Хрустальная нить

Мне никто не указ, да и сам я себе не указ - Доверяю лишь левой руке, маршруты рисуя. Ну а тот, кто - указ, он не больно-то помнит о нас, Да и мы поминаем его в беде или всуе. "Машина времени" Он мог бы просто отойти в сторону. Так было проще. Так было даже правильно в общеинтегральном смысле: у него своя жизнь, у нее - своя. Один раз пересеклись, как две параллельные прямые в неэвклидовом пространстве. Так что не стоило удерживать дверь, в которую проскользнула уставшая женщина. Идти за ней до лифта - не стоило. Не стоило стоять и смотреть в темные запавшие глаза. - Стас, отстань, правда!- поморщилась Этери, вступая в кабину открывшегося лифта. Зашел следом. Стояли по разные стороны маленькой клетушки, упираясь в стенки. - Мне нужно четкое понимание ситуации,- объяснил свою озабоченностью. - Что тебе не ясно?- нахмурила аккуратные темные брови. - Мне неясно, чем это все может мне грозить,- может, высказался грубовато, но зато по сути. - Мне тем более неясно это,- ответила так, что понимай, как хочешь: то ли ей неясно, зачем он спрашивает, когда не имеет отношения к проблеме; то ли ей неясно, потому что она представления не имеет, как и когда захочет воспользоваться ситуацией в своих интересах. - Есть шанс, что я могу быть отцом этого ребенка?- раз уж пошел прямо, продолжать нужно тем же маршрутом. - Шанс?- глаза собеседницы сузились в две недобрых щелки. Дернулся лифт, останавливаясь, открылась раздвижная дверь. Этери смотрела, не отрываясь: - Иди нахер Щербаков… И шансы свои забери с собой! Снова ничего не понял. Выскочил следом, попытался рационально увещевать. Стас всю жизнь верил в логику и разум, которые правят миром и помогают в решении любых конфликтов. Он просто объяснял свою позицию. - Этери, я всего лишь хочу исключить возможность своей причастности или подтвердить и знать точно. Шанс, конечно, совсем ничтожный. Я, скорее всего, перестарховываюсь, но это же возможно! А значит - надо выяснить. Это необходимо хотя бы для того, чтобы дальнейшие шаги делать на твердых фактических основаниях. Если она его и слушала, то, вероятно, не считала объяснения и доводы Станислава чем-то важным. Повернула ключ в замке, открыла двери и, держась за ручку, медленно и зло проговорила. - Я не блядь, не шалашовка уличная, не девица легкого поведения! Имена, отчества и фамилии отцов своих детей я знаю точно… без вероятностей. Уточнять и проверять факты мне,- на этом слове был сделан такой нажим, что оно, кажется, даже прогнулось, дрогнув,- не надо. Понял! Он понял: - Какой у тебя срок?- если сложится, то вопросов не останется. - Сам посчитай. Выпускник физфака МГУ с простейшей математикой справится без помощи физрука,- женщина распахнула дверь чуть ли не в лицо спутника, который даже отпрянул и сделала шаг в квартиру, стремясь тут же закрыться. Ухватился за ручку. Короткая борьба в попытке закрыть и не дать закрыть возможность входа в жилище, в конце которой он оказался тоже внутри. Замерли у порога. - Стас, иди домой. К семье иди!- попросила Этери, наклоняясь, чтобы поднять на руки притрусившую Мишель. - Я должен был не от Ани узнать об этом,- снова опустил глаза на живот. - Тебе вообще не надо знать об этом. И думать не надо,- посадила собаку на банкетку у входа. Вспомнил, что в прошлый визит ее тут не было. Теона неспешно прошла в коридор и уселась, глядя на хозяйку и гостя дома. Тутберидзе сняла пальто, взяла, не глядя, плечики, продела в рукава и повесила тренч так же, не глядя. Примостилась на банкетке, пытаясь не потревожить собачку, разулась. Молчала. Станислав тоже разулся и разделся. Его не останавливали. Прошли в комнату. Заметил, как нервно потянула на себя рукава лонгслива женщина, а потом заговорила: - Стас, я не хотела и не хочу говорить тебе о своей беременности. Все это… так сложилось. Так не бывает, но, может, так только и бывает,- тихий голос будто чуть звякнул от спрятанной эмоции. Невольно в глаза бросился тонометр, таблетница на столе, записная книжка, раскрытая на начале, рядом с прочими артефактами мира нездоровья. Прервал монолог вопросом: - У тебя все нормально?- кивнул на мед.уголок. - Нет, ненормально!- резко откликнулась блондинка.- У меня давно все ненормально по части возможности родить ребенка! Резко замолчала, снова поятнула рукава пальцами вниз, закрутила руки в крепкий узел под грудью. - Уже почти десять лет не получается,- коротко вздохнула.- У меня были хорошие отношения. Был мужчина, который так же как и я хотел семью и общего ребенка. Мы пробовали. Много раз. Мы расстались, потому что это невозможно - ждать, надеяться, каждый раз болтаться между счастьем и болью. Восемь недель надежды, одиннадцать… и пустота. - Уже больше,- это он о том, кто сейчас растет внутри. - Это еще не точно,- нервно закусила нижнюю губу, оборвала кожицу и поморщилась от боли.- Все неточно. Все может быть. - Может не быть ребенка?- странно, почему-то мужчина уже принял факт того, что этот плод станет младенцем. - Тебе же лучше,- дернула плечами блондинка.- Стас, мне плевать, как произошло то, что произошло, что это случайность. Что это разовый секс с посторонним человеком. Получилось и пока получается! Отвяжись ты от меня, ради бога! Последние слова вкрикнула в него, но вдруг замерла. Прислушалась к чему-то внутри себя. Быстро подошла к столику с таблетками. Дрожащими пальцами открыла пузырек и проглатила одну из пилюль. Вроде все сказали друг другу, можно и уходить, хотя понятнее ничего не стало. Направился к порогу. - Стой!- резко приказала Этери.- Посиди минут десять. Если не полегчает, может быть, ты понадобишься. Прости. - Тебе плохо?!- придержал за локоть. - Пока не знаю,- женщина направилась на кухню, где ждали у мисок псы. Нагнулась, поднимая плошки, разогнулась, вынула корм, насыпала. Поставила собакам еду. И вдруг резко охнула, придерживая живот. В глазах появился животный страх, панический. - Что?!- он и сам перепугался, видя, как сползает в белизну краска с лица. - Звони в скорую, срочно!- со стоном привалилась к одному из шкафчиков встроенной кухни.- Может, все-таки успеем! Пока звонил, пока говорил, пока ждали, каждую минуту Этери превращалась во все более потерянное существо, слезы текли по щекам. Попытался обнять, сбросила руки и заорала: - Зачем ты появился?! Зачем?! Все могло получиться! Пока тебя не было, все шло хорошо! Куда ты вообще звонил?! Кому? Они не едут! Они не приедут! Это, кажется, была истерика, в которой страх провоцировал самые безумные фантазии, Стас был врагом и убийцей. Когда появились врачи, женщина свернулась калачиком на полу кухни и рыдала, повторяя лишь одно: - Ты появился специально! Чтобы все было вот так! Чтобы ничего не было! Чтобы никого не было! Чтобы его не было! Фельдшер в первую очередь ввел седативное и расслабляющее, во вторую препарат, который помогал снимать спазмы разбуянившейся на фоне истерики матки. А потом Щербаков выносил безвольную от лекарств женщину на руках. Ехал в машине "скорой". Думал, что собакам не оставили достаточно воды, вдруг хозяйка уехала надолго? А у него нет теперь пальто, висит в ее прихожей. Держал за руку, хотя вряд ли дремлющая женщина что-то чувствовала и понимала. Врачи пытались спрашивать какие-то важные подробности, но знал мужчина лишь имя, возраст, сферу деятельности. Аборты и выкидыши. Были. Сколько - не знаю. Когда - не знаю. В конце концов врач не выдержал: - Вы ей кто вообще?! - А?!- попытался включиться Станислав. - Я спрашиваю, вы кто? Муж, сожитель? Любовник?- уточнил собирающий анамнез член бригады “скорой помощи” - Я отец,- не раздумывая ответил Щербаков. - Не ее точно?- усмехнулся врач. И этой насмешкой вернул мужчину в русло трезвой мысли. Вдохнул глубоко, как Аня перед стартом и пояснил: - Я отец спортсменки, которая у нее тренируется. пришел поговорить о тренировках. Этери Георгиевне стало плохо, вызвал скорую. - Ладно, отец,- фыркнул медик,- только при дочке и матери этой дочки не спались. - В смысле?- соображал Щербаков плохо. - Впервые вижу постороннего мужика, не запнувшегося при вопросе о сроке беременности и дате зачатия,- хохотали уже вместе с санитаром. Оценил собственную невнимательность к списку того, на что отвечал, и тоже расхохотался, сбросив на секунду напряжение, а после посерьезнел. - Она.. в смысле ребенок. В смысле выкидыш, да?- и глянул на двоих рядом с ним. - На месте разберутся. Кровотечения хоть нет,- махнул рукой.- Наше дело довезти всех. Продолжал сидеть и держать за руку спящую чужую женщину, боящуюся потерять его ребенка, которого не ждал и не хотел. Чувствовал, что ничего хорошего не произойдет. Тут вообще все трудно и плохо, кажется. Чудес-то не бывает.