КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТОЛЬКО РАЗ В ГОДУ

***

      Воспользовавшись подземным транспортом нашего славного города, мы успели влететь в отходящий вагон и довольно комфортно расположиться на местах около входа. К счастью, до часа пик было еще прилично времени, и вагон был полупустой. На следующей станции среди вошедших была молодая женщина лет тридцати, которая сразу привлекла к себе моё внимание. Яркая внешность, растрёпанные волосы до плеч цвета красного дерева, дорогая косуха, черная перепачканная краской юбка в пол и сумка художника.       Мы мило болтали с супругой, подшучивая, что давненько не терлись по метро, но сегодня придётся. Такси не закажешь! Телефонов нет. Ну ничего. Нужно чем-то жертвовать. Хотя особой жертвы я не заметил, напротив было продолжение хорошего. В такси сильно не поговоришь, не пошепчешься, не пошутишь.       Вот только женщина…. Она села напротив нас и улыбнулась. Я улыбнулся в ответ и вновь переключил свою внимание на жену. Взяв Ирину руку в свою, переплетая пальцы, я поднёс её кисть к губам и, наклонившись к жене, шепнул: - Накатаемся сегодня! Телефонов-то нет. Или ты всё-таки свой прихватила? - Нет. Дома оставила, - шепнула она мне на ухо, стараясь не привлекать внимание пассажиров. - Спасибо, родная, - я коснулся губами ее пальцев и улыбнулся.       Конечно, я не сказал, что мой телефон лежит во внутреннем кармане куртки. Я прихватил его в самый последний момент на вечер. Если мы пойдём в ресторан и мне после него ещё куда-нибудь захочется, как мы будем добираться? И, вероятно, мой телефон обрывает Лёшка, пытаясь меня поздравить. Ну да ладно, он из понятливых. Поймёт и простит, зная, что папаша у него с придурью. - Ген, на нас смотрят, - стеснительность моей жены каждый раз меня буквально умиляла. Мы не делали ничего такого за что было бы стыдно. Я всего лишь держал её руку и не отпускал ни под каким предлогом. - Понял не дурак.       Я покосился на художницу и обомлел. Она, продолжая улыбаться, извлекла из своей сумки блокнот для рисования и, бросая взгляды на нас, начала рисовать. - Довыпендривался? – прошипела Ирина и ткнула локтем меня в бок.       Я смутился, но увидев одобрительную улыбку женщины с карандашом, вновь пододвинулся к Ире и шепнул: - Кажется, у нас будет ещё один подарок. Жаль, что день рождение раз в году, и ты отгул больше не возьмёшь. - Так будешь себя вести точно не возьму. Сиди спокойно, - она попыталась меня урезонить. - А когда еще возьмешь? На свой день рождение возьмёшь? А на Новый год? – я не унимался, доставая жену тупыми вопросами. - Ну, конечно. И на первое сентября, и на день конституции, - сказала она и рассмеялась, прикрыв лицо свободной рукой, - Ген, на нас люди смотрят. - Мы делаем что-то противозаконное? Спиртные напитки распиваем или нецензурно выражаемся? Мы просто едим в Ботанический сад, - я слегка повысил голос и Ира, поняв, что моё настроение просто невозможно испортить, вздохнула и закатила глаза.       При этих словах брови художницы взмыли вверх, и она заулыбалась еще шире. Мы с Ирой поняли её улыбку по-своему. И изображая интеллигентных, приличных людей, отстранились друг от друга, сев и уставившись в одну точку. Попеременно прыская и пытаясь подавить смешки.       Наконец была объявлена наша станция и мы вышли в числе первых пассажиров, не обращая внимания, что творится вокруг нас. А тем временем за нашими спинами наперевес со своей сумкой быстрым шагом шла художница из метро, пытаясь нас догнать.       У входа к кассам Ботанического ей это удалось, и она окликнула меня, поравнявшись с нами. - Извините, я хочу вам отдать рисунок, который нарисовала в метро, - она протянула мне карандашный эскиз, вырванный из блокнота, после чего представилась, - меня Вера зовут. - Геннадий Ильич, – машинально представился я и, улыбнувшись, представил свою половину, - моя супруга, Ирина Алексеевна.       Я взял протянутый рисунок. На нём была изображена моя жена. Выглядела она убедительно и очень похоже. Я мало понимаю в живописи, но то, что я видел на листке из художественного блокнота мне нравилось.       Ира, взглянув на изображение, заметила: - Ещё один подарок на твой день рождения. - У вас сегодня день рождения? – поинтересовалась художница и уставилась на меня цепким взглядом.       От такого повышенного внимания я смутился и пробормотал: - Ну как бы да…. - Тогда я должна вас нарисовать, - она твёрдо озвучила своё желание. - Нет, это не обязательно. Портрет моей жены — это лучший подарок. Правда, дорогая? – с этими словами я обернулся к Ире и заметил, как она залилась краской, что ей было совершенно не свойственно. Но мои слова сказанные в присутствии чужой женщины произвели именно такую реакцию. - Очень приятно слышать такие слова. Знаете, вы очень красивая пара, - комплимент от Веры был неожиданным. - Спасибо, - на этот раз смутился я, потому что не ожидал услышать подобное. Я привык к тому, что все комплименты принадлежат моей Егоровой. Себя я никогда не позиционировал как истинного красавца и не ждал никаких комплиментов в свой адрес. Да и мужику, они ни к чему. Но Вера своим профессиональным взглядом нашла нашу пару красивой. Это было что-то новое и подобное мы слышали впервые. - Я услышала, что вы в Ботанический сад идёте, - кажется художница не собиралась легко расставаться со своей идей, - я бы хотела вас нарисовать. Вы могли бы мне попозировать? - К сожалению, у нас практически нет времени, - Ира решила вмешаться в наш диалог и попыталась отвязаться от Веры. Но кажется, наша новая знакомая обладала не меньшей настойчивостью, чем моя Егорова, а её желание заполучить нас в качестве моделей было всепоглощающим. - Может быть пока вы будете в саду я вас немножко порисую. И потом по эскизам сделаю ваш портрет? У меня скоро персональная выставка. Она будет называться «Лица Москвы». Я бы очень хотела, чтобы ваш портрет был на этой выставке, - наконец она раскрыла нам свои карты, - вы просто будете гулять по Ботаническому, а я за вами. Я не буду вам мешать.       Мы с Ирой переглянулись и практически одномоментно, кивнув, согласились: - Хорошо. Мы согласны вам помочь.       Я переключил их внимание: - Ладно я за билетами. Посидите. Кофе. Мороженое. Я указал, на вывеску, находящуюся неподалеку. - Ген, ну сколько можно есть сладости. Какое ещё мороженое, а? – укоризненно спросила Ира. - Пятьсот эскимо! – пошутил я. - Ага в подарок, потом ангину будем лечить, - нахмурилась супругу. - Можно в Склиф отнести коробку, - предложил я. - Перебьются! – жена тут же отбросила моё предложение.       «Вот же Ирка! Тот ещё еврей!».       Но на наши слова мгновенно отреагировала Вера: - А вы что, врачи? - Да, хирурги, - подтвердила Ирина и я поняла, что могу оставить дам вместе. Тема для беседы найдена. Супруга может рассказывать о Склифе кому угодно и сколько угодно, моё исчезновение с поля её видимости будет не замечено.

      ***

      Подойдя к кассам, я увидел нескончаемую вереницу людей. Увиденный хвост мне не понравился. Кажется, мы никуда не попадём. Конечно, я приуныл. Мне так хотелось провести время вместе с Ирой, гуляя по аллеям и дорожкам Ботанического сада, но вероятно, моему желанию сегодня не суждено было сбыться. Но тут меня окликнули…. - Геннадий Ильич, вы? Вы меня помните? - перед моим взором предстал мужичок ниже среднего роста, с русоволосой копной всклокоченных волос, с кривой улыбкой, которая больше была похожа на усмешку, потому что щеку пересекал едва заметный, но очень длинный шрам. Он был довольно тщедушного телосложения, которое не скрывал даже объемный пуховик. - Я - Женя, Женя Сорока. Вы мне ухо пришивали и щёку зашивали. Помните? Вы потом ещё улетели. Кажется, в Израиль.       В моей голове начался мгновенный мыслительный процесс. Мозг старался изо всех сил, вороша в памяти проведенные операции в Склифе до моего последнего отъезда на землю обетованную. Нужно было отсечь всё неприятное, что было связано с тем временем и вытащить из-за глубин сознания нужное. К счастью, мне это удалось. - Кажется, припоминаю, - неуверенно начал я, - вы… автомеханик Евгений. - Да, точно, - энергично закивал мужичок, возраст которого я как не старался не мог вспомнить. Был он из разряда, маленькой собачки, которая до старости щенок. - А вы что, вернулись? Хотите попасть в Ботанический? – мой собеседник оказался на редкость прозорливым. - Ну да, - замялся я, особо не понимая, чем Сорока в данной ситуации может мне помочь, - но кажется, мне сегодня не повезёт. - Да почему же не повезёт? – не вынимая рук из своего безразмерного пуховика, пожал он плечами, и тут же заверил: - Я вас проведу.       Моя память выдала информацию о том, что Женя никакого отношению к Ботаническому точно не имел и был связан с автосервисом: «А вы разве здесь работаете?». - Нет. Я, как и раньше работаю в автосервисе. У меня просто здесь тёщенька. Она главная по всем кустикам. Если я вас ей покажу, она вам руки целовать будет. - Прямо так и целовать, - засомневался я в услышанной фигуре речи. - Конечно! Вы же её дочери семью сохранили! Зятя с распаханным лицом красавчиком сделали. Иначе со мной бы развелись, - поведал мужичок о своей несостоявшейся участи, - я такой вывеской кому бы я был нужен. Если жена ещё в больнице сказала, что страшный муж ей не нужен.       Я едва заметно улыбнулся, думая о том, что и сейчас Женя не был идеалом девичьих грёз. - Я же вас, Геннадий Ильич так и не поблагодарил, - с этими словами он наконец вынул руки из карманов и полез во внутренний карман куртки, извлекая из него кусочек картона, - вот! Держите! Это моя визитка. Если какие-то проблемы с машиной. Сделаем всё, начиная от техосмотра, заканчивая страховкой. Всё что угодно! У меня везде свои люди. - Спасибо, конечно, - я повертел в руках визитку автомеханика, понимая её никчемность в моём положении, - только машины у меня нет. - Ну купите! Если соберетесь, я вам помогу выбрать хорошую модель за нормальные деньги, - Сорока явно был уверен, что после нашей беседы я помчусь в автосалон покупать для нашей семьи железного коня. Разочаровывать я его не хотел, поэтому просто поблагодарил еще раз и подтолкнул к главной теме нашей беседы, - со мной ещё две женщины. - Вообще без проблем. Берите своих женщин и пойдём, - быстро дал указания мужичок и мне ничего не оставалось, как развернуться и направиться туда, где я оставил свою жену с художницей.       Женя семенил рядом и его рот не закрывался: - Представляете, мне как раз тёщенька позвонила и попросила свой драндулет в порядок привести. Он у неё что-то опять не заводится. Я уже ей тысячу раз говорил: «Да брось ты эту колымагу, купи новую!». Нет! Упёрлась: «Это память о муже… да мы с ним… да на ней…». Представляете, Геннадий Ильич, старая «Волга» и до сих пор ездит. Конечно, моими стараниями, но на ходу! А вы какую машину хотите? - Я ещё не думал. Надо с женой посоветоваться, - честно признался я. - Я думаю, что мы выберем то, что ей понравится.       Евгений никак не хотел понять, что мои мысли сейчас не о машине. Я хочу в Ботанический сад. Как будто прочитав мои мысли, он резко притормозил и спросил: - Вы же в Японку хотите? - Ну, хотелось бы именно туда…. А что не получиться? – с тревогой спросил я и моя теплящаяся надежда стала микроскопической. - Почему не получиться? Всё получится. Вам понравится! – уверил меня автомеханик и вновь засеменил рядом со мной. - Я полагаю народ здесь всегда, - пытаясь поддержать беседу, начал я. - Так это ещё мало. Обычно ещё больше, но вам не стоит переживать, - он осёкся, заметив мою жену и когда мы подошли к ожидавшим меня женщинам, решил уточнить: - А вы… вы Ирина Алексеевна? Вы меня переводили. Помните? Когда Геннадий Ильич сделал мне операцию, вы меня переводили в другую больницу. Я помню, как вы восхищались операцией, которую Геннадий Ильич тогда провел. Так вы вместе?       Он перевёл свой взгляд на меня, затем вновь на Иру и просиял так, как будто был нашим Купидоном. Его информация о том, что пару лет назад Павлова восхищалась моей операцией, стоило дорогого. На этих словах я взглянул на свою жену, и, как мне показалось, она не ожидала от Сороки ничего подобного. Это должно было остаться между ней и пациентом. Но добродушный Женя вывалил всё, не подозревая о наших сложных отношениях в тот период, и в какой-то мере этим приятно меня удивил. - Ну да это моя это моя жена, - подтвердил я его догадку. - Вы здесь навсегда или из Израиля приехали? – непосредственность и любопытство мужичка начинали раздражать, к тому же на наш разговор настроила слух Вера.       Заинтересованных персонажей становилось всё больше. Я уловил недовольный взгляд супруги, но сделал вид, что не замечаю её раздражения. - Нет, мы здесь. Продолжаем работать в Склифе, - прервал я Сороку, и, чтобы не дай Бог из него не посыпались новые вопросы, быстро представил, - а это Вера… Я запнулся, понимая, что не знаю отчества художницы. - Можно просто Вера, - поняв, моё замешательство, представилась женщина. - Евгений, - приосанился автомеханик и добавил, - ну пойдёмте.       Пройдя через служебный вход, он шепнул заветное имя-отчество свои тёщи и мы оказались там, где и хотели быть. Вернее там, где хотел быть я со своей супругой. Вера действительно стала нашей незаметной тенью, и мы быстро забыли о её существовании. Я был рад, что осуществил задуманное. Мы оказались в Японском саду. Это было потрясающе! Период цветения сакуры, это то, чем я хотел удивить Егорову.       Что может быть более удивительным и прекрасным, если ни цветение этих красивых деревьев? Японская экспозиция, которая располагается среди участков естественного леса и куда можно ходить в течение всего года, в период цветения деревьев семейства сливовых неповторима.       Цветущая сакура. Бесконечные аллеи уникального бонсая. Даже хор лягушек в пруду был великолепен. Не знаю были ли, лягушки японскими или нашими, но пели они громко, создавая свою уникальную мелодию и дополняя всю невероятную красоту японского сада.       Наполненный ароматом цветущих деревьев и зеленью воздух успокаивал и вводил в некую эйфорию.       После шумных, с бесконечным мельканием людей и транспорта, улиц Москвы, было приятно пройтись по дорожкам, посидеть в тени на одной из многочисленных скамеек и насладиться успокаивающей природой.       Хотелось надеть наушники и просто слушать хорошую, добротную музыку. Эх, надо было ещё консерваторию пойти! Но думаю, консерваторию я оставлю на потом. Столько красоты сразу моя драгоценная супруга просто, не выдержит. - Ген, здесь так красиво и спокойно. Я бы так целый день сидела, - услышал я после очередного селфи с женой, - никогда не думала, что, не выезжая из Москвы, можно так отдохнуть. Спасибо тебе, новорожденный!       И, прошептав мне на ухо благодарность, она припала губами к моей щеке.       Впереди был планетарий….