к бежевой палатке, видневшейся недалеко от берега. Официант разложил на песке плед и две пушистые подушки. Рядом стояли два стула и маленький круглый стол, накрытый белой скатертью. На столе мерцала свеча в стеклянном фонаре. Шум волн сплетался с чуть слышной мягкой джазовой музыкой. “Всё даже хуже, чем я думал, - в панике заскакали мысли Порша. - Мерзавец устроил самое настоящее свидание! Чё-ё-ёрт, Кинн... просто скажи, что ты мой со всеми потрохами и можешь разложить меня прямо на песке”. Сердце у него, как всегда, забилось быстрее, когда он увидел Кинна. Тот стоял у кромки воды и наблюдал за закатом солнца. Морской ветер раздувал на нём рубашку кремового цвета и белые брюки. Кинн обернулся, будто почувствовав на себе взгляд, и лицо у него осветилось улыбкой, когда он увидел Порша. Порш осознал, что воздуха стало ощутимо меньше. Утопая во влажном песке, он невольно чуть замедлил шаг и пошёл к Кинну. Все размышления и сомнения вдруг исчезли. Единственным желанием Порша было утонуть в близости Кинна. Сейчас казалось, что больше ничего и не нужно. - Порш... - шёпот Кинна был едва слышен. - Не думал, что ты устроишь такое, Кинн, но мне нравится, - Порш совсем забыл о своём намерении сдерживаться. Шумели набегающие волны. Он остановился буквально в шаге от Кинна и смотрел ему в глаза, вдыхал его запах... Порш чувствовал, что уже вернулся домой. - Ужин подан, - раздался голос официанта. - Идём, Порш, - сказал Кинн, и они сели за стол. Мерцала свеча. Аромат креветок с соусом, шафранного риса и спаржи смешивался с запахом свежего морского воздуха. Порша не оставляло беспокойство. Он слишком легко поддавался чувствам, слишком быстро забывал, что пока не может позволить страсти завладеть собой. “Если действовать, как в прошлый раз, то всё и закончится, как в прошлый раз, - сурово напоминал себе Порш. - Помни, придурок, Кинн нужен тебе весь! В прошлый раз он получил тебя слишком легко, потому и не ценил, потому и отбросил, что бы он там ни говорил. Пусть теперь ему будет сложно”. Ужин завершился очень быстро. Порш не успел заметить, как официант налил кофе и подал шоколадный мусс со взбитыми сливками. - Искупаемся? - предложил Порш в надежде, что морская вода охладит его. - Однозначно, - Кинн улыбнулся. Встав из-за стола, они быстро разделись, оставшись в одних плавательных шортах. - Ну? Кто быстрее добежит до воды? - глубоко вдохнув морской воздух, поддразнил Кинн. В мгновение ока Порш бросился ему наперерез и влетел в бескрайнее море, мерцавшее в лучах серебристой луны. - Я выиграл, Кинн! - закричал он, смеясь. - Да неужели? - Кинн рванул за ним, разбрызгивая воду. - Бр-р, холодно! - Порш нырнул в волну, чтобы спрятаться от него. Кинн прыгнул за ним и вынырнул, уже обнимая его. - Я тебя поймал, - усмехнулся Кинн. - Да это просто я поддался! - Порш показал ему язык. Его волосы намокли, глаза блестели, на губах играла улыбка. Кинн не мог больше сдерживаться. Он притянул Порша к себе и жадно поцеловал. Волна чуть не накрыла их с головой, но в этот момент Кинн приподнял Порша на руках. Набегающие волны толкали их к берегу. Однако вместо того, чтобы опустить Порша на землю, Кинн прижался губами к его шее. - Порш, ты нужен мне, - шептал Кинн, сжимая поцелуями-укусами его кожу. Огромная волна едва не сбила их с ног. Порш нащупал ногами дно, и в этот момент Кинн сжал его ягодицы, крепче вдавливая своё тело в его тело. Порш застонал. Их накрыла следующая волна. - Мы сейчас упадём, - хохотнул Порш. - Давай вернёмся на берег. И, игриво толкнув Кинна в очередную волну, Порш побежал к берегу. Выплыв на поверхность, Кинн увидел, как сверкающее от воды тело Порша направляется к пледу. “Воспламени его, пока не поздно, - приказал себе Кинн. - Иначе потеряешь его”. “Остынь, пока не поздно, - приказал себе Порш. - Иначе потеряешь его”. Он упал на мягкий сухой плед, едва переводя дух. Хотя ночной воздух был довольно прохладным, кожа у него горела от прикосновений Кинна, в груди пульсировало наслаждение. “Вытрись и оденься! - призывал Порша голос разума. - Звездец, ты что, не можешь продержаться ещё хоть пару дней?” Он понимал, что должен сдерживать желание до тех пор, пока не будет уверен во взаимности своих чувств. В следующее мгновение Кинн уже лежал рядом с ним на пледе – в его волосах поблёскивали капли воды, полуобнажённое тело было полно жизни. Кинн улыбался и смотрел в глаза Порша, словно признаваясь, что тот стал смыслом его жизни. Но Порш опасался принять желаемое за действительное. Когда они познакомились, он очень легко доверил Кинну своё тело и наверняка столь же легко, едва осознав свои чувства, доверил бы и душу. Вот только Кинн так резко всё между ними разрушил, что теперь Порш не мог легко довериться ему ни телом, ни душой. Всё стало так сложно и просто одновременно. - Чему ты так таинственно улыбаешься? - спросил Порш, пытаясь собрать разбредающиеся во все стороны мысли. - А что ещё мне остаётся делать? - отозвался Кинн, улыбаясь шире. - С тобой просто невозможно долго оставаться серьёзным. Кроме того... я соскучился по тебе, Порш. Соскучился по тому, как приятно мы с тобой проводили время раньше. - Кинн... - Порш отвёл взгляд в сторону. Кинн коснулся рукой его шеи, скользнул ладонью по груди, отмечая, как у Порша сбилось дыхание. - А ты скучаешь по нам, Порш? - завлекающе спросил Кинн, кончиком пальца неторопливо обводя контур его соска. Неуступчивость Порша таяла. Он уже почти забыл обо всех своих опасениях, желая принадлежать Кинну, целиком и до самого конца. Когда Кинн резко придвинулся к нему и укусил за плечо, Порш не сдержал стона. Да что там! Его тело так истосковалось по Кинну, что вздрагивало от удовольствия из-за любого действия Кинна. Порш не воспротивился, стоило Кинну скользнуть рукой вниз по его телу. Напротив, Порш инстинктивно слегка раздвинул ноги, позволяя пальцам Кинна гладить его член через тонкую ткань шорт. Волны наслаждения окатывали Порша одна за другой. Вдруг свеча на столике догорела, и это странным образом заставило Порша очнуться. Тем не менее, ему понадобилось целых тридцать секунд, чтобы высвободиться из объятий Кинна, и ещё тридцать – чтобы перевести дыхание. - Не знаю, как ответить на твой вопрос, - пробормотал Порш, нервно теребя браслет на своём запястье. Ещё ощущая всей кожей жар ласк Кинна, он старался не замечать, как тот продолжает ласкать его взглядом. - Попробуй сказать правду, - посоветовал Кинн с нескрываемой иронией. Этот ироничный тон немного успокоил Порша. - Мы... слишком спешим. Опять, - он вздохнул, пригладив свои мокрые волосы. Всем своим видом Порш хотел бы показать, что прекрасно владеет ситуацией и контролирует себя, но в душе трепыхалось одно-единственное желание – наброситься на Кинна с поцелуями. - Дразнишь и отталкиваешь? - Кинн прищурился. - Так, Порш? Впрочем, он тут же понял, что не прав. Порш слишком честен, чтобы баловаться подобными играми. Значит, либо в его сигналах были помехи, либо Кинн неверно их расшифровывал. Не исключено также, что он видел лишь то, что хотел видеть. “Может ли у нас действительно что-то получиться?” - терзала его мысль. Ему очень хотелось поверить в саму возможность крепких отношений с Поршем. Однако многие вопросы по-прежнему не давали покоя. Например, согласится ли Порш остаться с ним, стать частью его семьи? Кинн собирался сегодня спросить Порша об этом. “Если наши отношения станут серьёзными, не предашь ли ты меня через пару месяцев, через год, через десять лет?” - мысленно взывал к нему Кинн. Он хотел подробно рассказать Поршу о Таване, о том, к чему привели отношения с этим куском дерьма, о том, как запутался в своих тревогах... но не мог решиться. После подобных откровений Порш вполне мог прийти к мысли, что не хочет разбираться со всем этим, что ему это не нужно, что ему не нужен... такой поломанный парень, как Кинн. В голове Кинна беспрерывно кружились неразрешимые вопросы. Как рассказать Поршу об отце? Как всё-таки рассказать о Таване? Как объяснить, какую боль принесли предыдущие отношения, и что всё в нём противится второй попытке? Кинн, в самом деле, не знал, как поделиться с Поршем противоречивыми чувствами, наполнявшими душу. И сегодня Кинн так и не сделал этого. “Возможно, Порш прав, - размышлял он, когда они, выпив вина и вдоволь наговорившись на самые отвлечённые темы, покинули пляж. - Не нужно слишком спешить”. К тому же, в последнее время Кинн только и слышал от Порша о свободе самому распоряжаться своей жизнью. Да, Порш ведь такой свободолюбивый... Разве он согласится на отношения с серьёзными обязательствами, если не влюблён? “Через какое-то время я попробую снова, Порш, - пообещал самому себе Кинн. - И ты не устоишь. Я сведу тебя с ума, и ты сам не заметишь, как влюбишься”.

ღღღ

Порш ехал домой на своём байке, мрачно размышляя о том, что Кинн даже ни разу не позвонил ему после их первого и, похоже, единственного свидания. “Прошло уже больше недели, как я вернулся с Че домой, а этот чёртов мафиозник словно вообще забыл о моём существовании! - злился Порш. - И он ещё меня обвинял, что я дразню и отталкиваю! Это ты, Кинн, распалил и кинул!” Ночной ветер трепал его волосы, охлаждал неутолённое желание, бушующее в теле с вечера на пляже, со времени, которое он провёл наедине и Кинном, когда они оба, казалось, стремились к чему-то особенному между ними. Порш в очередной раз беспокойно заёрзал на сиденье байка, но это трение лишь сильнее возбуждало. Его пальцы крепче вцепились в ручки байка. Видимо, опять придётся заняться мастурбацией. Ему необходима хоть какая-то разрядка, иначе заснуть не удастся. Свернув на свою улицу, Порш увидел, что около его дома стоит знакомый автомобиль. Сердце у Порша бешено застучало. Припарковавшись, он слез с байка и, глядя на Кинна, с улыбкой покачал головой. Кинн стоял, нахально прислонившись к стене рядом с воротами его дома, а заметив Порша, отбросил в сторону недокуренную сигарету. Несмотря на сильный соблазн, и, чёрт подери, бурную радость, Порш шёл к Кинну медленно. Хотя на самом деле хотелось буквально рвануть к нему. Кинн же, тем временем, стоял с таким видом, как будто у него было полное право находиться здесь. Его чёрные, пахнущие ночью волосы были спутаны, едва заметная щетина очерчивала контуры лица, а тёмные глаза так и манили. Большими пальцами рук он уцепился за пояс своих брюк, одна нога подпирала стену. Казалось, ничто в этом мире не волновало его. Порш знал, что не стоит недооценивать легкомысленную позу Кинна и причины, которые привели его сюда. В конце концов, Кинн брал всё, что хотел и когда хотел. И как Порш мог об этом забыть, поддавшись своим опасениям? Сейчас Порш ощущал исходящую от Кинна скрытую силу, видел возбуждённые глаза, следившие за его приближением. Невольно Порш даже почувствовал, как его тело инстинктивно ответило на взаимное влечение, которое всё сильнее ошеломляло их обоих с каждой новой встречей. Комок, подкативший к горлу при взгляде на Кинна в момент ухода из его дома, всё ещё продолжал душить Порша. И это становилось невыносимым. Чтобы удержаться и не поддаться эмоциям, Порш пронзил Кинна слегка пренебрежительным взглядом. - Что ты тут делаешь, Кинн? - потребовал ответа он. - Как ты вообще узнал, что этой ночью я не буду работать в баре? - Кто хочет, тот может, - насмешливо произнёс Кинн. - Не забывай, кто я. Порш не забывал, о нет. - Я ещё много чего узнал, - глядя ему в глаза, продолжил Кинн. - В частности – что твоего брата не будет дома два дня. Поездка с друзьями? Как удачно. - Ты... - Порш задохнулся. Кинн хищно улыбнулся. - Хэй, Стояк-зажигалка, - поддразнил он, показывая, что помнит об одном из его барных прозвищ, - ты ведь не хочешь, чтобы твои соседи случайно услышали, какие разговоры ты ведёшь у своего дома с каким-то подозрительным типом. Порш проигнорировал предупреждение. - Кинн, ты не попадёшь в дом, пока не скажешь, зачем сюда приехал, - решительно заявил он, скрещивая руки на груди. - Думаю, мы оба знаем, зачем, - ответил Кинн, подойдя к нему совсем близко. От этого Порша бросило в предательскую дрожь. А Кинн сексуально и одновременно грубо добавил: - Но если у тебя всё ещё остались сомнения, то я скажу. Я здесь, чтобы оттрахать тебя. Порш глубоко и быстро вдохнул, его зрачки мгновенно расширились от услышанного.