Особенности магической справедливости

— Папа, никакого «балагана» не было! И двойку ему поставили несправедливо! — выступил самый старший брат в защиту младшего. — Святослав! Помолчи! Дай возможность Роману самому нести ответственность за безобразные оценки и поведение! — прикрикнул отец. Лера поджала губы, перевела напряжённый взгляд с мужа на младшего сына и вышла из-за стола, чтобы увести Таечку наверх, подальше от начинающихся разборок. Рома обернулся в мамину сторону и тяжело вздохнул. — Я учил этот текст! — пробубнил он и пересказал то, что уже слышал Свят, умолчав лишь о ругательстве на уроке. — Не думаю, что всё было так однозначно, если меня вызывают в школу. Я схожу и разберусь в сути замечания. Но в оценках учитель компетентнее ученика, а потому я считаю, что двойку ты получил заслуженно. И об ответственности я тебя предупреждал. — Папа, но так нечестно! — всхлипнул младший сын. — Во-первых, сопли утри. А во-вторых, было нечестно, когда ты в прошлой четверти остался безнаказанным за две двойки по «инглишу», — напомнил Адриан. Он сидел за столом напротив братьев и ухмылялся, глядя на растерянного Ромку и не боясь оплеухи от Свята. — Адриан прав. Выходит, ты, Роман, не понимаешь хорошего отношения. Придётся воспитывать иначе. Иди в свою комнату, снимай штаны и жди! От этих слов мальчик «раскис» окончательно. — Если ты так хочешь отлупить меня, давай я ещё одну двойку получу! — воскликнул он сквозь слёзы. — А за эту — несправедливо! — Вижу, ты всё-таки умеешь устраивать «балаганы»! — прошипел отец. — Только учти: если я притащу тебя в комнату, получишь намного сильнее. — Ты этого не сделаешь, — твёрдо возразил старший сын. — Я не позволю, потому что тоже считаю ту двойку несправедливой. — Дурак! — негромко фыркнул Адриан, но встревать в разговор не стал. Андрей пристально посмотрел на старшего сына — тот не отвёл взгляд. В напряжённой тишине послышались шаги, но быстро смолкли: Валерия остановилась на лестнице, следуя вниз. — Что ж, Святослав, тут ты прав. Я никогда не применял насилие к тебе, да и к Адриану — к этому тоже не буду. А потому, Роман, предоставляю тебе выбор: либо сейчас ты получаешь ремня за вторую двойку, замечание и враньё — либо до следующей среды исправляешь обе оценки на пятёрки. — А если Вероника Павловна не поставит мне две пятёрки? — осторожно уточнил мальчик. — Тогда ты не поедешь с нами в Лапландию на Новый год, — предупредил отец. — Соглашайся исправить… — шёпотом подсказывал старший брат. — Святослав! Позволь Роману самому принять решение. Рома колебался. Поехать в мир северных оленей и северного сияния, где обитает Санта-Клаус и его эльфийская свита, первой предложила Таечка. Родители с радостью поддержали идею и ещё летом купили билеты, забронировали номера для всей семьи и расписали насыщенную культурную программу. С одной стороны, пятёрка от Вероники Павловны казалась мальчику ещё более фантастическим понятием, чем настоящий Санта-Клаус. При этом поездка была столь долгожданной, что перспектива лишиться её пугала сильнее ремня. Братья ведь получали не раз — и живы. А к Новому году этот эпизод точно забудется — зато он будет праздновать со всей семьёй. С другой стороны, Свят так активно подмигивал и толкал ногами под столом, намекая на помощь, а Адриан таращился, как на последнего труса, что Ромка решился. — Хорошо, папа, я исправлю обе двойки на пятёрки! Отец кивнул, принимая условия. Обрадованный Свят так качнулся на стуле, что чуть не свалился на спину, и быстро увлёк Рому в свою комнату: «инглиш» повторять. — Классное решение! — рассмеялся им вслед Адриан. — Зато Вольдемару со своим человеком будет не так скучно у бабушки. — Сынок, помой посуду, — раздался рядом вкрадчивый мамин голос. Подросток сделал вид, что не расслышал, и убежал к себе — Лера знала, что избрала правильную тактику, чтобы остаться наедине с мужем. Очутившись в своей комнате после ужина, Адриан вдруг испытал дикое желание затянуться. Включил комп, погладил Вольдемара, поиграл с ним новой палочкой с разноцветными ароматными перьями на конце, лишь бы отвлечься от мыслей о густом белом дыме. Желание усилилось. Опасливо оглядываясь на дверь, подросток достал вейп и сделал несколько глубоких затяжек. Куря в компании друзей возле стен гимназии, он не чувствовал такого расслабления, как сейчас. Блаженно распластавшись на кровати, Адриан несколько мгновений наслаждался дымовым облаком. Блаженство нарушилось надсадным кашлем Киры за стенкой. Сестрёнка и не думала о курении, зато в последнее время утром и вечером кашляла так, что у старшего брата звенело в ушах и тренькало в сердце. Вольдемар потёрся спиной о стену, будто тоже сочувствовал Кире, затем прыгнул на грудь хозяину и заурчал. — Намёк понял: родители могут постучать в любой момент. Он открыл окно, чтобы как можно скорее выветрить дым. — Андрюш, ты действительно готов лишить Рому новогодней поездки? — тем временем с тревогой уточнила Лера, загружая посудомоечную машину. — Но ведь билеты уже куплены! — Неужели ты уверена в нашем сыне меньше, чем он — в себе? — ухмыльнулся он, приобняв Леру со спины. — Не меньше, но, как я помню из школы и универа, учителя почти не исправляют двойки на пятёрки, — мягко отстранилась она, чтобы повернуться и положить Андрею руки на плечи. Со стороны могло показаться, будто пара собирается танцевать. На самом деле Лера держала зрительный контакт с мужем, чтобы звучать убедительнее. — Считают, что отличник априори не может ничего не знать — значит, не мог получить двойку. Выходит, что пятёркой учитель признаёт первую оценку ошибочной, а это уже камень в огород его компетентности. Та молодая фифа ни за что не признает ошибку и не допустит подозрений в некомпетентности. Получается, у Ромочки нет шансов выполнить твоё условие! — Что ж, один билет сдать нетрудно. — Да как ты!.. — Он сам сделал такой выбор, — перебил Андрей негромко, но твёрдо. — Ещё бы! С твоими альтернативами! — Лера, мы с тобой договаривались о методах воспитания. И выгораживать Рому лишь потому, что он твой любимчик, несправедливо по отношению к другим сыновьям. Я, например, Святослава не выгораживаю. — И ты был бы готов оставить его здесь? — продолжала возмущаться Лера. — Начнём с того, что Свят никогда мне так нагло не врал о школьных делах. — А Адриан… — Адриан при подобных обстоятельствах сделал бы иной выбор. Однозначно. — А Кира… — Она почти круглая отличница. Кстати, что вам сказал врач? Лера не придала значения, как резко осунулось лицо мужа при упоминании дочери, списав на волнение о её самочувствии. — Напоминаю, что у врача мы были ещё вчера! С этой двойкой ты вообще с ума сошёл! — Что сказал врач?! — повысил голос Андрей. — Он сказал: «С таким кашлем лучше опять на дом вызывайте». Но сколько можно вызывать — она уже должна идти на поправку! Женщина вдруг ринулась из кухни в свой кабинет и хлопнула дверью, лишь бы муж не заметил её слёз. Она чуть было не сорвалась и не вывалила мужу то, что разъедало материнское сердце со вчерашнего дня. — Через неделю будем собирать комиссию, — сообщил молодой врач в медицинском центре. — Зачем? Разве Кира не выздоровеет через неделю? Врач ответил не сразу, и Леру интуитивно напрягло то молчание. — Говорите! Я плачу вам не за молчание, а за точный и правдивый диагноз. — У вашей дочери подозрение на туберкулез. — Туберкулез?! Да это же болезнь нищих девятнадцатого века! Откуда она может быть у моей дочери?! — Случай действительно удивительный, учитывая условия проживания и прежний высокий иммунитет Киры Андреевны. Потому и назначим углубленное обследование. Вспомнив те слова, Лера заплакала. Рано или поздно придётся поделиться бедой с мужем — пока что она надеялась на лучшее. Женщина решила подняться к дочери и даже переночевать у неё на кресле-раскладушке, но невольно заглянула к старшему сыну: дверь в его комнату была приоткрыта. — Сумма цифр комбинации равна ста восьми. Элементов пять или семь. Но нужная конфигурация никак не подбирается, — донёсся голос Свята. — Понял, братишка, зачем нужна помощь? — А я смогу? — пробормотал Рома. — Конечно! В тебе огромный талант, который надо развивать. По обрывкам фраз Лера поняла, что старший помогает младшему с математикой. Сразу вспомнилось, как она сама решала с сестричкой задачи по геометрии, а потом и по химии. Верочка засыпала, не дослушав объяснения, и Лере приходилось самой записывать задачи в её тетрадь. Ромочка же более старательный. Мать еле удержалась от того, чтобы войти и расцеловать обоих мальчишек — Свят точно будет недоволен внезапным вторжением. Что ж, расцелует дочек. — А папа придёт? — встретила её Кира, чья двуспальная кровать была наполовину занята Таечкой с игрушками. — Конечно, он зайдёт к тебе перед сном, — улыбнулась женщина, прижав к себе дочку. — А пока я тебе про «Старика Хоттабыча» почитаю. — Пусть папа почитает, — решила девочка. — А ты, мамуль, поиграй с нами в пони, — предложила младшая дочь после очередного приступа кашля сестры. Андрей постучал в дверь комнаты сына и переступил порог, не услышав возражений. Адриан ожидаемо играл в комп. Вольдемар метнулся от него под кровать — реакция кота лишь подтвердила догадки мужчины насчёт самого себя. — Здесь будто дымом от вейпа пахнет, — спокойно заметил он, когда Адриан поставил игру на паузу. — Ты что, пап! Это просто новая игрушка Волли такая ароматная. — Хорошо. Андрей прислонился к стене, разделявшей комнаты сына и старшей дочери. — Адри, зачем ты сказал про Ромину двойку? — Для справедливости. — И тебе не было бы жалко брата? — Нет. Тебе же нас со Святом не жалко, когда мы косячим, — пожал плечами Адриан и, будто смутившись своих слов, уточнил: — И ты ведь братишку не сильно отшлёпал бы? Правда? Отец прикрыл глаза и плотнее прислонился к стене, будто желал пройти сквозь неё и очутиться рядом с дочерью. — Да нет. Планировал сильно. — Почему? — опешил подросток. — На близнецах хорошо работает техника «весов»: чем хуже одному, тем лучше другому. — То есть всё ради Киры?.. Отец не ответил, а может, и не расслышал сказанную под нос фразу. Он стоял у стены, слушал то смех, то кашель и не то медитировал, не то беззвучно молился. Адриан шагнул к выходу. — Адри, ты курил. Негодник, — вдруг произнёс он без эмоций. — Ну что ты, пап! У меня даже курить нечего! — Открой этот карман, — указал Андрей на отсек портфеля, скрывавший вейпы. — Пожалуйста.