Кто ты, Син?

      Я не мог близко подобраться к Дому Льва целый день. Сын Энки дал своим студентам задание привести территорию академии в порядок. Пришлось прятаться в тени ветвей деревьев, низко пригибаться и осматриваться по сторонам. Я напрягался и брался за рукоять кинжала при каждом подозрительном шорохе. Следовало покинуть это место, вернуться в свой лагерь, просто затеряться в лесу… Но я не мог. Мне было нужно её увидеть, убедиться, что в порядке, что не попала в очередную передрягу. Никкаль… Самая прекрасная женщина из всех, что я встречал прежде. Узнав, как её зовут, я сначала не хотел и близко подходить. Испугался… Чего? Призраков прошлого? Старый дурак. Нет, на самом деле я надеялся найти амулет без неё, с помощью Этана, но он, вот же незадача, — попал в плен к Энки. Уже догадываюсь, что с ним хотят сделать. И об этом, конечно, следовало бы рассказать Никкаль, но… откуда студент Син может знать подробности проведения Церемонии? Син. Да, для Никкаль это моё имя. Но что мне ещё оставалось? Скажи я правду, в лучшем случае, она бы мне не поверила, а в худшем — доложила бы обо мне своему ректору, и поступила бы логично. Уже на следующий день академия кишела бы псами, и не важно, что до столицы отсюда дня три по воздуху… А я не должен попасться в руки Энки. Нельзя допустить пробуждения Матери. Поэтому я вынужден прятаться, утаивать, лгать. А я ведь так не хочу лгать ей… Никкаль этого не заслужила. Я почти лежал на земле, выглядывая в маленькую щель между веток. Как охотник, выслеживающий самую желанную добычу… Нет… Как вымирающий зверь, что боялся попасть в капкан умелой охотнице. Да только поздно, зубья уже впились в ногу, мешая спокойно ходить по земле, спокойно жить. И всё, что оставалось, с замиранием сердца ждать, когда охотница вернётся проверить свои капканы. И только бы она добила зверя сразу, не мучая… Я сам не понял, как задержал дыхание, когда в безликой толчее водных и земляных магов заметил огненные пряди волос. Сердце забилось чаще, я даже услышал его в ушах. Прикрыл глаза. Спокойно. Нельзя нервничать, нельзя выпускать магию, нельзя, чтобы меня кто-то почувствовал… Столько лет, а веду себя так… Надо взять себя в руки. Я выдохнул с еле заметным разочарованием, когда какой-то студент отошёл в сторону, и выяснилось, что там не Никкаль, а незнакомая мне девушка с рыжими волосами. На секунду я ощутил расстройство пополам с облегчением. И продолжил наблюдать… Я просидел в кустах до заката, но всё так же не терял надежды. Я был терпелив. Сама мысль о том, что сегодня я всё же увижу Никкаль, заставляла уголки губ напрягаться и тянуться вверх. Это удивило меня. Обычно спокойный и сосредоточенный, сейчас я был не властен над своим телом и разумом. И всё из-за какой-то девчонки… Я одёрнул себя. Нет, Никкаль не какая-то девчонка. Никкаль искренняя, добрая, старательная… Она готова пойти на многое ради спасения своего брата, но при этом, никогда не навредила бы другому. Никкаль решительна и в то же время чиста. Я понял, что снова улыбаюсь, когда думаю о ней. И внутри становилось так… щекотно, будто там кто-то летал. Я увидел свою охотницу уже ближе к ночи и сам удивился тому, как не заметил, что солнце уже село. Никкаль стояла у крыльца академии, закутавшись в плед, и смотрела по сторонам. По её глазам я понял — ей грустно, и тут же захотел утешить. Прежде чем выбраться из своего укрытия, я напоследок огляделся. Поблизости не было ни души, значит никто не помешает нашему разговору. Сердце ещё сильнее забилось. Пробираясь сквозь ветки кустарника, я замер, когда Никкаль вздрогнула. Замедлил шаг. Я не хотел пугать её, просто мне очень не терпелось увидеться. Разузнать, что её тревожило, успокоить, поддержать, дать совет, если он был нужен. — Син! — сказала она с улыбкой, направляясь ко мне. Как обычно, я не сразу среагировал на это имя. — Тебе холодно, госпожа? — спросил я, вместо приветствия, глядя на плед на хрупких плечах. Я бы согрел её, если только позволила бы… — Нет, это я так, чтобы не простудиться, — она поправила плед. — Я искала тебя… Хаос внутри меня плотной дымкой сократился вокруг сердца и больно сдавил. Это было глупо, но я вдруг осознал, что готов сейчас сделать всё, что она попросила бы. Мимолётом посмотрел на её губы. Хорошо, что Никкаль не заметила. — Целый день искала в академии и во дворе! — в голосе Никкаль появилась обида. Я начинал понимать, что сейчас опять посыпятся вопросы, на которые не мог дать ответов. Пока что. — Почему тебя не было сегодня на уборке территории? И снова я вынужден лгать той, которой хотел сказать всё. Так много всего, что, кажется, перестал бы говорить на неделю после этого. — У меня было другое задание, — я сделал максимально бесстрастное лицо, хотя стыдливо хотел отвести взгляд. Какой позор… — Какое? — Полевая практика. — Опять? Не в силах подобрать оправдание, я просто коротко кивнул. О, госпожа… Мне очень не нравилось лгать ей. Но мне нравилось наивно думать, что, когда она наконец узнает правду, то поймёт и примет меня таким, какой я есть. И больше никаких тайн. Но требовательно смотрящие глаза и в злобе изогнутые губы выкинули меня из Хаоса на землю. Я боялся. Того, что она убежит, как только всё узнает. Пошлёт в Иркаллу или ещё дальше. И я больше никогда не увижу этих глаз, не услышу смеха, не почувствую горько-сладкого запаха её кожи, запаха корицы и костра. — Ладно, мне всё равно… — Никкаль махнула рукой. — Но сейчас же ты не занят? — Нет. — Прогуляемся? Су сказала, сегодня у озера пурпурные лютики зацветут. Я даже не стал слушать, что Никкаль сказала после вопроса «Прогуляемся?», и просто кивнул. Я был согласен на любую авантюру с этой женщиной. Мне многого стоило скрыть своё удивление, когда Никкаль приглашающе протянула руку. Она собиралась вести меня. На секунду мне даже захотелось снять перчатку, чтобы почувствовать тепло её кожи. Но я поборол в себе этот порыв, не хотел доставлять Никкаль неудобства. Мы шли, держась за руки, по извилистым тропам, сквозь заросли липкой травы. И Никкаль то злилась, когда маленькие продолговатые листья цеплялись за её волосы, то смеялась, видя, что то же ждало и меня. Мне нравились все её контрасты: то угрюмая, то весёлая, задумчивая и разговорчивая. Никкаль даже пару раз плакала при мне, и я не считал это слабостью. Наоборот, казалось она показывает всю силу духа, когда вот так открывается передо мной… перед студентом Сином. У озера мы остановились. Никкаль замерла на некоторое время, разглядывая блестящие капельки на лепестках лютиков. Они переливались всеми оттенками фиолетового, словно сам Хаос создал их специально, чтобы Никкаль любовалась. Она побежала к цветам, склонилась, с удовольствием вдохнула аромат. Повернулась ко мне с такой чистой и нежной улыбкой, что аж внутри нещадно заболело, и сам я весь точно прирос к земле. Никкаль сказала… — Иди сюда. И я пошёл. К ней, к её улыбке, к внутреннему огню, что вырывался из неё сквозь поставленные ею барьеры. Да, я чувствовал её огонь. Такой жаркий, что хотелось согреться, искупать в нём свои крылья и чешую. Я потянул руки к ярким волосам, как дракон потянулся бы к язычкам пламени, но тут же передумал. Ещё нельзя. Син не должен так касаться её. Её коснётся Кингу. Когда настанет время…