КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ТОЛЬКО РАЗ В ГОДУ

***

      Восстанавливая дыхание после упоительной близости, я лежал и таращился в потолок. Мне было так хорошо, что я даже не хотел шевелиться. Но шевелиться заставили. Ира положила голову мне на грудь, и моя рука, обнимая, скользнула по её обнаженной спине.       Так можно было лежать целую вечность, но памятуя о том, что моя жена большая шутница, я прошептал, целуя её макушку: - Ириш, сладенькая моя, спасибо за всё! Пора собираться, нас ждёт Склиф. - Никто нас не ждет. Успокойся, – она пресекла мою попытку встать и добавила, - лежи! Я же сказала, у нас отгулы. - Я думал, что ты всё же пошутила, - честно признался я. - Никаких шуток. Особенно сегодня. Сегодня твой день, и ты можешь делать всё, что хочешь! – она приподняла голову, опёрлась подбородком на мою располосованную грудь и спросила, — Вот что ты хочешь? - Валяться в кровати хочу! – честно признался я и улыбнулся. - Хорошо. Валяйся, - спокойно отреагировала она. - Я с тобой хочу. - А знаешь, я не против. С превеликим удовольствием тоже поваляюсь. Но, может быть, ещё что-нибудь хочешь? Может, сходим куда-нибудь? – предложила она, но нежелание полностью завладело мной, и я сделал вид, что не услышал её вопроса.       Я просто прикрыл глаза, как только её губы коснулись моего лица. Мне было слишком хорошо в этой банальной лени и ничегонеделании. Мне было слишком хорошо от того, что она сейчас рядом и что она переняла от меня эту инерцию и пассивность. Хотя, Ира пыталась меня тормошить, я чувствовал, что она вовсе не против проваляться весь мой день рожденье в уютной кроватке, укутавшись тёплым одеялом, прижавшись ко мне.       Я повернул голову в сторону прикроватной тумбы, на которой покоился поднос с недоеденным тортом и предложил: - Доедим? - Сладкоежка, - едва слышно произнесла Ира и тут же согласилась. - Доедим. Только придётся вставать. Чайник поставить. И Кот, запертый в ванной, сидит. - Ирка, ты садистка! – рассмеялся я, понимая только теперь, откуда доносятся странные звуки. - Ты же знаешь, уже бы прибежал. Смотрящий! - Мать! Ты кота, что ли, стесняешься? – я попытался оставаться серьёзным, понимая, чем закончиться наш диалог. - Да иди ты! Нечего ему в нашей спальни делать! У него и без нашей постели жизнь удалась! - Не завидуй. Ты отделением руководишь, он же тебе не завидует.       Я приготовился к едкому замечанию жены. Но, к моему удивлению, она лишь хмыкнула и произнесла: - Сравнил! Ты ещё скажи, что он тебе завидует. - Конечно, завидует! У него же нет такой жены, как у меня! – я закатился в смехе, не в силах больше сохранять серьёзность.       Ира, поняв, что всё это время я шутил, подхватила мою шутку и тоже рассмеялась, обнимая меня. Освободившись от ее объятий, я устремился в душ. Нужно было выпускать заложника ванной комнаты, а мне были необходимы водные процедуры, и по пути я предложил Ире присоединиться, состряпав соблазнительную физиономию. Глядя на меня, она заколебалась. Но в итоге, отказавшись от совместного душа, пообещала мне божественный кофе и вкусный завтрак.       Услышав это, я закатил глаза и застучал рукой по груди, как заяц, который барабанит лапой во время весеннего гона по всему, что попадается под конечности. Её пальцы уткнулись в мой лоб и меня запихнули за двери ванной комнаты со словами: «Ген! Ну перестань дурачиться!».       Но если она думала, что я перестану, то ошиблась. После душа я уселся за стол и, подперев щеку рукой, уставился на жену. Не обращая внимание на мою довольную физиономию, расплывшуюся в улыбке, она поинтересовалась: - Яичницу с беконом будешь? - Буду, - с готовностью согласился я. - Творог будешь? – извлекая из недр холодильника вовсе не обезжиренный кисломолочный продукт, обернулась она. - Буду, - утвердительно сказал я. - Со сметаной или сливками? – уточнила Ира, показывая мне две баночки на выбор. - Буду, - мгновенно согласился я. - Может с персиковым джемом? – перед моими глазами возникла ещё одна ёмкость с яркой картинкой. - Буду, - на той же ноте одобрил я. - Сыр? – на столе появилась сырная тарелка со всеми сырами, которыми я люблю: бри, пармезан, чеддер и, если не ошибаюсь, рокфор. - Буду, - по инерции ответил я, переводя взгляд то на жену, то на сырное изобилие, и сглотнул слюну. Решив подловить меня, она продолжила на этой же ноте: - Подарок будешь? - Буду! Буду! И это тоже буду! – и вновь вперился на нее, бормоча как заведенный, мало понимая, о чём она у меня спрашивает. В голове отсутствовали какие-либо мысли, а в душе распускались цветы, летали бабочки и пели птички. Может быть, там еще носились единороги и другие диковинные зверушки, но об этом моё внутреннее ощущение молчало. Настроение было слишком хорошее. Я уже забыл, что может быть так хорошо. И, как оказывается, для этого хорошо так мало надо.       Ира попыталась выдернуть меня из эйфории: - Ген, ешь! Хватит таращиться. - Не знаю, как есть. Глаз оторвать не могу! – я сидел, как влюбленный дурак и ничего не мог с собой поделать. - Ген, я тебе сейчас сама кормить буду! – она посмотрела на меня предельно серьёзно, но улыбка выдала её, и я понял, что могу продолжать в том же духе. Она вовсе не против. - Я согласен. Давай! – и я с готовностью открыл рот. - Нормально! Докатились! Тебя спасает только то, что сегодня твой день, - с этими словами она села напротив меня и начала кормить меня из ложки.       Я даже не особо понимал, чем она меня кормит. Просто открывал рот и проглатывал все то, что она в меня впихивала. Мне так не хотелось, чтобы эти мгновения, пусть со стороны они казались дурацкими, заканчивались. - Ген, ну правда, хватит уже. Кофе пей, остынет. Что на тебя сегодня нашло? - Соскучился, - вздохнул я и подставил губы для поцелуя. Но вместо этого она вытерла мой рот салфеткой и с укором спросила: «Подарок собираешься принимать?». - Ещё и подарок? – присвистнул я. - Любимая, можно я завтра тоже на работу не пойду? - Конечно, любимый, не пойдёшь, - уверила она. - Твоя смена в понедельник. Но не надейся, что я тебя буду и завтра с ложки кормить. Нашелся младенец! И вообще можешь так сидеть все два дня.       Она встала из-за стола и направилась к комоду. - Ир, ну не сердись. Я же сегодня новорожденный…. Мне кто-то подарок обещал, - заканючил я. - Ну, наконец-то! Отмер. Кажется, близость на тебя, дорогой муженек, дурно влияет, - извлекая нечто в подарочной упаковке из верхнего ящика комода, попыталась выведать она. - Ничего подобного! Влияет так, как надо! – уверил её я и грозно выпалил: - Ирка, гони подарок! Так лучше? - Смешно, - вздохнула она и, протянув мне коробку, коснулась губами моей щеки: - Поздравляю, новорожденный.       Я вскрыл пакет. В нём была небольшая коробка, а в ней брендовые часы японской фирмы Orient. Я знал примерную ценовую линейку фирмы. Это было и впрямь дорого. Часы мне понравились: проверенный бренд, классический дизайн без каких-либо излишеств, добротный кожаный ремешок, автоподзавод…. Как такая роскошь может не понравится или оставить вас равнодушным? А из рук любимой этот подарок был бесценен. - Нравится? – она ждала слова благодарности и мои восторги. Восторгов не последовало. За всю свою жизнь я так и не научился выпячивать свои эмоции. Я научился их неплохо прятать, а вот с демонстрацией как-то не сложилось. - Очень! Спасибо дорогая, - я не лукавил и, обняв и поцеловав её в знак благодарности, попросил: - Застегнуть, пожалуйста, помоги.       Ира отрегулировала время и застегнула ремешок на моей руке. - Ну что, в кровать? – я опустил свободную руку на её запястье и заглянул в глаза. - Или сходим куда-нибудь? - Хорошо, давай сходим. Куда хочешь? Не обращая внимания на мои намёки, она освободила свою руку и села за письменный стол.       Открыв ноутбук на ticketland.ru, Ира предложила: - Может быть, в цирк? Смотри, есть новое шоу с тиграми. Прошлый раз мне понравилось.       Она вспомнила наш поход в цирк, где мы были в полном восторге от слонов и объелись сахарной ваты. Но сейчас был цирк с тиграми, а у меня с хищниками семейства кошачьих свои счёты. И я вовсе не хотел, чтобы какие-то дурные ассоциации возникли и у Егоровой. Всё плохое и неприятное в прошлом. Книга недостойных поступков закрыта раз и навсегда. - Нет. Не хочу. У нас тигр свой есть, бесплатный. Давай в ботанический сад и планетарий, - я подошёл к ней и, заглянув через плечо, ткнул пальцев в экран. - Ботанический и планетарий? Там-то что ты не видел? – жена удивленно уставилась на идиота-мужа, не понимая, почему меня тянет в какие-то странные места. - Ир, ну люблю я всякую ботву. Глазу приятно. Погуляем. Светло, тепло, зелено. Красота же….       Конечно, я не стал озвучивать истинную причину моего желания оказаться в ботаническом саду именно сегодня. Но желание зрело давно и прочно сидела в моём подсознании. Я хотел оказаться там именно весной и именно с моей любимой. - Угу, - она набрала поисковик и, не отрываясь от экрана, решила уточнить, - а в планетарий тебе зачем? Как Пересильд, операцию собираешься в космосе провести? - Да кто меня в космос возьмёт с моим анамнезом! Там, говорят, красиво…, - задумчиво протянул я. - Ага… спать за деньги, - усмехнулась Ира. - Хорошо не пойдём в планетарий. Пойдём в ночной клуб. Раз у нас завтра тоже выходной, - тут же переобулся я, желая угодить супруге, но зная точно, что в ночной клубешник она не согласиться заглянуть даже ради меня и моего дня рождения. - Обязательно! Уж лучше планетарий! И ужин будет в ресторане, который я выбрала. В ни в каких-нибудь «Кусочках» как в прошлый раз, - напомнила она мне наш прошлый визит, когда блюда были вкусными, но есть нам пришлось в «тюрьме», потому что в «госпитале» и «Кремле» не было мест. - Отлично! На тебе сегодня кухня, на мне – развлечения, - мгновенно согласился я. - Не думаю, что я развлекусь в планетарии, - вздохнула она и добавила: - Но, так и быть, сама виновата. Не надо было говорить, что тебе сегодня можно всё.